29 цитат из книги «Паскаль Мерсье. Ночной поезд на Лиссабон» — от иронии до философии

29 цитат из книги «Паскаль Мерсье. Ночной поезд на Лиссабон» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Чтобы стать уверенным в себе, человеку надо немного удачи.

   Чтобы стать уверенным в себе, человеку надо немного удачи.
2. «

   Вселенная существует сама по себе, и ей нет до нас никакого дела, абсолютно никакого.

   Вселенная существует сама по себе, и ей нет до нас никакого дела, абсолютно никакого.

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
3. «

   Что мы вообще можем знать о ком-то, если ничего не ведаем о картинах, которые разыгрываются в его воображении?

   Что мы вообще можем знать о ком-то, если ничего не ведаем о картинах, которые разыгрываются в его воображении?

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
4. «

   Кто-то может жить надеждой, что, снизив порог своих ожиданий, сжавшись до одной твердой косточки, тем самым станет неуязвимым для боли разочарования. Но каково это было бы, вести жизнь, лишенную смелых, отчаянных надежд, единственным ожиданием которой остается лишь упование на то, что скоро придет автобус.

   Кто-то может жить надеждой, что, снизив порог своих ожиданий, сжавшись до одной твердой косточки, тем самым станет неуязвимым для боли разочарования. Но каково это было бы, вести жизнь, лишенную смелых, отчаянных надежд, единственным ожиданием которой остается лишь упование на то, что скоро придет автобус.

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
5. «

   Только смерть придает каждому мгновению его красоту и его ужас. Только благодаря смерти время становится живым.

   Только смерть придает каждому мгновению его красоту и его ужас. Только благодаря смерти время становится живым.

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
6. «

   Бездельники — это авантюристы перед лицом смерти, крестоносцы, сражающиеся с диктатом спешки.

   Бездельники — это авантюристы перед лицом смерти, крестоносцы, сражающиеся с диктатом спешки.

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
7. «

   Есть «люди читающие» и «другие». К какой из категорий относится человек, видно сразу. И нет большего различия между людьми, чем это.

   Есть «люди читающие» и «другие». К какой из категорий относится человек, видно сразу. И нет большего различия между людьми, чем это.
8. «

   Эта заповедь, эта нелепая, извращенная заповедь «любить врага своего» измышлена для того, чтобы сломать человека, лишить его мужества и уверенности в себе и сделать податливым в руках тиранов, дабы не стало у него сил восставать, если потребуется, и с оружием.

   Эта заповедь, эта нелепая, извращенная заповедь «любить врага своего» измышлена для того, чтобы сломать человека, лишить его мужества и уверенности в себе и сделать податливым в руках тиранов, дабы не стало у него сил восставать, если потребуется, и с оружием.

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
9. «

   Иногда боишься чего-то из-за того, что боишься чего-то другого.

   Иногда боишься чего-то из-за того, что боишься чего-то другого.

   — Константин Доксиадес · книга
10. «

    Не хотел бы я жить в мире без соборов. Мне нужны их красота и величие. Мне нужны они, чтобы противостоять обыденности мира. Хочу поднимать взор к их сияющим витражам и ослепляться их неземными красками. Мне нужен их блеск. Блеск, отвергающий серое единообразие униформ. Хочу, чтобы меня облекала строгая прохлада церквей. Мне нужна ее невозмутимая тишина. Мне нужна она против бездушного рева казарм и остроумной болтовни соплеменников. Я хочу слышать рокочущий голос органа, это половодье сверхъестественных звуков. Мне нужен он против пустячной бравурности маршей. <...> Я люблю читать мощные слова Библии. Мне нужна фантастическая сила ее поэзии. Мне нужна она против запущенности языка и диктатуры лозунгов. Мир без всех этих вещей — не тот мир, в котором я хотел бы жить.

    Не хотел бы я жить в мире без соборов. Мне нужны их красота и величие. Мне нужны они, чтобы противостоять обыденности мира. Хочу поднимать взор к их сияющим витражам и ослепляться их неземными красками. Мне нужен их блеск. Блеск, отвергающий серое единообразие униформ. Хочу, чтобы меня облекала строгая прохлада церквей. Мне нужна ее невозмутимая тишина. Мне нужна она против бездушного рева казарм и остроумной болтовни соплеменников. Я хочу слышать рокочущий голос органа, это половодье сверхъестественных звуков. Мне нужен он против пустячной бравурности маршей. <...> Я люблю читать мощные слова Библии. Мне нужна фантастическая сила ее поэзии. Мне нужна она против запущенности языка и диктатуры лозунгов. Мир без всех этих вещей — не тот мир, в котором я хотел бы жить.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
11. «

    Не боль и не страдания самое страшное. Самое страшное — унижение.

    Не боль и не страдания самое страшное. Самое страшное — унижение.

    — Эса · книга
12. «

    Я люблю молящихся людей. Мне нужен их вид. Мне нужен он против коварного яда поверхностности и бездумья.

    Я люблю молящихся людей. Мне нужен их вид. Мне нужен он против коварного яда поверхностности и бездумья.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
13. «

    Тот, кто действительно хочет знать, кто же он есть на самом деле, должен стать неутомимым, фанатичным коллекционером разочарований. И собирательство этого опыта должно стать манией, страстью всей его жизни, поскольку у него с отчетливой ясностью стоит перед глазами, что разочарование — это не жар разрушительного яда, разочарование — это успокоительный бальзам, утишающий жар. Он очищает глаза, чтобы они видели истинные контуры нас самих.

    Тот, кто действительно хочет знать, кто же он есть на самом деле, должен стать неутомимым, фанатичным коллекционером разочарований. И собирательство этого опыта должно стать манией, страстью всей его жизни, поскольку у него с отчетливой ясностью стоит перед глазами, что разочарование — это не жар разрушительного яда, разочарование — это успокоительный бальзам, утишающий жар. Он очищает глаза, чтобы они видели истинные контуры нас самих.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
14. «

    Имена — лишь невидимые тени, в которые нас облачают другие, а мы — их.

    Имена — лишь невидимые тени, в которые нас облачают другие, а мы — их.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
15. «

    Если бы Иисуса казнили на гильотине, мы бы сейчас молились на её большое блестящее лезвие. Либо крестились перед электрическим стулом.

    Если бы Иисуса казнили на гильотине, мы бы сейчас молились на её большое блестящее лезвие. Либо крестились перед электрическим стулом.
16. «

    То, что они избегали смотреть друг на друга, связывало их еще большей близостью, чем скрещенные взгляды.

    То, что они избегали смотреть друг на друга, связывало их еще большей близостью, чем скрещенные взгляды.
17. «

    Разочарование обычно считают несчастьем. Опрометчивый предрассудок. Как, если не через разочарование, мы можем познать, чего ждем и на что надеемся? И как, если не через него, приходит к нам это самопознание? Никто не может понять себя без разочарования.

    Разочарование обычно считают несчастьем. Опрометчивый предрассудок. Как, если не через разочарование, мы можем познать, чего ждем и на что надеемся? И как, если не через него, приходит к нам это самопознание? Никто не может понять себя без разочарования.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
18. «

    Мы не должны, вздыхая, претерпевать разочарования, как нечто, без чего наша жизнь стала бы лучше. Мы должны их отыскивать, выслеживать, собирать.

    Мы не должны, вздыхая, претерпевать разочарования, как нечто, без чего наша жизнь стала бы лучше. Мы должны их отыскивать, выслеживать, собирать.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
19. «

    Миллион упущенных возможностей перед лицом вечности ничто.

    Миллион упущенных возможностей перед лицом вечности ничто.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
20. «

    Жизнь — это не то, что мы проживаем; она то, что мы живем в нашем представлении.

    Жизнь — это не то, что мы проживаем; она то, что мы живем в нашем представлении.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга