32 цитаты из книги «Роберт Гэлбрейт. Зов кукушки» со смыслом

Ниже 32 цитаты из книги «Роберт Гэлбрейт. Зов кукушки»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   В среду зарядил дождь. Лондонское ненастье, промозглое и серое, обнажало бесстрастный лик старинного города: бледные фигуры под черными зонтами, неистребимый запах сырой одежды, мерный стук ночных струй в оконное стекло.

   В среду зарядил дождь. Лондонское ненастье, промозглое и серое, обнажало бесстрастный лик старинного города: бледные фигуры под черными зонтами, неистребимый запах сырой одежды, мерный стук ночных струй в оконное стекло.
2. «

   Горе я знаю — оно помогать меня учит несчастным.

   Горе я знаю — оно помогать меня учит несчастным.

   — Вергилий · книга
3. «

   Страна тяжелой поступью двигалась к очередным выборам. Воскресным утром Страйк включил свой переносной телевизор и ознакомился с нападками, контраргументами и обещаниями. Каждый выпуск новостей оставлял безрадостное чувство. Государственный долг вырос до непостижимой суммы. При любом исходе выборов нужно было готовиться к сокращению бюджетных средств, масштабному и болезненному.

   Страна тяжелой поступью двигалась к очередным выборам. Воскресным утром Страйк включил свой переносной телевизор и ознакомился с нападками, контраргументами и обещаниями. Каждый выпуск новостей оставлял безрадостное чувство. Государственный долг вырос до непостижимой суммы. При любом исходе выборов нужно было готовиться к сокращению бюджетных средств, масштабному и болезненному.
4. «

   А вообще-то, человеку свойственно усматривать симметрию и равенство там, где их нет. Вроде как одно и то же, а на поверку – совершенно разное…

   А вообще-то, человеку свойственно усматривать симметрию и равенство там, где их нет. Вроде как одно и то же, а на поверку – совершенно разное…
5. «

   Людьми движут только деньги.

   Людьми движут только деньги.

   — Тони · книга
6. «

   По опыту Страйк знал: «чайники» всегда ищут, у кого был мотив, а профессионал в первую очередь прикидывает, у кого была удобная возможность.

   По опыту Страйк знал: «чайники» всегда ищут, у кого был мотив, а профессионал в первую очередь прикидывает, у кого была удобная возможность.
7. «

   Дети впитывают убеждения взрослых на каком-то глубинном, первобытном уровне.

   Дети впитывают убеждения взрослых на каком-то глубинном, первобытном уровне.
8. «

   Гашиш, даже употребляемый по духовным соображениям, делает потребителя тупым параноиком.

   Гашиш, даже употребляемый по духовным соображениям, делает потребителя тупым параноиком.

   — Корморан Страйк · книга
9. «

   Ничто – вот куда ушла Лула Лэндри. И все там будут, включая его и Рошель. Бывает, что болезнь шаг за шагом заводит тебя в ничто… Именно это и происходила с сейчас с матерью Бристоу. Бывает, ничто летит тебе на встречу и бетонной плитой раскалывает череп.

   Ничто – вот куда ушла Лула Лэндри. И все там будут, включая его и Рошель. Бывает, что болезнь шаг за шагом заводит тебя в ничто… Именно это и происходила с сейчас с матерью Бристоу. Бывает, ничто летит тебе на встречу и бетонной плитой раскалывает череп.
10. «

    Ложь связана с отсутствием смелости сказать правду.

    Ложь связана с отсутствием смелости сказать правду.

    — Альфред Адлер · книга
11. «

    Мертвые могут говорить лишь устами живых. А также оставленными по себе знаками.

    Мертвые могут говорить лишь устами живых. А также оставленными по себе знаками.
12. «

    Его улыбка была идеальным примером светской условности: губы растянулись ровно настолько, чтобы обнажить ровный ряд блоснежных зубов.

    Его улыбка была идеальным примером светской условности: губы растянулись ровно настолько, чтобы обнажить ровный ряд блоснежных зубов.
13. «

    — А из обслуги есть кто-нибудь? — Две уборщицы, полячки. По английски — ни бум-бум. Ты от них ничего не добьешься.

    — А из обслуги есть кто-нибудь? — Две уборщицы, полячки. По английски — ни бум-бум. Ты от них ничего не добьешься.

    — Корморан Страйк · книга
14. «

    У него вызывали омерзение СМИ, которые превозносили наркомана Даффилда. Героин не имел ничего общего с гламуром. Мать Страйка умерла на грязном матраце, брошенном в угол, и целых шесть часов никому не приходило в голову, что она мертва.

    У него вызывали омерзение СМИ, которые превозносили наркомана Даффилда. Героин не имел ничего общего с гламуром. Мать Страйка умерла на грязном матраце, брошенном в угол, и целых шесть часов никому не приходило в голову, что она мертва.
15. «

    Богатый всегда хочет заграбастать еще больше, правильно?

    Богатый всегда хочет заграбастать еще больше, правильно?

    — Даффилд · книга
16. «

    Шарлотта и Росс принадлежали к разветвленной сети родовитых семейств, связанных вековыми знакомствами, частными школами и брачными союзами.

    Шарлотта и Росс принадлежали к разветвленной сети родовитых семейств, связанных вековыми знакомствами, частными школами и брачными союзами.
17. «

    Представители рода человеческого, за редкими исключениями, любят поговорить; вопрос лишь в том, как вызвать их на откровенность.

    Представители рода человеческого, за редкими исключениями, любят поговорить; вопрос лишь в том, как вызвать их на откровенность.
18. «

    «Чайник» не понимает, насколько сложно скрыть информацию. Думает: нажал Delete — и порядок.

    «Чайник» не понимает, насколько сложно скрыть информацию. Думает: нажал Delete — и порядок.

    — Болт · книга
19. «

    Несчастлив тот, чья слава его несчастья проставляет.

    Несчастлив тот, чья слава его несчастья проставляет.
20. «

    В контору он вернулся около восьми. Лондон в этот час был особенно дорог его сердцу: рабочий день окончен, окна пабов, как драгоценные камни, лучатся теплым светом, на улицах кипит жизнь, а солидное постоянство старых зданий, смягченное огнями фонарей, внушает поразительную уверенность. Ковыляя по Оксфорд-стрит с упакованной раскладушкой, он так и слышал их мягкий шепот: ты не один такой. Семь с половиной миллионов сердец бились в этом старинном холмистом городе, и многим было куда больней. Магазины закрывались, небо окрашивалось цветом индиго, а Страйк утешался бескрайностью города и собственной обезличенностью.

    В контору он вернулся около восьми. Лондон в этот час был особенно дорог его сердцу: рабочий день окончен, окна пабов, как драгоценные камни, лучатся теплым светом, на улицах кипит жизнь, а солидное постоянство старых зданий, смягченное огнями фонарей, внушает поразительную уверенность. Ковыляя по Оксфорд-стрит с упакованной раскладушкой, он так и слышал их мягкий шепот: ты не один такой. Семь с половиной миллионов сердец бились в этом старинном холмистом городе, и многим было куда больней. Магазины закрывались, небо окрашивалось цветом индиго, а Страйк утешался бескрайностью города и собственной обезличенностью.