30 цитат из книги «Паскаль Мерсье. Ночной поезд на Лиссабон» без воды

30 цитат из книги «Паскаль Мерсье. Ночной поезд на Лиссабон» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Тот, кто действительно хочет знать, кто же он есть на самом деле, должен стать неутомимым, фанатичным коллекционером разочарований. И собирательство этого опыта должно стать манией, страстью всей его жизни, поскольку у него с отчетливой ясностью стоит перед глазами, что разочарование — это не жар разрушительного яда, разочарование — это успокоительный бальзам, утишающий жар. Он очищает глаза, чтобы они видели истинные контуры нас самих.

   Тот, кто действительно хочет знать, кто же он есть на самом деле, должен стать неутомимым, фанатичным коллекционером разочарований. И собирательство этого опыта должно стать манией, страстью всей его жизни, поскольку у него с отчетливой ясностью стоит перед глазами, что разочарование — это не жар разрушительного яда, разочарование — это успокоительный бальзам, утишающий жар. Он очищает глаза, чтобы они видели истинные контуры нас самих.

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
2. «

   Есть «люди читающие» и «другие». К какой из категорий относится человек, видно сразу. И нет большего различия между людьми, чем это.

   Есть «люди читающие» и «другие». К какой из категорий относится человек, видно сразу. И нет большего различия между людьми, чем это.
3. «

   Эта заповедь, эта нелепая, извращенная заповедь «любить врага своего» измышлена для того, чтобы сломать человека, лишить его мужества и уверенности в себе и сделать податливым в руках тиранов, дабы не стало у него сил восставать, если потребуется, и с оружием.

   Эта заповедь, эта нелепая, извращенная заповедь «любить врага своего» измышлена для того, чтобы сломать человека, лишить его мужества и уверенности в себе и сделать податливым в руках тиранов, дабы не стало у него сил восставать, если потребуется, и с оружием.

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
4. «

   Его отсутствие было вроде пустоты на фотографии, где кто-то выстриг ножницами чье-то лицо, и теперь эта дыра стала важнее и значительнее всех оставшихся лиц.

   Его отсутствие было вроде пустоты на фотографии, где кто-то выстриг ножницами чье-то лицо, и теперь эта дыра стала важнее и значительнее всех оставшихся лиц.

   — патер Бартоломеу · книга
5. «

   Что мы вообще можем знать о ком-то, если ничего не ведаем о картинах, которые разыгрываются в его воображении?

   Что мы вообще можем знать о ком-то, если ничего не ведаем о картинах, которые разыгрываются в его воображении?

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
6. «

   Миллион упущенных возможностей перед лицом вечности ничто.

   Миллион упущенных возможностей перед лицом вечности ничто.

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
7. «

   Когда речь идет о душе, что мы имеем в руках? Почти ничего.

   Когда речь идет о душе, что мы имеем в руках? Почти ничего.

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
8. «

   Имена — лишь невидимые тени, в которые нас облачают другие, а мы — их.

   Имена — лишь невидимые тени, в которые нас облачают другие, а мы — их.

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
9. «

   Чувство не будет тем же, когда придет во второй раз. Оно блекнет от повторения. Мы устаем, нам наскучивают чувства, если они посещают нас слишком часто и слишком долго длятся.

   Чувство не будет тем же, когда придет во второй раз. Оно блекнет от повторения. Мы устаем, нам наскучивают чувства, если они посещают нас слишком часто и слишком долго длятся.

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
10. «

    Если бы Иисуса казнили на гильотине, мы бы сейчас молились на её большое блестящее лезвие. Либо крестились перед электрическим стулом.

    Если бы Иисуса казнили на гильотине, мы бы сейчас молились на её большое блестящее лезвие. Либо крестились перед электрическим стулом.
11. «

    То, что они избегали смотреть друг на друга, связывало их еще большей близостью, чем скрещенные взгляды.

    То, что они избегали смотреть друг на друга, связывало их еще большей близостью, чем скрещенные взгляды.
12. «

    Только смерть придает каждому мгновению его красоту и его ужас. Только благодаря смерти время становится живым.

    Только смерть придает каждому мгновению его красоту и его ужас. Только благодаря смерти время становится живым.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
13. «

    Есть только три понятия, и только они: вожделение, симпатия и надежность. И все они преходящи. Быстрее всего уходит страсть, за ней следует симпатия и, к несчастью, чувство, что тебе с кем-то хорошо и надежно, тоже когда-то разбивается.

    Есть только три понятия, и только они: вожделение, симпатия и надежность. И все они преходящи. Быстрее всего уходит страсть, за ней следует симпатия и, к несчастью, чувство, что тебе с кем-то хорошо и надежно, тоже когда-то разбивается.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
14. «

    Разочарование обычно считают несчастьем. Опрометчивый предрассудок. Как, если не через разочарование, мы можем познать, чего ждем и на что надеемся? И как, если не через него, приходит к нам это самопознание? Никто не может понять себя без разочарования.

    Разочарование обычно считают несчастьем. Опрометчивый предрассудок. Как, если не через разочарование, мы можем познать, чего ждем и на что надеемся? И как, если не через него, приходит к нам это самопознание? Никто не может понять себя без разочарования.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
15. «

    Кто-то может жить надеждой, что, снизив порог своих ожиданий, сжавшись до одной твердой косточки, тем самым станет неуязвимым для боли разочарования. Но каково это было бы, вести жизнь, лишенную смелых, отчаянных надежд, единственным ожиданием которой остается лишь упование на то, что скоро придет автобус.

    Кто-то может жить надеждой, что, снизив порог своих ожиданий, сжавшись до одной твердой косточки, тем самым станет неуязвимым для боли разочарования. Но каково это было бы, вести жизнь, лишенную смелых, отчаянных надежд, единственным ожиданием которой остается лишь упование на то, что скоро придет автобус.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
16. «

    Требования, которые нам предъявляет жизнь, все вещи, с которыми мы должны разобраться, слишком необъятны и мощны, чтобы наши чувства могли выстоять под их напором.

    Требования, которые нам предъявляет жизнь, все вещи, с которыми мы должны разобраться, слишком необъятны и мощны, чтобы наши чувства могли выстоять под их напором.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
17. «

    Может быть, наилучший путь к познанию себя самого состоит в том, чтобы научиться узнавать и понимать другого?

    Может быть, наилучший путь к познанию себя самого состоит в том, чтобы научиться узнавать и понимать другого?
18. «

    Чтобы стать уверенным в себе, человеку надо немного удачи.

    Чтобы стать уверенным в себе, человеку надо немного удачи.
19. «

    О поэзии нельзя болтать. Ее надо читать. Чувствовать на языке. Жить ею. Ощущать, как она тебя подвигает, преображает. Как благодаря ей твоя жизнь обретает форму, цвет, мелодию.

    О поэзии нельзя болтать. Ее надо читать. Чувствовать на языке. Жить ею. Ощущать, как она тебя подвигает, преображает. Как благодаря ей твоя жизнь обретает форму, цвет, мелодию.
20. «

    Палачи — что те, во времена инквизиции, что нынешние, — они хорошо знают: не давай человеку возможности уйти в себя, ни на миг не оставляй в уединении, не выключай свет ни днем ни ночью, лиши его сна и покоя — и он заговорит. Пытки крадут наши души тем, что не дают остаться наедине с собой, а это нам нужно как воздух, чтобы дышать.

    Палачи — что те, во времена инквизиции, что нынешние, — они хорошо знают: не давай человеку возможности уйти в себя, ни на миг не оставляй в уединении, не выключай свет ни днем ни ночью, лиши его сна и покоя — и он заговорит. Пытки крадут наши души тем, что не дают остаться наедине с собой, а это нам нужно как воздух, чтобы дышать.

    — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга