23 фразы из книги «Прист. Далёкие странники» для дневника

Собрали 23 цитаты из книги «Прист. Далёкие странники» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Всю жизнь я судил о красоте людей по их лопаткам и ни разу не ошибся. Поэтому А-Сюй, сними маску, позволь мне целовать и обнимать тебя до тех пор, пока я не утолю свой голод. Красивые люди встречаются редко, но их не так уж и мало. В стремлении познать всех красавцев этого мира я ни за кого никогда не держался. Если ты покажешь своё истинное лицо и проведëшь со мной ночь, кто знает… Возможно, буря моей страсти разожжëт пламя твоего желания, а наутро я просто обо всем забуду. Ну а пока то, как ты ведëшь себя… заставляет меня желать провести с тобой всю оставшуюся жизнь.

   Всю жизнь я судил о красоте людей по их лопаткам и ни разу не ошибся. Поэтому А-Сюй, сними маску, позволь мне целовать и обнимать тебя до тех пор, пока я не утолю свой голод. Красивые люди встречаются редко, но их не так уж и мало. В стремлении познать всех красавцев этого мира я ни за кого никогда не держался. Если ты покажешь своё истинное лицо и проведëшь со мной ночь, кто знает… Возможно, буря моей страсти разожжëт пламя твоего желания, а наутро я просто обо всем забуду. Ну а пока то, как ты ведëшь себя… заставляет меня желать провести с тобой всю оставшуюся жизнь.

   — Вэнь Кэсин · книга
2. «

   Ах, какая приятная случайность, Чжоу-сюн! Судьба снова свела нас. Сколько раз мы ненароком сталкивались под светом луны? Наши сердца и души связаны — не иначе.

   Ах, какая приятная случайность, Чжоу-сюн! Судьба снова свела нас. Сколько раз мы ненароком сталкивались под светом луны? Наши сердца и души связаны — не иначе.

   — Вэнь Кэсин · книга
3. «

   Есть ли в бескрайнем мире хоть один человек, кто не мечтал бы сделаться легендарным героем и оставить славный след в истории? Кто в благословенные годы юности не взглянул на чужой величественный силуэт и не воскликнул, стиснув зубы и сжав кулаки: «Однажды я буду таким же!»? Повелевать миром, владычествовать над людскими судьбами… Но что будет после достижения славы? Что потом?

   Есть ли в бескрайнем мире хоть один человек, кто не мечтал бы сделаться легендарным героем и оставить славный след в истории? Кто в благословенные годы юности не взглянул на чужой величественный силуэт и не воскликнул, стиснув зубы и сжав кулаки: «Однажды я буду таким же!»? Повелевать миром, владычествовать над людскими судьбами… Но что будет после достижения славы? Что потом?
4. «

   Вот он и вился назойливым комаром рядом с бродягой — ведь в шторм любая гавань хороша. Как говорят, после трёх лет в армии даже свинья покажется красоткой. Обстоятельства Вэнь Кэсина мало отличались — у него попросту не было выбора. Хотя в данном конкретном случае объектом его интереса стал, страшно сказать, кабан.

   Вот он и вился назойливым комаром рядом с бродягой — ведь в шторм любая гавань хороша. Как говорят, после трёх лет в армии даже свинья покажется красоткой. Обстоятельства Вэнь Кэсина мало отличались — у него попросту не было выбора. Хотя в данном конкретном случае объектом его интереса стал, страшно сказать, кабан.

   — Вэнь Кэсин · книга
5. «

   Подобно засохшей иве, я рухну под такой тяжестью, так как неизлечимо болен и долго не проживу. Вэнь-сюну придётся облюбовать другое дерево, чтобы повеситься. К счастью, на земле полно лесов.

   Подобно засохшей иве, я рухну под такой тяжестью, так как неизлечимо болен и долго не проживу. Вэнь-сюну придётся облюбовать другое дерево, чтобы повеситься. К счастью, на земле полно лесов.

   — Чжоу Цзышу · книга
6. «

   Для великих умов одиночество предписано судьбой. Кто я такой, чтобы вмешиваться в предначертанное?

   Для великих умов одиночество предписано судьбой. Кто я такой, чтобы вмешиваться в предначертанное?

   — Чжоу Цзышу · книга
7. «

   Ручьи сливаются в один поток, тьму рассеивает свет небес. Но тучи закрывают солнце, а правду затеняет ложь.

   Ручьи сливаются в один поток, тьму рассеивает свет небес. Но тучи закрывают солнце, а правду затеняет ложь.

   — Хэлань И · книга
8. «

   В этом мире не все люди хорошие. Но большинство хочет быть таковыми. Даже плохие люди изо всех сил притворяются хорошими. Что касается вопроса, почему люди так поступают… Я думаю, из-за правила «если ты добр к другим, другие добры к тебе». Не существует иного способа завести друзей, создать семью или найти единомышленников, которые захотят быть рядом. Без всего этого ты не познаешь ни истинную любовь, ни искреннюю привязанность и рискуешь остаться в полном одиночестве, остерегаясь всех и каждого. Разве найдётся участь печальнее? Видишь ли, быть плохим человеком может оказаться слишком больно.

   В этом мире не все люди хорошие. Но большинство хочет быть таковыми. Даже плохие люди изо всех сил притворяются хорошими. Что касается вопроса, почему люди так поступают… Я думаю, из-за правила «если ты добр к другим, другие добры к тебе». Не существует иного способа завести друзей, создать семью или найти единомышленников, которые захотят быть рядом. Без всего этого ты не познаешь ни истинную любовь, ни искреннюю привязанность и рискуешь остаться в полном одиночестве, остерегаясь всех и каждого. Разве найдётся участь печальнее? Видишь ли, быть плохим человеком может оказаться слишком больно.

   — Чжоу Цзышу · книга
9. «

   Чжоу Цзышу вздохнул. Слова «слишком поздно» не раз рассыпались едким пеплом на его собственных губах, превратившись в скорбный девиз всей жизни.

   Чжоу Цзышу вздохнул. Слова «слишком поздно» не раз рассыпались едким пеплом на его собственных губах, превратившись в скорбный девиз всей жизни.

   — Чжоу Цзышу · книга
10. «

    В мире есть три типа людей: те, кто любит мясо; те, кто его не любит; и те, кому всё равно. Иногда первый тип людей рождается в бедности, а второй — в роскоши. Не забавно ли?

    В мире есть три типа людей: те, кто любит мясо; те, кто его не любит; и те, кому всё равно. Иногда первый тип людей рождается в бедности, а второй — в роскоши. Не забавно ли?

    — Вэнь Кэсин · книга
11. «

    — Если этого бесполезного нищего называть выдающимся, кем тогда являются такие люди, как Древний Монах с горы Чанмин, Король Ядов из дворца Гуаньинь Южного моря или Хозяин Долины Призраков с хребта Цинчжу? – с издёвкой спросил Чжоу Цзышу.

    — Если этого бесполезного нищего называть выдающимся, кем тогда являются такие люди, как Древний Монах с горы Чанмин, Король Ядов из дворца Гуаньинь Южного моря или Хозяин Долины Призраков с хребта Цинчжу? – с издёвкой спросил Чжоу Цзышу.

    — Чжоу Цзышу · книга
12. «

    — Вэнь-сюну тоже интересно воочию увидеть дорогу в преисподнюю?

    — Вэнь-сюну тоже интересно воочию увидеть дорогу в преисподнюю?

    — Чжоу Цзышу · книга
13. «

    Бушует ветер и льётся дождь. Почему я не рад, что встретил свою любовь?

    Бушует ветер и льётся дождь. Почему я не рад, что встретил свою любовь?

    — Вэнь Кэсин · книга
14. «

    Кого ни встреть, люди либо боялись его до оторопи, либо считали непредсказуемым безумцем. Разве кто-то раньше садился рядом у костра и слушал его фальшивый напев? Кто-то вспоминал о делах давно минувших дней, которые имели значение только для него?

    Кого ни встреть, люди либо боялись его до оторопи, либо считали непредсказуемым безумцем. Разве кто-то раньше садился рядом у костра и слушал его фальшивый напев? Кто-то вспоминал о делах давно минувших дней, которые имели значение только для него?

    — Вэнь Кэсин · книга
15. «

    Чжоу Цзышу вдруг показалось ужасно забавным, что прохожие на улице спешили куда-то, словно в погоне за смертью, тогда как он — человек, находящийся одной ногой в могиле — наконец-то перестал торопиться.

    Чжоу Цзышу вдруг показалось ужасно забавным, что прохожие на улице спешили куда-то, словно в погоне за смертью, тогда как он — человек, находящийся одной ногой в могиле — наконец-то перестал торопиться.

    — Чжоу Цзышу · книга
16. «

    Ну и ладно. Мы ведь вместе не до первого дождя. К тому же, у меня и так была дрянная репутация. Ты — мой. Поэтому, к добру или к худу, нам остаётся только держаться друг друга. Верно я рассуждаю?

    Ну и ладно. Мы ведь вместе не до первого дождя. К тому же, у меня и так была дрянная репутация. Ты — мой. Поэтому, к добру или к худу, нам остаётся только держаться друг друга. Верно я рассуждаю?

    — Вэнь Кэсин · книга
17. «

    Хочешь преследовать Скорбящего Призрака — лёгкой тебе гибели! Я добр и любопытен, но не настолько, чтобы рисковать своей головой.

    Хочешь преследовать Скорбящего Призрака — лёгкой тебе гибели! Я добр и любопытен, но не настолько, чтобы рисковать своей головой.

    — Вэнь Кэсин · книга
18. «

    Некоторые люди проживают жизнь весьма заурядно, начиная ждать ужин сразу по окончании обеда. Попроси таких задуматься о чём-то поглубже, выйти за привычные рамки, и у них разболится голова. Другие же всесторонне рассматривают события, тщательно их обдумывают, прокручивают в голове снова и снова, иногда даже неосознанно.

    Некоторые люди проживают жизнь весьма заурядно, начиная ждать ужин сразу по окончании обеда. Попроси таких задуматься о чём-то поглубже, выйти за привычные рамки, и у них разболится голова. Другие же всесторонне рассматривают события, тщательно их обдумывают, прокручивают в голове снова и снова, иногда даже неосознанно.
19. «

    Смеяться, когда весело, плакать, когда грустно, или хулиганить просто потому, что напало вдохновение — Вэнь Кэсин всегда решал сам, чего ему больше хочется. Приличия и уместность не имели значения.

    Смеяться, когда весело, плакать, когда грустно, или хулиганить просто потому, что напало вдохновение — Вэнь Кэсин всегда решал сам, чего ему больше хочется. Приличия и уместность не имели значения.

    — Вэнь Кэсин · книга
20. «

    Холодные слёзы льют осень над умирающим маковым деревом. Сквозь покрывало тонкое для ночной прохлады ускользает время. Я хочу с тобой пройти жизнь и смерть. Досадно, что встретились мы так поздно, слишком поздно.

    Холодные слёзы льют осень над умирающим маковым деревом. Сквозь покрывало тонкое для ночной прохлады ускользает время. Я хочу с тобой пройти жизнь и смерть. Досадно, что встретились мы так поздно, слишком поздно.