10 цитат из книги «Рэй Брэдбери. Дзен в искусстве написания книг», ставших крылатыми

10 цитат из книги «Рэй Брэдбери. Дзен в искусстве написания книг» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я не особо задумывался о своем пути в жизни, я просто жил, что-то делал, и понимание, что это такое и кто я такой, приходило, когда все уже было сделано. Каждый рассказ был открытием нового «я». И каждое «я», найденное сегодня, слегка отличалось от «я», обнаруженного вчера.

   Я не особо задумывался о своем пути в жизни, я просто жил, что-то делал, и понимание, что это такое и кто я такой, приходило, когда все уже было сделано. Каждый рассказ был открытием нового «я». И каждое «я», найденное сегодня, слегка отличалось от «я», обнаруженного вчера.
2. «

   Читайте авторов, пишущих так, как мечтаете писать вы сами, мыслящих так, как вам самим хочется мыслить. Но читайте и тех авторов, которые мыслят не так, как вы, или пишут не так, как хотелось бы писать вам, — для того, чтобы получить стимул посмотреть в том направлении, куда вы и не взглянули бы многие годы. И опять же, не позволяйте снобизму других отвратить вас от чтения, например, Киплинга, если его больше никто не читает.

   Читайте авторов, пишущих так, как мечтаете писать вы сами, мыслящих так, как вам самим хочется мыслить. Но читайте и тех авторов, которые мыслят не так, как вы, или пишут не так, как хотелось бы писать вам, — для того, чтобы получить стимул посмотреть в том направлении, куда вы и не взглянули бы многие годы. И опять же, не позволяйте снобизму других отвратить вас от чтения, например, Киплинга, если его больше никто не читает.
3. «

   Мы проявляемся в трудах. Мы столько о себе не знаем, пока не заняты и в праздности живем. Меж тем у каждого внутри сокрыта большая фабрика незавершенных дел.

   Мы проявляемся в трудах. Мы столько о себе не знаем, пока не заняты и в праздности живем. Меж тем у каждого внутри сокрыта большая фабрика незавершенных дел.
4. «

   И чему же, вы спросите, учит писательство? Во-первых, оно напоминает о том, что мы живы, что жизнь привилегия и подарок, а вовсе не право. Если нас одарили жизнью, надо ее отслужить. Жизнь требует что-то взамен, потому что дала нам великое благо — одушевленность.

   И чему же, вы спросите, учит писательство? Во-первых, оно напоминает о том, что мы живы, что жизнь привилегия и подарок, а вовсе не право. Если нас одарили жизнью, надо ее отслужить. Жизнь требует что-то взамен, потому что дала нам великое благо — одушевленность.
5. «

   Греха в том нет, чтобы кожу снять и так плясать, одетым только в кости.

   Греха в том нет, чтобы кожу снять и так плясать, одетым только в кости.
6. «

   Мы приникаем к прекрасным и благородным явлениям жизни, чтобы примириться с ужасами и бедой, поражающими нас напрямую, через родных и друзей или же через газеты и телевидение.

   Мы приникаем к прекрасным и благородным явлениям жизни, чтобы примириться с ужасами и бедой, поражающими нас напрямую, через родных и друзей или же через газеты и телевидение.
7. «

   Я узнал, что был прав, а все остальные не правы, когда мне было девять и я учился в четвертом классе. В тот год появился Бак Роджерс, и это была любовь с первого взгляда. Я собирал вырезки из газет и сходил по ним с ума. Друзья этого не понимали. Друзья смеялись. Я разорвал свои комиксы с Баком Роджерсом. Месяц я ходил в школу совершенно убитый и опустошенный. Однажды я горько расплакался и спросил себя, почему мне так плохо и пусто. И сам же себе и ответил: из-за Бака Роджерса. Он исчез, и жизнь больше не стоила того, чтобы жить. Следующая моя мысль была: они мне не друзья — те, кто заставил меня разорвать комиксы, а вместе с тем разорвать пополам и жизнь — они мне враги. Я снова стал собирать Бака Роджерса. И с тех пор живу счастливо. Именно с этого и началась моя карьера писателя-фантаста. Я больше никогда не слушал тех, кто насмехался над моим увлечением космическими полетами, цирками или гориллами. Если что-то подобное происходило, я забирал своих динозавров и выходил из комнаты.

   Я узнал, что был прав, а все остальные не правы, когда мне было девять и я учился в четвертом классе. В тот год появился Бак Роджерс, и это была любовь с первого взгляда. Я собирал вырезки из газет и сходил по ним с ума. Друзья этого не понимали. Друзья смеялись. Я разорвал свои комиксы с Баком Роджерсом. Месяц я ходил в школу совершенно убитый и опустошенный. Однажды я горько расплакался и спросил себя, почему мне так плохо и пусто. И сам же себе и ответил: из-за Бака Роджерса. Он исчез, и жизнь больше не стоила того, чтобы жить. Следующая моя мысль была: они мне не друзья — те, кто заставил меня разорвать комиксы, а вместе с тем разорвать пополам и жизнь — они мне враги. Я снова стал собирать Бака Роджерса. И с тех пор живу счастливо. Именно с этого и началась моя карьера писателя-фантаста. Я больше никогда не слушал тех, кто насмехался над моим увлечением космическими полетами, цирками или гориллами. Если что-то подобное происходило, я забирал своих динозавров и выходил из комнаты.
8. «

   Когда меня спрашивают, где я беру идеи, я смеюсь. Это так странно: мы так заняты тем, что рыщем снаружи в поисках способов и путей, что нам некогда заглянуть внутрь.

   Когда меня спрашивают, где я беру идеи, я смеюсь. Это так странно: мы так заняты тем, что рыщем снаружи в поисках способов и путей, что нам некогда заглянуть внутрь.
9. «

   Нужно опьяняться и насыщаться творчеством, и реальность не сможет тебя уничтожить.

   Нужно опьяняться и насыщаться творчеством, и реальность не сможет тебя уничтожить.
10. «

    Я, как и все начинающие писатели, был убеждён, что идею можно осуществить, если дубасить по ней со всей силы, лупцевать её и колотить. Разумеется, при таком обращении любая порядочная идея сложит лапки, перевернётся кверху брюшком, устремит взгляд в вечность и тихо издохнет.

    Я, как и все начинающие писатели, был убеждён, что идею можно осуществить, если дубасить по ней со всей силы, лупцевать её и колотить. Разумеется, при таком обращении любая порядочная идея сложит лапки, перевернётся кверху брюшком, устремит взгляд в вечность и тихо издохнет.