63 цитаты из книги «Рошани Чокши. Золотые волки» с глубоким смыслом

Собрали 63 цитаты из книги «Рошани Чокши. Золотые волки» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Я ничуть тебя не виню, ведь передо мной сложно устоять. Но я не хочу, чтобы наши сообщники погибли из-за моей привлекательности.

   Я ничуть тебя не виню, ведь передо мной сложно устоять. Но я не хочу, чтобы наши сообщники погибли из-за моей привлекательности.

   — Гипнос · книга
2. «

   Похоть безопаснее любви, но и то и другое может вас уничтожить.

   Похоть безопаснее любви, но и то и другое может вас уничтожить.

   — Похоть · книга
3. «

   – Скажи, когда не сможешь дышать, – предупредила Лайла, затягивая корсет. – В этом. Нет. Никакого. Смысла. – Мода, моя дорогая, как и вселенная, не обязана предоставлять тебе разумные объяснения.

   – Скажи, когда не сможешь дышать, – предупредила Лайла, затягивая корсет. – В этом. Нет. Никакого. Смысла. – Мода, моя дорогая, как и вселенная, не обязана предоставлять тебе разумные объяснения.

   — Лайла · книга
4. «

   Вряд ли в этом городе можно было говорить о каком-то благословении. Париж вырвал бы крылья у серафима и украсил ими здания только для того, чтобы заявить, что ангелам здесь не место.

   Вряд ли в этом городе можно было говорить о каком-то благословении. Париж вырвал бы крылья у серафима и украсил ими здания только для того, чтобы заявить, что ангелам здесь не место.
5. «

   – Умение правильно одеваться – это искусство. – Я никогда не смогу из него [платья] вылезти. – Знаешь, некоторые считают, что раздеваться – это тоже искусство.

   – Умение правильно одеваться – это искусство. – Я никогда не смогу из него [платья] вылезти. – Знаешь, некоторые считают, что раздеваться – это тоже искусство.

   — Лайла · книга
6. «

   Бери все, что мир тебе задолжал. У мира дерьмовая память. Он никогда не возвращает долги, так что приходится отбирать их силой.

   Бери все, что мир тебе задолжал. У мира дерьмовая память. Он никогда не возвращает долги, так что приходится отбирать их силой.

   — Гордыня · книга
7. «

   – Стоит мне только вздохнуть, и твой инженер уже готова объявить мне войну. – Ну так задержи дыхание.

   – Стоит мне только вздохнуть, и твой инженер уже готова объявить мне войну. – Ну так задержи дыхание.

   — Энрике · книга
8. «

   – Никто не тревожил Вавилонские Фрагменты уже тысячи лет. Никто бы не осмелился. – Что случилось, когда Фрагмент потревожили в последний раз? – Ты когда-нибудь слышала об Атлантиде? – Нет. – Вот именно. – Это мифический город. – Теперь – да.

   – Никто не тревожил Вавилонские Фрагменты уже тысячи лет. Никто бы не осмелился. – Что случилось, когда Фрагмент потревожили в последний раз? – Ты когда-нибудь слышала об Атлантиде? – Нет. – Вот именно. – Это мифический город. – Теперь – да.

   — Гипнос · книга
9. «

   Шрамы делали людей теми, кто они есть.

   Шрамы делали людей теми, кто они есть.
10. «

    Кто в здравом уме посмотрит на вазу, разрисованную бычьими яйцами, и скажет: «О да, это как раз то, что мне нужно»? Можешь не отвечать, я и сам знаю. Кто-нибудь неприлично богатый, скучающий и загадочный. Эти прилагательные прекрасно описывают все мои жизненные стремления.

    Кто в здравом уме посмотрит на вазу, разрисованную бычьими яйцами, и скажет: «О да, это как раз то, что мне нужно»? Можешь не отвечать, я и сам знаю. Кто-нибудь неприлично богатый, скучающий и загадочный. Эти прилагательные прекрасно описывают все мои жизненные стремления.

    — Энрике · книга
11. «

    Ее математика и его история. Энрике подумал, что вместе они составляли неплохое уравнение: его сумма была гораздо больше отдельных слагаемых.

    Ее математика и его история. Энрике подумал, что вместе они составляли неплохое уравнение: его сумма была гораздо больше отдельных слагаемых.
12. «

    Она была бессердечной соблазнительницей, которая танцевала лишь потому, что звук разбивающегося сердца очередного бедолаги был для нее милее звона монет.

    Она была бессердечной соблазнительницей, которая танцевала лишь потому, что звук разбивающегося сердца очередного бедолаги был для нее милее звона монет.
13. «

    Но сначала принесите мне вина. Я не могу обсуждать крах цивилизации в совершенно трезвом состоянии.

    Но сначала принесите мне вина. Я не могу обсуждать крах цивилизации в совершенно трезвом состоянии.

    — Гипнос · книга
14. «

    Ты хочешь найти оправдание для охоты. Но ты ошибся, приняв хищника за добычу.

    Ты хочешь найти оправдание для охоты. Но ты ошибся, приняв хищника за добычу.

    — Лайла · книга
15. «

    – У поступков более громкий голос, чем у слов. – Эта фраза звучит иначе: «Поступки громче слов». – Какая разница. Мне больше нравится моя версия.

    – У поступков более громкий голос, чем у слов. – Эта фраза звучит иначе: «Поступки громче слов». – Какая разница. Мне больше нравится моя версия.

    — Гипнос · книга
16. «

    Дура. Простое слово. Оно не имело веса, зарядового числа или химической структуры, а значит, не стоило ее внимания. И все же оно причинило ей боль.

    Дура. Простое слово. Оно не имело веса, зарядового числа или химической структуры, а значит, не стоило ее внимания. И все же оно причинило ей боль.
17. «

    – Великие умы мыслят одинаково. – Нет, это не так. Иначе любая идея была бы вторична.

    – Великие умы мыслят одинаково. – Нет, это не так. Иначе любая идея была бы вторична.

    — Северин · книга
18. «

    Той ночью она чувствовала притяжение, сравнимое лишь с той силой, которая не дает звездам падать с ночного неба.

    Той ночью она чувствовала притяжение, сравнимое лишь с той силой, которая не дает звездам падать с ночного неба.
19. «

    – Подумайте, что это значит для нас. Мы можем получить все, что хотели. Энрике устало провел рукой по лицу. – Ты когда-нибудь слышал о мотыльках, которые смотрели на огонь и думали: «Как красиво блестит!», а потом сгорали в пламени? – Слышал. – Хорошо. Я просто уточнил, на всякий случай.

    – Подумайте, что это значит для нас. Мы можем получить все, что хотели. Энрике устало провел рукой по лицу. – Ты когда-нибудь слышал о мотыльках, которые смотрели на огонь и думали: «Как красиво блестит!», а потом сгорали в пламени? – Слышал. – Хорошо. Я просто уточнил, на всякий случай.

    — Энрике · книга
20. «

    Не существует ничего непоколебимого. Все можно разрушить. Башни, достающие до небес, Дома, чьим богатствам может позавидовать любая империя, сияющие серафимы, когда-то пользующиеся доверием Бога. Даже семьи, которые должны были тебя любить. В мире нет ничего постоянного, кроме перемен.

    Не существует ничего непоколебимого. Все можно разрушить. Башни, достающие до небес, Дома, чьим богатствам может позавидовать любая империя, сияющие серафимы, когда-то пользующиеся доверием Бога. Даже семьи, которые должны были тебя любить. В мире нет ничего постоянного, кроме перемен.