55 цитат из книги «Роберт Гэлбрейт. Зов кукушки» для вдохновения

Ниже 55 цитат из книги «Роберт Гэлбрейт. Зов кукушки»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Британская армия требует от военнослужащих такого отречения от личных нужд и привязанностей, какое трудно понять гражданским умом. Она считает, что нет ничего выше ее требований. Непредсказуемые переломные моменты человеческой жизни — рождения и смерти, свадьбы, разводы, болезни — обычно влияют на планы военных не больше, чем камешки, стучащие в днище танка.

   Британская армия требует от военнослужащих такого отречения от личных нужд и привязанностей, какое трудно понять гражданским умом. Она считает, что нет ничего выше ее требований. Непредсказуемые переломные моменты человеческой жизни — рождения и смерти, свадьбы, разводы, болезни — обычно влияют на планы военных не больше, чем камешки, стучащие в днище танка.
2. «

   Вышел энергичной походкой Сомэ, одетый в мешковатые джинсы и рваную белую футболку, украшенную глазом, из которого капали кровавые слезы, вблизи оказавшиеся красными блестками.

   Вышел энергичной походкой Сомэ, одетый в мешковатые джинсы и рваную белую футболку, украшенную глазом, из которого капали кровавые слезы, вблизи оказавшиеся красными блестками.
3. «

   «Чайник» не понимает, насколько сложно скрыть информацию. Думает: нажал Delete — и порядок.

   «Чайник» не понимает, насколько сложно скрыть информацию. Думает: нажал Delete — и порядок.

   — Болт · книга
4. «

   Людьми движут только деньги.

   Людьми движут только деньги.

   — Тони · книга
5. «

   Время опустило планку стыдливости.

   Время опустило планку стыдливости.
6. «

   И лучший план, как раньше говорили, состоит в том, чтобы воспользоваться чужой глупостью.

   И лучший план, как раньше говорили, состоит в том, чтобы воспользоваться чужой глупостью.
7. «

   В контору он вернулся около восьми. Лондон в этот час был особенно дорог его сердцу: рабочий день окончен, окна пабов, как драгоценные камни, лучатся теплым светом, на улицах кипит жизнь, а солидное постоянство старых зданий, смягченное огнями фонарей, внушает поразительную уверенность. Ковыляя по Оксфорд-стрит с упакованной раскладушкой, он так и слышал их мягкий шепот: ты не один такой. Семь с половиной миллионов сердец бились в этом старинном холмистом городе, и многим было куда больней. Магазины закрывались, небо окрашивалось цветом индиго, а Страйк утешался бескрайностью города и собственной обезличенностью.

   В контору он вернулся около восьми. Лондон в этот час был особенно дорог его сердцу: рабочий день окончен, окна пабов, как драгоценные камни, лучатся теплым светом, на улицах кипит жизнь, а солидное постоянство старых зданий, смягченное огнями фонарей, внушает поразительную уверенность. Ковыляя по Оксфорд-стрит с упакованной раскладушкой, он так и слышал их мягкий шепот: ты не один такой. Семь с половиной миллионов сердец бились в этом старинном холмистом городе, и многим было куда больней. Магазины закрывались, небо окрашивалось цветом индиго, а Страйк утешался бескрайностью города и собственной обезличенностью.
8. «

   Горе я знаю — оно помогать меня учит несчастным.

   Горе я знаю — оно помогать меня учит несчастным.

   — Вергилий · книга
9. «

   Система школьного образования навязывает учащимся патриархальные, меркантильные ценности, совершенно не нужные детям.

   Система школьного образования навязывает учащимся патриархальные, меркантильные ценности, совершенно не нужные детям.

   — Шумба · книга
10. «

    Как ни странно, бесчисленные фотографии, демонстрирующие таинственную внешность топ-модели, до сих пор не помогали, а только мешали Страйку поверить, что Лэндри когда-то существовала в реальности. У нее были довольно стандартные черты, обобщенные, абстрактные, но при этом лицо поражало уникальной красотой. Однако сейчас, в конторе, эти сухие черные значки на бумаге, полуграмотные тексты с непонятными посторонними шутками и прозвищами вызывали перед ним призрак погибшей девушки. За ее сообщениями Страйку открылось нечто такое, чего не доказывали сотни ее фотографий: он скорее нутром, чем умом осознал, что тогда, на заснеженной лондонской улице, разбилась насмерть реальная девушка из плоти и крови, которая жила, смеялась, плакала. Перелистывая страницы дела, он рассчитывал найти хотя бы ускользающую тень убийцы, но вместо этого видел только призрак самой Лулы, глядевшей на него – как порой бывает с жертвами насильственных преступлений – сквозь обломки прерванной жизни.

    Как ни странно, бесчисленные фотографии, демонстрирующие таинственную внешность топ-модели, до сих пор не помогали, а только мешали Страйку поверить, что Лэндри когда-то существовала в реальности. У нее были довольно стандартные черты, обобщенные, абстрактные, но при этом лицо поражало уникальной красотой. Однако сейчас, в конторе, эти сухие черные значки на бумаге, полуграмотные тексты с непонятными посторонними шутками и прозвищами вызывали перед ним призрак погибшей девушки. За ее сообщениями Страйку открылось нечто такое, чего не доказывали сотни ее фотографий: он скорее нутром, чем умом осознал, что тогда, на заснеженной лондонской улице, разбилась насмерть реальная девушка из плоти и крови, которая жила, смеялась, плакала. Перелистывая страницы дела, он рассчитывал найти хотя бы ускользающую тень убийцы, но вместо этого видел только призрак самой Лулы, глядевшей на него – как порой бывает с жертвами насильственных преступлений – сквозь обломки прерванной жизни.
11. «

    Ничто – вот куда ушла Лула Лэндри. И все там будут, включая его и Рошель. Бывает, что болезнь шаг за шагом заводит тебя в ничто… Именно это и происходила с сейчас с матерью Бристоу. Бывает, ничто летит тебе на встречу и бетонной плитой раскалывает череп.

    Ничто – вот куда ушла Лула Лэндри. И все там будут, включая его и Рошель. Бывает, что болезнь шаг за шагом заводит тебя в ничто… Именно это и происходила с сейчас с матерью Бристоу. Бывает, ничто летит тебе на встречу и бетонной плитой раскалывает череп.
12. «

    Шарлотта и Росс принадлежали к разветвленной сети родовитых семейств, связанных вековыми знакомствами, частными школами и брачными союзами.

    Шарлотта и Росс принадлежали к разветвленной сети родовитых семейств, связанных вековыми знакомствами, частными школами и брачными союзами.
13. «

    У него вызывали омерзение СМИ, которые превозносили наркомана Даффилда. Героин не имел ничего общего с гламуром. Мать Страйка умерла на грязном матраце, брошенном в угол, и целых шесть часов никому не приходило в голову, что она мертва.

    У него вызывали омерзение СМИ, которые превозносили наркомана Даффилда. Героин не имел ничего общего с гламуром. Мать Страйка умерла на грязном матраце, брошенном в угол, и целых шесть часов никому не приходило в голову, что она мертва.
14. «

    ... солидное постоянство старых зданий, смягченное огнями фонарей, внушает поразительную уверенность.

    ... солидное постоянство старых зданий, смягченное огнями фонарей, внушает поразительную уверенность.
15. «

    Страна тяжелой поступью двигалась к очередным выборам. Воскресным утром Страйк включил свой переносной телевизор и ознакомился с нападками, контраргументами и обещаниями. Каждый выпуск новостей оставлял безрадостное чувство. Государственный долг вырос до непостижимой суммы. При любом исходе выборов нужно было готовиться к сокращению бюджетных средств, масштабному и болезненному.

    Страна тяжелой поступью двигалась к очередным выборам. Воскресным утром Страйк включил свой переносной телевизор и ознакомился с нападками, контраргументами и обещаниями. Каждый выпуск новостей оставлял безрадостное чувство. Государственный долг вырос до непостижимой суммы. При любом исходе выборов нужно было готовиться к сокращению бюджетных средств, масштабному и болезненному.
16. «

    Ты как все, Страйк: хочешь гражданских свобод, чтоб от жены в ночной клуб бегать, но при этом, чтоб за твоим домом было круглосуточное наблюдение, а то, неровен час, кто-нибудь через окно сортира заберется.

    Ты как все, Страйк: хочешь гражданских свобод, чтоб от жены в ночной клуб бегать, но при этом, чтоб за твоим домом было круглосуточное наблюдение, а то, неровен час, кто-нибудь через окно сортира заберется.

    — Эрик Уордл · книга
17. «

    — А из обслуги есть кто-нибудь? — Две уборщицы, полячки. По английски — ни бум-бум. Ты от них ничего не добьешься.

    — А из обслуги есть кто-нибудь? — Две уборщицы, полячки. По английски — ни бум-бум. Ты от них ничего не добьешься.

    — Корморан Страйк · книга
18. «

    Богатые держат нормальных людей за халявщиков.

    Богатые держат нормальных людей за халявщиков.

    — Даффилд · книга
19. «

    Счастливы те, кто вещей познать сумел основы.

    Счастливы те, кто вещей познать сумел основы.

    — Вергилий · книга
20. «

    В противоположность обычному порядку вещей, в джунглях славы мелкие твари загоняют и пожирают самого крупного зверя, тем самым воздавая ему должное.

    В противоположность обычному порядку вещей, в джунглях славы мелкие твари загоняют и пожирают самого крупного зверя, тем самым воздавая ему должное.