35 цитат из книги «Ричард Бах. Чайка по имени Джонатан Ливингстон» — подборка редакции

35 цитат из книги «Ричард Бах. Чайка по имени Джонатан Ливингстон» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мы пролетаем из одного мира в другой, почти такой же, тут же забывая, откуда мы пришли, и не беспокоясь о том, куда идем. Мы просто живем текущим мгновением.

   Мы пролетаем из одного мира в другой, почти такой же, тут же забывая, откуда мы пришли, и не беспокоясь о том, куда идем. Мы просто живем текущим мгновением.

   — Салливан · книга
2. «

   Небеса — это не место и не время. Небеса — это достижение совершенства.

   Небеса — это не место и не время. Небеса — это достижение совершенства.

   — Старейший · книга
3. «

   Самым важным в жизни было устремление к совершенству в том, что они любили больше всего.

   Самым важным в жизни было устремление к совершенству в том, что они любили больше всего.
4. «

   Просто продолжай искать себя и находить. Каждый день поближе узнавать свою истинную природу — настоящего Чайку Флетчера. Он — твой учитель. Нужно только понять его и тренироваться, чтобы им быть.

   Просто продолжай искать себя и находить. Каждый день поближе узнавать свою истинную природу — настоящего Чайку Флетчера. Он — твой учитель. Нужно только понять его и тренироваться, чтобы им быть.

   — Джонатан Ливингстон · книга
5. «

   Новые горизонты, новые вопросы.

   Новые горизонты, новые вопросы.
6. «

   Летать – это вовсе не значит махать крыльями, чтобы перемещаться с места на место. Это умеет даже... даже комар.

   Летать – это вовсе не значит махать крыльями, чтобы перемещаться с места на место. Это умеет даже... даже комар.

   — Флетчер Линд · книга
7. «

   Он стоял на песке и думал: что если там, на Земле, есть чайка, которая пытается вырваться из оков своего естества, пытается понять, что могут дать крылья, кроме возможности долететь до рыболовного судна и схватить корку хлеба...

   Он стоял на песке и думал: что если там, на Земле, есть чайка, которая пытается вырваться из оков своего естества, пытается понять, что могут дать крылья, кроме возможности долететь до рыболовного судна и схватить корку хлеба...
8. «

   Очень просто, Флэтчер, как и все остальное. Практика.

   Очень просто, Флэтчер, как и все остальное. Практика.

   — Джонатан Ливингстон · книга
9. «

   Большинство чаек не стремится узнать о полете ничего кроме самого необходимого: как долететь от берега до пищи и вернуться назад. Для большинства чаек главное — еда, а не полет. Больше всего на свете Джонатан Ливингстон любил летать. Но подобное пристрастие, как он понял, не внушает уважения птицам. Даже его родители были встревожены тем, что Джонатан целые дни проводит в одиночестве и, занимаясь своими опытами, снова и снова планирует над самой водой.

   Большинство чаек не стремится узнать о полете ничего кроме самого необходимого: как долететь от берега до пищи и вернуться назад. Для большинства чаек главное — еда, а не полет. Больше всего на свете Джонатан Ливингстон любил летать. Но подобное пристрастие, как он понял, не внушает уважения птицам. Даже его родители были встревожены тем, что Джонатан целые дни проводит в одиночестве и, занимаясь своими опытами, снова и снова планирует над самой водой.

   — Чайка Джонатан Ливингстон · книга
10. «

    Нам не дано постигнуть смысл жизни. Очевидно же в ней лишь одно: в этот мир мы приходим для того, чтобы питаться и за счет этого как можно дольше существовать...

    Нам не дано постигнуть смысл жизни. Очевидно же в ней лишь одно: в этот мир мы приходим для того, чтобы питаться и за счет этого как можно дольше существовать...
11. «

    Он почувствовал облегчение, приняв решение быть одним из Стаи. Ведь тем самым он разрывал свою связь с Силой, заставляющей его искать знание. Так он избавлялся и от борьбы, и от поражения. Было так приятно просто прекратить думать и молча лететь во тьме к огням, мерцавшим вдали над пляжем.

    Он почувствовал облегчение, приняв решение быть одним из Стаи. Ведь тем самым он разрывал свою связь с Силой, заставляющей его искать знание. Так он избавлялся и от борьбы, и от поражения. Было так приятно просто прекратить думать и молча лететь во тьме к огням, мерцавшим вдали над пляжем.
12. «

    Чтобы со скоростью мысли переместиться в любое выбранное тобою место, тебе для начала необходимо осознать, что ты уже прилетел туда, куда стремишься.

    Чтобы со скоростью мысли переместиться в любое выбранное тобою место, тебе для начала необходимо осознать, что ты уже прилетел туда, куда стремишься.

    — Чианг · книга
13. «

    Ты приблизишься к небесам, Джонатан, когда приблизишься к совершенной скорости. Это не значит, что ты должен пролететь тысячу миль в час, или миллион, или научиться летать со скоростью света. Потому что любая цифра — это предел, а совершенство не знает предела.

    Ты приблизишься к небесам, Джонатан, когда приблизишься к совершенной скорости. Это не значит, что ты должен пролететь тысячу миль в час, или миллион, или научиться летать со скоростью света. Потому что любая цифра — это предел, а совершенство не знает предела.
14. «

    У нас есть возможность выкарабкаться из неведения, нам надо осознать собственную исключительность и разумность. Мы способны обрести свободу. И мы можем научиться летать.

    У нас есть возможность выкарабкаться из неведения, нам надо осознать собственную исключительность и разумность. Мы способны обрести свободу. И мы можем научиться летать.

    — Джонатан Ливингстон · книга
15. «

    Джонатан понял, почему так коротка жизнь чаек: ее съедает скука, страх и злоба, но он забыл о скуке, страхе и злобе и прожил долгую счастливую жизнь.

    Джонатан понял, почему так коротка жизнь чаек: ее съедает скука, страх и злоба, но он забыл о скуке, страхе и злобе и прожил долгую счастливую жизнь.
16. «

    — В Стае поговаривают, что вы, если не Сын самой Великой Чайки, <...> то уж, по крайней мере, на тысячу лет опередили свое время. Джонатан вздохнул. «Вот она, цена того, что тебя неправильно понимают, — подумал он. — Для них ты либо божество, либо нечистая сила.»

    — В Стае поговаривают, что вы, если не Сын самой Великой Чайки, <...> то уж, по крайней мере, на тысячу лет опередили свое время. Джонатан вздохнул. «Вот она, цена того, что тебя неправильно понимают, — подумал он. — Для них ты либо божество, либо нечистая сила.»

    — Джонатан Ливингстон · книга
17. «

    Для нас не должно существовать никаких пределов.

    Для нас не должно существовать никаких пределов.
18. «

    И каждая из птиц хитростью и силой пыталась урвать кусок пожирнее. Наступил еще один день — полный забот и суеты.

    И каждая из птиц хитростью и силой пыталась урвать кусок пожирнее. Наступил еще один день — полный забот и суеты.
19. «

    Истинным является лишь тот закон, который ведет к свободе. Другого нет.

    Истинным является лишь тот закон, который ведет к свободе. Другого нет.

    — Джонатан Ливингстон · книга
20. «

    Суть в том, чтобы осознать: твоя истинная природа, твоя сущность — совершенная, как ненаписанное число, существует всегда и везде во времени и пространстве.

    Суть в том, чтобы осознать: твоя истинная природа, твоя сущность — совершенная, как ненаписанное число, существует всегда и везде во времени и пространстве.

    — Чианг · книга