20 цитат из книги «Рэй Брэдбери. Лето, прощай» — читать онлайн

Собрали 20 цитат из книги «Рэй Брэдбери. Лето, прощай» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   В каждом из нас живёт ребёнок. Запереть его на веки вечные – дело нехитрое.

   В каждом из нас живёт ребёнок. Запереть его на веки вечные – дело нехитрое.

   — Кел Квотермейн · книга
2. «

   – …любовь, – закончил Блик. Квотермейн так и не выдавил из себя это слово. Приторное, слащавое. Такое пошлое, такое правдивое, такое докучливое, такое чудесное, такое пугающее и в конечном счете для него совершенно потерянное.

   – …любовь, – закончил Блик. Квотермейн так и не выдавил из себя это слово. Приторное, слащавое. Такое пошлое, такое правдивое, такое докучливое, такое чудесное, такое пугающее и в конечном счете для него совершенно потерянное.

   — Блик · книга
3. «

   Прежде чем научиться отпускать, научись удерживать. Жизнь нельзя брать за горло — она послушна только легкому касанию. Не переусердствуй: где-то нужно дать ей волю, а где-то пойти на поводу. Считай, что сидишь в лодке. Заводи себе мотор да сплавляйся по течению. Но как только услышишь прямо по курсу крепнущий рев водопада, выбрось за борт старый хлам, повяжи лучший галстук, надень выходную шляпу, закури сигару — и полный вперед, пока не навернешься. Вот где настоящий триумф. А спорить с водопадом — это пустое.

   Прежде чем научиться отпускать, научись удерживать. Жизнь нельзя брать за горло — она послушна только легкому касанию. Не переусердствуй: где-то нужно дать ей волю, а где-то пойти на поводу. Считай, что сидишь в лодке. Заводи себе мотор да сплавляйся по течению. Но как только услышишь прямо по курсу крепнущий рев водопада, выбрось за борт старый хлам, повяжи лучший галстук, надень выходную шляпу, закури сигару — и полный вперед, пока не навернешься. Вот где настоящий триумф. А спорить с водопадом — это пустое.

   — Блик · книга
4. «

   Вместо того чтобы управлять своими персонажами, я предоставляю им жить собственной жизнью и без помех выражать своё мнение. А сам только слушаю и записываю.

   Вместо того чтобы управлять своими персонажами, я предоставляю им жить собственной жизнью и без помех выражать своё мнение. А сам только слушаю и записываю.
5. «

   Август надо цедить медленно, как грушевый ликeр. Hаливать в маленькую рюмочку, отхлебывать по кaпельке, а сквозь рюмочку смотреть на солнце.

   Август надо цедить медленно, как грушевый ликeр. Hаливать в маленькую рюмочку, отхлебывать по кaпельке, а сквозь рюмочку смотреть на солнце.
6. «

   Каждый сам себе помощник.

   Каждый сам себе помощник.

   — Блик · книга
7. «

   Августовские ночи надо разбавлять огоньками свечей, молоком, налитым в плошку для домового, мурлыканьем кота и стрекотом кузнечиков.

   Августовские ночи надо разбавлять огоньками свечей, молоком, налитым в плошку для домового, мурлыканьем кота и стрекотом кузнечиков.
8. «

   – От правды не уйдёшь, – сказал Блик. – Мы с тобою два старых дурака. Ума набираться поздно, остается только подтрунивать над собой – всё лучше, чем делать вид, будто так и надо.

   – От правды не уйдёшь, – сказал Блик. – Мы с тобою два старых дурака. Ума набираться поздно, остается только подтрунивать над собой – всё лучше, чем делать вид, будто так и надо.

   — Блик · книга
9. «

   Жизнь даётся нам только на время. Пользуйся, пока можешь, а потом без слез отпусти. Это диковинная эстафетная палочка — одному Богу известно, где произойдет передача.

   Жизнь даётся нам только на время. Пользуйся, пока можешь, а потом без слез отпусти. Это диковинная эстафетная палочка — одному Богу известно, где произойдет передача.

   — Блик · книга
10. «

    Ничто и никогда не проходит бесследно.

    Ничто и никогда не проходит бесследно.

    — Дедушка · книга
11. «

    Августовские дни надо закладывать меж страниц книг, как закладки, чтобы потом вытряхивать их жар в промозглом ноябре, достав эту книгу с полки. И заклинаю вас, ну не кричите вы на всех углах «ой, вот и август, вот и осень». Ну куда вы торопитесь? Остановите часы. Пейте по капле.

    Августовские дни надо закладывать меж страниц книг, как закладки, чтобы потом вытряхивать их жар в промозглом ноябре, достав эту книгу с полки. И заклинаю вас, ну не кричите вы на всех углах «ой, вот и август, вот и осень». Ну куда вы торопитесь? Остановите часы. Пейте по капле.
12. «

    Для меня самое главное — не переставать удивляться. Перед отходом ко сну я непременно даю себе наказ с утра пораньше обнаружить что-нибудь удивительное.

    Для меня самое главное — не переставать удивляться. Перед отходом ко сну я непременно даю себе наказ с утра пораньше обнаружить что-нибудь удивительное.
13. «

    Часы! Это они отравляют и губят жизнь, вытряхивают человека из тёплой постели, загоняют в школу, а потом в могилу!

    Часы! Это они отравляют и губят жизнь, вытряхивают человека из тёплой постели, загоняют в школу, а потом в могилу!
14. «

    ...может, и упираться не стоит, когда враги станут тащить меня к двадцати пяти годам. Двадцать пять – достойный пожилой возраст… Вот бы тридцать лет прожить двадцатипятилетним. А там – хоть трава не расти.

    ...может, и упираться не стоит, когда враги станут тащить меня к двадцати пяти годам. Двадцать пять – достойный пожилой возраст… Вот бы тридцать лет прожить двадцатипятилетним. А там – хоть трава не расти.

    — Чарли · книга
15. «

    — Ни за что не умру! Я буду драться! — Скелеты не дерутся.

    — Ни за что не умру! Я буду драться! — Скелеты не дерутся.

    — Уилл · книга
16. «

    Конечно, все люди умирают, но когда придёт моя очередь, я скажу: нет уж, спасибочки.

    Конечно, все люди умирают, но когда придёт моя очередь, я скажу: нет уж, спасибочки.

    — Чарли · книга
17. «

    Дедушкина библиотека представляла собой невероятное сумрачное пристанище, облицованное книгами, а посему там могли случиться – и вечно случались – всякие неожиданности. Достаточно было снять с полки какую-нибудь книжку, раскрыть ее – и сумрак уже не был сумраком. Здесь-то, водрузив на нос очки в золотой оправе, и устраивался дедушка то с одной книгой на коленях, то с другой и всегда примечал посетителей, которые заглядывали на минутку, а задерживались на час. Здесь бок о бок отдыхали лев и антилопа, здесь шакал превращался в единорога...

    Дедушкина библиотека представляла собой невероятное сумрачное пристанище, облицованное книгами, а посему там могли случиться – и вечно случались – всякие неожиданности. Достаточно было снять с полки какую-нибудь книжку, раскрыть ее – и сумрак уже не был сумраком. Здесь-то, водрузив на нос очки в золотой оправе, и устраивался дедушка то с одной книгой на коленях, то с другой и всегда примечал посетителей, которые заглядывали на минутку, а задерживались на час. Здесь бок о бок отдыхали лев и антилопа, здесь шакал превращался в единорога...
18. «

    Смерть — это когда уплываешь на корабле, а вся родня осталась на берегу.

    Смерть — это когда уплываешь на корабле, а вся родня осталась на берегу.

    — Дуглас Сполдинг · книга
19. «

    Зачастую самые прочные дружеские отношения складывались у меня с людьми за восемьдесят, а то и за девяносто; при каждом удобном случае я донимал их расспросами про все на свете, а сам молча слушал и мотал на ус.

    Зачастую самые прочные дружеские отношения складывались у меня с людьми за восемьдесят, а то и за девяносто; при каждом удобном случае я донимал их расспросами про все на свете, а сам молча слушал и мотал на ус.
20. «

    – Итак. – Кел Квотермейн наклонился вперёд, поскрипывая тростниковыми костями. – Что ты хочешь узнать? – Всё, – выпалил Дуглас. – Всё? – Квотермейн хмыкнул себе под нос. – На это потребуется аж десять минут, никак не меньше. – А если хоть что-нибудь? – спросил Дуглас. – Хоть что-нибудь? Одну, конкретную вещь? Ну, ты загнул, Дуглас, для этого и всей жизни не хватит. Я довольно много размышлял на эту тему. «Всё» с необычайной лёгкостью слетает у меня с языка. Другое дело «что-нибудь»! «Что-нибудь»! Пока разжуешь, челюсть вывихнешь. Так что давай-ка лучше побеседуем обо «всём», а там видно будет.

    – Итак. – Кел Квотермейн наклонился вперёд, поскрипывая тростниковыми костями. – Что ты хочешь узнать? – Всё, – выпалил Дуглас. – Всё? – Квотермейн хмыкнул себе под нос. – На это потребуется аж десять минут, никак не меньше. – А если хоть что-нибудь? – спросил Дуглас. – Хоть что-нибудь? Одну, конкретную вещь? Ну, ты загнул, Дуглас, для этого и всей жизни не хватит. Я довольно много размышлял на эту тему. «Всё» с необычайной лёгкостью слетает у меня с языка. Другое дело «что-нибудь»! «Что-нибудь»! Пока разжуешь, челюсть вывихнешь. Так что давай-ка лучше побеседуем обо «всём», а там видно будет.

    — Кел Квотермейн · книга