24 цитаты из книги «Павел Шумилов. Драконий цикл» для статуса

Собрали 24 цитаты из книги «Павел Шумилов. Драконий цикл» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Подъем, сволочи! Пpиливы не ждут. — Чтоб ты в аид пpовалился, — вяло отозвался кто-то. Остальные мычанием поддеpжали. К этому Мpак был готов. Именно на такое начало pазговоpа и надеялся. Вышел на секунду за двеpь, взял пpиготовленную заpанее бочку моpской воды, вееpом выплеснул на всех четвеpых. Кто-то заоpал, выпутываясь из мокpой пpостыни. Лобасти с интеpесом выглядывала из-за двеpи. — Не оpи, вода — не баба, — одеpнул его дpугой. — Вода — это хоpошо. Но вода в постели — это плохо, — философски заметил третий. — Могут не так понять.

   — Подъем, сволочи! Пpиливы не ждут. — Чтоб ты в аид пpовалился, — вяло отозвался кто-то. Остальные мычанием поддеpжали. К этому Мpак был готов. Именно на такое начало pазговоpа и надеялся. Вышел на секунду за двеpь, взял пpиготовленную заpанее бочку моpской воды, вееpом выплеснул на всех четвеpых. Кто-то заоpал, выпутываясь из мокpой пpостыни. Лобасти с интеpесом выглядывала из-за двеpи. — Не оpи, вода — не баба, — одеpнул его дpугой. — Вода — это хоpошо. Но вода в постели — это плохо, — философски заметил третий. — Могут не так понять.
2. «

   — Постой, ты слышала, что я сказал? — Да, па. Только важно не то, что ты думал, а то, что ты сделал. У меня из-за регенерации память не так устроена, как у всех. Я помню все со дня рождения. И как больно было, и как ты мне операцию делал. И как летать учил. И как меда на всю жизнь наелась. Теперь смотреть на него не могу. Помнишь первую фразу, которую ты мне сказал? «Какой же ты голодный, малыш, если ешь эту гадость». Ну когда я ела регенератор. Слов я тогда не понимала, но запомнила. — Это не первая. Первая — «Сдохнешь — убью». Ты тогда в отключке лежала.

   — Постой, ты слышала, что я сказал? — Да, па. Только важно не то, что ты думал, а то, что ты сделал. У меня из-за регенерации память не так устроена, как у всех. Я помню все со дня рождения. И как больно было, и как ты мне операцию делал. И как летать учил. И как меда на всю жизнь наелась. Теперь смотреть на него не могу. Помнишь первую фразу, которую ты мне сказал? «Какой же ты голодный, малыш, если ешь эту гадость». Ну когда я ела регенератор. Слов я тогда не понимала, но запомнила. — Это не первая. Первая — «Сдохнешь — убью». Ты тогда в отключке лежала.

   — Лобасти · книга
3. «

   Ложусь на прежний курс и слышу, от кого я произошёл, и как это случилось. Интересная гипотеза межвидового скрещивания. А вдруг так и было? Ага, а высшую математику я тоже на болоте изучал? Отвлекаюсь, не о том думаю.

   Ложусь на прежний курс и слышу, от кого я произошёл, и как это случилось. Интересная гипотеза межвидового скрещивания. А вдруг так и было? Ага, а высшую математику я тоже на болоте изучал? Отвлекаюсь, не о том думаю.

   — Великий Дракон (Коша) · книга
4. «

   — Тебя как зовут, стражник? — Птица. — Птица?! А высоты боишься... — Я не боюсь. Мне тут страшно. — Интересная мысль.

   — Тебя как зовут, стражник? — Птица. — Птица?! А высоты боишься... — Я не боюсь. Мне тут страшно. — Интересная мысль.

   — Барон Конг · книга
5. «

   Правила неизвестны, кто как бьёт, где свои, где чужие, непонятно. Куда ходить, и вообще, кто ты сам, неизвестно. Всё ощупью. Ошибся — цепью по носу. Обидно и очень больно.

   Правила неизвестны, кто как бьёт, где свои, где чужие, непонятно. Куда ходить, и вообще, кто ты сам, неизвестно. Всё ощупью. Ошибся — цепью по носу. Обидно и очень больно.

   — Великий Дракон (Коша) · книга
6. «

   – А как у вас насчет религии? – А у тебя? – Я – православный атеист! – Мастер, ты должен понять, церковь – это в первую очередь политическая структура. Все остальное – побочно и вторично. Но у нас свобода совести. Многие верят. Кто в Бога, кто в материализм. Обряды, службы – это лицедейство для народа. Как парады в армии. [Анна грустно улыбнулась.]

   – А как у вас насчет религии? – А у тебя? – Я – православный атеист! – Мастер, ты должен понять, церковь – это в первую очередь политическая структура. Все остальное – побочно и вторично. Но у нас свобода совести. Многие верят. Кто в Бога, кто в материализм. Обряды, службы – это лицедейство для народа. Как парады в армии. [Анна грустно улыбнулась.]

   — Великий Дракон (Коша) · книга
7. «

   Теперь — пришло время ткнуть котёнка носом в свежую кучку Гуано...

   Теперь — пришло время ткнуть котёнка носом в свежую кучку Гуано...

   — Великий Дракон (Коша) · книга
8. «

   Чем дальше в лес, тем больше апельсинов.

   Чем дальше в лес, тем больше апельсинов.

   — Великий Дракон (Коша) · книга
9. «

   – Тогда почему ты – сволочь? – Если одеяло узкое, у кого-то мерзнет бок. Я тяну одеяло на своих. Чужие пускай мерзнут. – Ясно, что ночь темная. Тогда почему справедливая? – Потому что не тяну одеяло только на себя.

   – Тогда почему ты – сволочь? – Если одеяло узкое, у кого-то мерзнет бок. Я тяну одеяло на своих. Чужие пускай мерзнут. – Ясно, что ночь темная. Тогда почему справедливая? – Потому что не тяну одеяло только на себя.

   — Великий Дракон (Коша) · книга
10. «

    — А как вы находите этот маленький, потрепанный томик.? Давайте сделаем проще. — Великолепный и очень ценный экземпляр! — Целое ведь больше части. Хочу добавить, что в замке Конгов для вас всегда найдется спальня, служанка и место за обеденным столом. Слово лорда! Вечером за ужином мать хотела пожурить отца за расточительство. — Что ты, дорогая! Да я скупердяй из скупердяев! Книги, которые он просил, стоят в десять раз больше. А листок, который я написал, не стоит ничего. Такого уважаемого человека я пустил бы в библиотеку в любой момент, стоило ему только попросить.

    — А как вы находите этот маленький, потрепанный томик.? Давайте сделаем проще. — Великолепный и очень ценный экземпляр! — Целое ведь больше части. Хочу добавить, что в замке Конгов для вас всегда найдется спальня, служанка и место за обеденным столом. Слово лорда! Вечером за ужином мать хотела пожурить отца за расточительство. — Что ты, дорогая! Да я скупердяй из скупердяев! Книги, которые он просил, стоят в десять раз больше. А листок, который я написал, не стоит ничего. Такого уважаемого человека я пустил бы в библиотеку в любой момент, стоило ему только попросить.

    — Барон Конг · книга
11. «

    Коша, я никак не пойму, что бы ты ни делал, такое впечатление, что ты играешь. Даже когда тебе совсем плохо. И тебе всегда все удается. Сейчас я даже не знаю, воюем мы с церкачами, или играем. Почему у тебя все получается? Ты ни одного церкача не убил, а делаешь с ними все, что хочешь. Даже мне, когда ты рядом, все удается, а когда тебя нет, все кувырком. Тебя два месяца не было, а я на сто лет постарела. У меня руки по локоть в крови, мне по ночам кошмары снятся. Я ничего не совершила, а уже четырнадцать человек погубила. Я хотела церкачам сдаться, только бы они остальных не губили. И тут ты, как из сказки. Опять в последний момент. Появился, всех спас, все исправил. Коша, если мне знать нельзя, так и скажи, но только как тебе все удается? – Лира, ты всерьез так думаешь? Неужели не заметила, что у меня ошибка на ошибке? Ты же все лето со мной была. Не успею одну расхлебать, как другую, еще хуже сделаю. Когда тебя схватили, отбить не смог. Сам чуть в болоте не утонул. Ты сама сказала, к тебе на помощь в последний момент пришел.

    Коша, я никак не пойму, что бы ты ни делал, такое впечатление, что ты играешь. Даже когда тебе совсем плохо. И тебе всегда все удается. Сейчас я даже не знаю, воюем мы с церкачами, или играем. Почему у тебя все получается? Ты ни одного церкача не убил, а делаешь с ними все, что хочешь. Даже мне, когда ты рядом, все удается, а когда тебя нет, все кувырком. Тебя два месяца не было, а я на сто лет постарела. У меня руки по локоть в крови, мне по ночам кошмары снятся. Я ничего не совершила, а уже четырнадцать человек погубила. Я хотела церкачам сдаться, только бы они остальных не губили. И тут ты, как из сказки. Опять в последний момент. Появился, всех спас, все исправил. Коша, если мне знать нельзя, так и скажи, но только как тебе все удается? – Лира, ты всерьез так думаешь? Неужели не заметила, что у меня ошибка на ошибке? Ты же все лето со мной была. Не успею одну расхлебать, как другую, еще хуже сделаю. Когда тебя схватили, отбить не смог. Сам чуть в болоте не утонул. Ты сама сказала, к тебе на помощь в последний момент пришел.

    — Великий Дракон (Коша) · книга
12. «

    О врагах ты должна знать больше, чем о самой себе. Никогда не верь им больше, чем наполовину. Учись думать, как они, учись думать за них. Перед тем, как что-то сделать, подумай, что сделают они в ответ. И переиграй их в их игре. Обмани хитрого, вероломно напади на вероломного, устрой засаду на любителя ловушек. Побей противника его любимым оружием, и он будет тебя бояться. А это даст возможность блефовать в трудную минуту. Хуже всего тебе будет с честными людьми. А таких тоже будет много. Старайся перетянуть их на свою сторону. Но особенно не увлекайся, голова на плечах одна. Никогда не бросай в беде своих людей. Пусть погибнут двое, спасая одного, зато остальные пойдут за тобой в пекло. Для связи с церкачами не используй одного человека больше одного раза. И пусть церкачи знают, что этот человек – случайный, работает за деньги. Пусть думает, что половину получил от тебя, а вторую получит от них. Не заплатят они, при случае возместишь ты. Лишний повод для уважения к тебе и ненависти к ним. Опасайся помещений с одним выходом. Входя в дом, думай куда бежать, если там засада. Войдя – осмотрись, кто из людей тебе незнаком, кто из незнакомых может быть шпионом церкачей.

    О врагах ты должна знать больше, чем о самой себе. Никогда не верь им больше, чем наполовину. Учись думать, как они, учись думать за них. Перед тем, как что-то сделать, подумай, что сделают они в ответ. И переиграй их в их игре. Обмани хитрого, вероломно напади на вероломного, устрой засаду на любителя ловушек. Побей противника его любимым оружием, и он будет тебя бояться. А это даст возможность блефовать в трудную минуту. Хуже всего тебе будет с честными людьми. А таких тоже будет много. Старайся перетянуть их на свою сторону. Но особенно не увлекайся, голова на плечах одна. Никогда не бросай в беде своих людей. Пусть погибнут двое, спасая одного, зато остальные пойдут за тобой в пекло. Для связи с церкачами не используй одного человека больше одного раза. И пусть церкачи знают, что этот человек – случайный, работает за деньги. Пусть думает, что половину получил от тебя, а вторую получит от них. Не заплатят они, при случае возместишь ты. Лишний повод для уважения к тебе и ненависти к ним. Опасайся помещений с одним выходом. Входя в дом, думай куда бежать, если там засада. Войдя – осмотрись, кто из людей тебе незнаком, кто из незнакомых может быть шпионом церкачей.

    — Великий Дракон (Коша) · книга
13. «

    — Что такое «английский бифштекс» ? — Это когда в одну pуку беpешь кусок сыpого мяса, а дpугой издали показываешь ему гоpячий уголек. Рецепт палеоистоpических китобоев. Потом — ешь. — И все? Без соли?

    — Что такое «английский бифштекс» ? — Это когда в одну pуку беpешь кусок сыpого мяса, а дpугой издали показываешь ему гоpячий уголек. Рецепт палеоистоpических китобоев. Потом — ешь. — И все? Без соли?

    — Мрак · книга
14. «

    — Убить его — твоё право, но если ты захочешь его мучить, я тебе не друг. — Я хочу его сначала в темницу посадить на восемь дней, как он меня, а потом убить. Ты не думай, он умрёт лёгкой смертью. Я его из арбалета застрелю. — Это справедливо. А почему — из арбалета? Я думал, ты захочешь его повесить. — Я ему так обещала. После суда. Я в него ножик кинула, только клинок отскочил. Он под одеждой кольчугу носит. Я сказала, что в следующий раз арбалет возьму.

    — Убить его — твоё право, но если ты захочешь его мучить, я тебе не друг. — Я хочу его сначала в темницу посадить на восемь дней, как он меня, а потом убить. Ты не думай, он умрёт лёгкой смертью. Я его из арбалета застрелю. — Это справедливо. А почему — из арбалета? Я думал, ты захочешь его повесить. — Я ему так обещала. После суда. Я в него ножик кинула, только клинок отскочил. Он под одеждой кольчугу носит. Я сказала, что в следующий раз арбалет возьму.

    — Магистр Анна · книга
15. «

    – Здорово! У нас в деревне никто так не умеет! А правда, что драконы все на свете знают? – Неправда. Драконы знают ровно половину всего на свете.

    – Здорово! У нас в деревне никто так не умеет! А правда, что драконы все на свете знают? – Неправда. Драконы знают ровно половину всего на свете.

    — Великий Дракон (Коша) · книга
16. «

    – Тебя послушать, так все церкачи – просто ангелы во плоти. Почему же народ плюет вам вслед? – Тут все взаимно. Мы плюем на народ, народ плюет на нас. Но разве в этом дело? Давай разберемся. Что всегда грозило людям? Войны, голод, эпидемии. Там, где церковь, нет войн. Всегда и везде были войны. Мы их прекратили. Голод. Причина голода – перенаселенность. Да, мы ограничиваем в некоторых регионах рождаемость. Стерилизуем мужчин после рождения третьего ребенка, убиваем четвертого и последующих у женщин. Но перед этим предлагаем им переселиться в малозаселенные районы. Не хотят – их дело. За триста лет мы таким способом вдвое уменьшили население. Теперь народ пусть живет небогато, но и от голода не умирает. Эпидемии. Тоже наши борются.

    – Тебя послушать, так все церкачи – просто ангелы во плоти. Почему же народ плюет вам вслед? – Тут все взаимно. Мы плюем на народ, народ плюет на нас. Но разве в этом дело? Давай разберемся. Что всегда грозило людям? Войны, голод, эпидемии. Там, где церковь, нет войн. Всегда и везде были войны. Мы их прекратили. Голод. Причина голода – перенаселенность. Да, мы ограничиваем в некоторых регионах рождаемость. Стерилизуем мужчин после рождения третьего ребенка, убиваем четвертого и последующих у женщин. Но перед этим предлагаем им переселиться в малозаселенные районы. Не хотят – их дело. За триста лет мы таким способом вдвое уменьшили население. Теперь народ пусть живет небогато, но и от голода не умирает. Эпидемии. Тоже наши борются.

    — Великий Дракон (Коша) · книга
17. «

    Фразы типично в стиле драконов. Вопросов после них вдвое больше, чем до. Как они сами себя понимают?

    Фразы типично в стиле драконов. Вопросов после них вдвое больше, чем до. Как они сами себя понимают?

    — Великий Дракон · книга
18. «

    Команда заполняла бортжурнал в комиксах. Здесь были все события с момента погружения. Больше всего досталось, конечно, Мраку. Вот на отметке 310 метров он пытается растянуть за углы смятый, как лист бумаги, экран монитора. Вот на отметке 350 метров сметает шваброй в кучку распластавшиеся на полу тела водолазов. Угол стонет: «Дышать...» Мрак отвечает ему: «Не ори, ты не дома». Плюс подхватывает:»... дома тоже не ори». Вот Мрак бежит по дну к катеру, из-под ног разбегаются в стороны медузы, а за ним, как воздушные шарики на ниточках, летят, теряя ласты и маски, Угол и Слэш. Вот Мрак стоит на крыле катера и выкручивает, как мокрую тряпку, баллон кислорода. В голове бьется вопрос: «Не понял?..»

    Команда заполняла бортжурнал в комиксах. Здесь были все события с момента погружения. Больше всего досталось, конечно, Мраку. Вот на отметке 310 метров он пытается растянуть за углы смятый, как лист бумаги, экран монитора. Вот на отметке 350 метров сметает шваброй в кучку распластавшиеся на полу тела водолазов. Угол стонет: «Дышать...» Мрак отвечает ему: «Не ори, ты не дома». Плюс подхватывает:»... дома тоже не ори». Вот Мрак бежит по дну к катеру, из-под ног разбегаются в стороны медузы, а за ним, как воздушные шарики на ниточках, летят, теряя ласты и маски, Угол и Слэш. Вот Мрак стоит на крыле катера и выкручивает, как мокрую тряпку, баллон кислорода. В голове бьется вопрос: «Не понял?..»

    — Мрак · книга
19. «

    – А к кому ты относишь себя? – Я и тут сама по себе. Ни в одну категорию не вписываюсь. Верная сучка. Или справедливая сволочь. Или честная карьеристка. Выбирай любое название. – Как тебе удается это совмещать? – Мужики выбивают себе место под солнцем только головой, а я не забыла ничего из того, чему научилась в борделе. И голова работает. Я в струе. Там, где мужику нужно три года, я справляюсь за год. Считай, год экономит золотой диплом, и год – постель. Но я никогда не бросаю тех, кто помог мне подняться. Обгоняю и веду за собой в кильватере. Это моя команда. И они это знают. В любой момент любой из них может рассчитывать на мою помощь. Мы – структура в структуре, пирамида в пирамиде.

    – А к кому ты относишь себя? – Я и тут сама по себе. Ни в одну категорию не вписываюсь. Верная сучка. Или справедливая сволочь. Или честная карьеристка. Выбирай любое название. – Как тебе удается это совмещать? – Мужики выбивают себе место под солнцем только головой, а я не забыла ничего из того, чему научилась в борделе. И голова работает. Я в струе. Там, где мужику нужно три года, я справляюсь за год. Считай, год экономит золотой диплом, и год – постель. Но я никогда не бросаю тех, кто помог мне подняться. Обгоняю и веду за собой в кильватере. Это моя команда. И они это знают. В любой момент любой из них может рассчитывать на мою помощь. Мы – структура в структуре, пирамида в пирамиде.

    — Великий Дракон (Коша) · книга
20. «

    Зато, когда я починил ходовую часть, я вывел комбайн из шахты и навел все его лазеры на ледник. Знаешь, что бывает, если навести мощный инфракрасный лазер на ледник? Лед тает! Как сахар в кипятке! Но сначала этого не видно. Вода впитывается в снег, заполняет все впадинки, лужи и озерца. До самого утра ничего не происходило. Но когда взошло солнце… Ледник сорвался в озеро, а вода из озера — в долину. Я спустил на их лагерь сель. В пять минут они остались без техники, без связи, без палаток. Без всего, только одежда и оружие. Спустив на перевал лавину и запер всех в долине как в мышеловке. И тогда я начал охотиться на них. Выслеживал и убивал по одному. Все честно! Равные шансы. Они охотятся на меня, я — на них. Не знаю, скольких я убил, но стали попадаться убитые не моей рукой! Скорпионы в банке со страху начали жалить друг друга! Как я тогда смеялся! Как смеялся! И горы смеялись вместе со мной! Я — и горы!

    Зато, когда я починил ходовую часть, я вывел комбайн из шахты и навел все его лазеры на ледник. Знаешь, что бывает, если навести мощный инфракрасный лазер на ледник? Лед тает! Как сахар в кипятке! Но сначала этого не видно. Вода впитывается в снег, заполняет все впадинки, лужи и озерца. До самого утра ничего не происходило. Но когда взошло солнце… Ледник сорвался в озеро, а вода из озера — в долину. Я спустил на их лагерь сель. В пять минут они остались без техники, без связи, без палаток. Без всего, только одежда и оружие. Спустив на перевал лавину и запер всех в долине как в мышеловке. И тогда я начал охотиться на них. Выслеживал и убивал по одному. Все честно! Равные шансы. Они охотятся на меня, я — на них. Не знаю, скольких я убил, но стали попадаться убитые не моей рукой! Скорпионы в банке со страху начали жалить друг друга! Как я тогда смеялся! Как смеялся! И горы смеялись вместе со мной! Я — и горы!

    — Мрак · книга