12 цитат из книги «Рик Янси. Ученик монстролога 2: Проклятье вендиго» на каждый день

Ниже 12 цитат из книги «Рик Янси. Ученик монстролога 2: Проклятье вендиго»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   На этой серой земле у нас нет имён. Мы скелеты, отражающие в жёлтом глазу. Наши кости иссушены и выбелены прямо под кожей, наши пустые глазницы разглядывают голодных ворон. В этом царстве теней наши оловянные голоса скребутся как крыло мухи по неподвижному воздуху. Наш язык — это язык слабоумных, тарабарщина идиотов. Корень и лоза могли бы сказать больше, чем мы.

   На этой серой земле у нас нет имён. Мы скелеты, отражающие в жёлтом глазу. Наши кости иссушены и выбелены прямо под кожей, наши пустые глазницы разглядывают голодных ворон. В этом царстве теней наши оловянные голоса скребутся как крыло мухи по неподвижному воздуху. Наш язык — это язык слабоумных, тарабарщина идиотов. Корень и лоза могли бы сказать больше, чем мы.

   — Уильям Джеймс Генри · книга
2. «

   Рутина это тоже своего рода смерть.

   Рутина это тоже своего рода смерть.

   — Пеллинор Ксавьер Уортроп · книга
3. «

   — Вы не понимаете, доктор Уортроп. Эти люди дикари. Человек убивает своих людей — и хвастается этим! Убивает их, чтобы спасти! Скажите, какой человек на такое способен? — Ну, сержант, первое, что приходит на ум, это библейский бог. Но я не стану с вами об этом спорить.

   — Вы не понимаете, доктор Уортроп. Эти люди дикари. Человек убивает своих людей — и хвастается этим! Убивает их, чтобы спасти! Скажите, какой человек на такое способен? — Ну, сержант, первое, что приходит на ум, это библейский бог. Но я не стану с вами об этом спорить.

   — Пеллинор Ксавьер Уортроп · книга
4. «

   — Что ты сейчас делаешь? — спросил он. — Ничего, сэр. — Извини меня, но ведь ты мог бы делать это практически в любом месте? — Да, сэр. Я… Я буду это делать, сэр. — Что? Что ты будешь делать? — Ничего… Я буду ничего не делать в каком-то другом месте.

   — Что ты сейчас делаешь? — спросил он. — Ничего, сэр. — Извини меня, но ведь ты мог бы делать это практически в любом месте? — Да, сэр. Я… Я буду это делать, сэр. — Что? Что ты будешь делать? — Ничего… Я буду ничего не делать в каком-то другом месте.

   — Пеллинор Ксавьер Уортроп · книга
5. «

   Даже самый завзятый циник падок на собственную ложь.

   Даже самый завзятый циник падок на собственную ложь.
6. «

   В своих городах мы отрешились от смерти, задвинули её в пыльный угол, но в пустыне она всегда рядом. Это любовница, которая творит жизнь. Чувственные объятия хищника и жертвы, оргазменный предсмертный крик, последний спазматический всплеск крови, даже безмолвное оплодотворение земли упавшим деревом и разлагающимися листьями — всё это ласки возлюбленных, непременное условие жизни.

   В своих городах мы отрешились от смерти, задвинули её в пыльный угол, но в пустыне она всегда рядом. Это любовница, которая творит жизнь. Чувственные объятия хищника и жертвы, оргазменный предсмертный крик, последний спазматический всплеск крови, даже безмолвное оплодотворение земли упавшим деревом и разлагающимися листьями — всё это ласки возлюбленных, непременное условие жизни.

   — Уильям Джеймс Генри · книга
7. «

   Любовь умеет делать нас глупыми, Уилл Генри. Она ослепляет нас, не позволяя видеть очевидных вещей.

   Любовь умеет делать нас глупыми, Уилл Генри. Она ослепляет нас, не позволяя видеть очевидных вещей.
8. «

   Знаете, почему он за него держится всем сердцем и душой, Граво? По той же причине, почему род человеческий держится за иррациональную веру в вендиго, в вампиров и всю их сверхъестественную родню. Очень трудно поверить, что наш мир добродетелен и управляется справедливым и любящим богом, когда обыкновенные смертные способны на такие немыслимые преступления. — Он кивнул на оскверненный труп, лежащий на поблескивающем столе из нержавеющей стали. — Чудовищное действие по определению требует чудовища.

   Знаете, почему он за него держится всем сердцем и душой, Граво? По той же причине, почему род человеческий держится за иррациональную веру в вендиго, в вампиров и всю их сверхъестественную родню. Очень трудно поверить, что наш мир добродетелен и управляется справедливым и любящим богом, когда обыкновенные смертные способны на такие немыслимые преступления. — Он кивнул на оскверненный труп, лежащий на поблескивающем столе из нержавеющей стали. — Чудовищное действие по определению требует чудовища.

   — Пеллинор Ксавьер Уортроп · книга
9. «

   Без надежды человек не лучше ломовой лошади, которая тащит тяжелую телегу со своими скорбями.

   Без надежды человек не лучше ломовой лошади, которая тащит тяжелую телегу со своими скорбями.

   — Пеллинор Ксавьер Уортроп · книга
10. «

    — Она сказала, что хочет мне кое-что показать. — Один совет, Уилл Генри. Если особа женского пола говорит, что хочет тебе кое-что показать, убегай. Скорее всего, это нечто такое, чего тебе не захочется видеть.

    — Она сказала, что хочет мне кое-что показать. — Один совет, Уилл Генри. Если особа женского пола говорит, что хочет тебе кое-что показать, убегай. Скорее всего, это нечто такое, чего тебе не захочется видеть.

    — Уилл Генри · книга
11. «

    Говорят, бог взирает на нас сверху, как падальщик, который парит над проклятой серой землёй. Вдалеке есть бог. Вонь от человечества не поднимается так высоко. Наши предательства, наши зависти, наши страхи — все они поднимаются не выше наших макушек.

    Говорят, бог взирает на нас сверху, как падальщик, который парит над проклятой серой землёй. Вдалеке есть бог. Вонь от человечества не поднимается так высоко. Наши предательства, наши зависти, наши страхи — все они поднимаются не выше наших макушек.

    — Уильям Джеймс Генри · книга
12. «

    Есть вещи слишком ужасные, чтобы их вспоминать, и слишком прекрасные, чтобы их воскресить.

    Есть вещи слишком ужасные, чтобы их вспоминать, и слишком прекрасные, чтобы их воскресить.

    — Уильям Джеймс Генри · книга