85 цитат из книги «Рупи Каур. Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир» для статуса

85 цитат из книги «Рупи Каур. Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я должна была уйти. Я устала позволять тебе убеждать меня, что я нечто меньшее, чем целое.

   Я должна была уйти. Я устала позволять тебе убеждать меня, что я нечто меньшее, чем целое.
2. «

   Пожалуйста, верь мне, когда говорю, что никогда не хотела тебе отомстить.

   Пожалуйста, верь мне, когда говорю, что никогда не хотела тебе отомстить.
3. «

   Ты уходишь, но не навсегда. Зачем так делать? Зачем отказываться от того, что хочешь сохранить? Зачем задерживаться там, где не хочешь оставаться? С чего ты взял, что это допустимо уходить и снова возвращаться?

   Ты уходишь, но не навсегда. Зачем так делать? Зачем отказываться от того, что хочешь сохранить? Зачем задерживаться там, где не хочешь оставаться? С чего ты взял, что это допустимо уходить и снова возвращаться?
4. «

   Я хочу извиниться перед всеми женщинами, которых я назвала прелестными, вместо того чтобы назваль их умными и смелыми. Простите, ведь из моих слов можно сделать вывод, будто то, что вам дано от рождения — главное, чем вы должны гордиться, меж тем как ваш дух сокрушает горы. Отныне я буду говорить, что вы стойкие и необыкновенные. Да, я знаю — вы прелестны, но вы намного больше вашей прелести.

   Я хочу извиниться перед всеми женщинами, которых я назвала прелестными, вместо того чтобы назваль их умными и смелыми. Простите, ведь из моих слов можно сделать вывод, будто то, что вам дано от рождения — главное, чем вы должны гордиться, меж тем как ваш дух сокрушает горы. Отныне я буду говорить, что вы стойкие и необыкновенные. Да, я знаю — вы прелестны, но вы намного больше вашей прелести.
5. «

   Пусть ты и не был первой любовью, но ты был любовью, превратившей прежние в ничто.

   Пусть ты и не был первой любовью, но ты был любовью, превратившей прежние в ничто.
6. «

   Дочери не должны молить отца о любви.

   Дочери не должны молить отца о любви.
7. «

   ему предназначалось быть первым любящим тебя мужчиной. ты продолжаешь его искать повсюду. – отец

   ему предназначалось быть первым любящим тебя мужчиной. ты продолжаешь его искать повсюду. – отец
8. «

   Ты смотришь на меня и плачешь: «Все вокруг мне причиняет боль». Я обнимаю тебя и шепчу: «Но все вокруг способно исцелять».

   Ты смотришь на меня и плачешь: «Все вокруг мне причиняет боль». Я обнимаю тебя и шепчу: «Но все вокруг способно исцелять».
9. «

   Твое имя — мощнейший счастливый и грустный подтекст в любом языке. Оно то дарит мне свет, то заставляет целыми днями болеть.

   Твое имя — мощнейший счастливый и грустный подтекст в любом языке. Оно то дарит мне свет, то заставляет целыми днями болеть.
10. «

    Отец. Ты всегда звонишь, чтобы сказать что-нибудь незначительное. Ты спрашиваешь, что я делаю или где я, и, когда между нами повисает тишина длиною в вечность, я пытаюсь придумать хоть какой-нибудь вопрос, чтобы продолжить наш разговор. Что я хочу сказать: я понимаю, этот мир сломал тебя. Тебе было тяжело. Я не виню тебя в том, что ты не умеешь быть со мной мягким. Иногда, не в силах уснуть, я размышляю обо всех этих ранах, о которых ты никогда не захочешь поговорить. В моих жилах течет та же больная кровь. Я из той же кости и так отчаянно нуждаюсь во внимании, что обрушиваюсь на себя сама. Я твоя дочь. Я знаю, для тебя эти короткие беседы ― единственный способ сказать о своей любви. А мой единственный способ ответить тебе ― это моя книга.

    Отец. Ты всегда звонишь, чтобы сказать что-нибудь незначительное. Ты спрашиваешь, что я делаю или где я, и, когда между нами повисает тишина длиною в вечность, я пытаюсь придумать хоть какой-нибудь вопрос, чтобы продолжить наш разговор. Что я хочу сказать: я понимаю, этот мир сломал тебя. Тебе было тяжело. Я не виню тебя в том, что ты не умеешь быть со мной мягким. Иногда, не в силах уснуть, я размышляю обо всех этих ранах, о которых ты никогда не захочешь поговорить. В моих жилах течет та же больная кровь. Я из той же кости и так отчаянно нуждаюсь во внимании, что обрушиваюсь на себя сама. Я твоя дочь. Я знаю, для тебя эти короткие беседы ― единственный способ сказать о своей любви. А мой единственный способ ответить тебе ― это моя книга.
11. «

    В какой-то момент прекрати искать причину — оставь все как есть.

    В какой-то момент прекрати искать причину — оставь все как есть.
12. «

    Мы начали искренне, давай закончим точно так же.

    Мы начали искренне, давай закончим точно так же.
13. «

    Ты был ниспослан со звезд таким, каким и должен был быть, любящим, страстным, крылатым, и никто не был вправе все это отнять у тебя.

    Ты был ниспослан со звезд таким, каким и должен был быть, любящим, страстным, крылатым, и никто не был вправе все это отнять у тебя.
14. «

    Знаю, я должна растрачивать себя на что-то более стоящее, но видела ли ты этого парня? Каждую ночь он приносит солнце к моим коленям.

    Знаю, я должна растрачивать себя на что-то более стоящее, но видела ли ты этого парня? Каждую ночь он приносит солнце к моим коленям.
15. «

    любовь к себе учит других любить тебя

    любовь к себе учит других любить тебя
16. «

    она была розой в руках тех, кто не собирался за ней ухаживать.

    она была розой в руках тех, кто не собирался за ней ухаживать.
17. «

    Нет, это не будет любовью с первого взгляда, когда мы встретимся. Это будет любовью с первого воспоминания. Ведь я увидела тебя в глазах мамы, желающей мне выйти замуж за такого мужчину, каким бы я хотела видеть собственного сына.

    Нет, это не будет любовью с первого взгляда, когда мы встретимся. Это будет любовью с первого воспоминания. Ведь я увидела тебя в глазах мамы, желающей мне выйти замуж за такого мужчину, каким бы я хотела видеть собственного сына.
18. «

    Ты сказал: «Если это предначертано, судьба снова сведет нас вместе». На секунду я задумалась, неужели ты настолько наивен? Неужели ты действительно веришь, что судьба вершится вот так? Словно она на небесах и наблюдает за нами. Словно у нее пять пальцев и ей только и дело, что передвигать нас, будто шахматные фигуры. Словно это не выбор, который делаем мы сами. Кто научил тебя этому? Скажи мне, кто убедил тебя в том, что наше сердце и ум ничего не стоят? Что наши поступки не определяют, что с нами будет? Я хочу закричать на тебя и воскликнуть: «Это мы дураки. Только мы сами способны свести нас вместе». Но вместо этого сижу спокойно. Молча улыбаюсь хоть губы и дрожат. Разве не трагично, что я вижу все так ясно, а он нет?

    Ты сказал: «Если это предначертано, судьба снова сведет нас вместе». На секунду я задумалась, неужели ты настолько наивен? Неужели ты действительно веришь, что судьба вершится вот так? Словно она на небесах и наблюдает за нами. Словно у нее пять пальцев и ей только и дело, что передвигать нас, будто шахматные фигуры. Словно это не выбор, который делаем мы сами. Кто научил тебя этому? Скажи мне, кто убедил тебя в том, что наше сердце и ум ничего не стоят? Что наши поступки не определяют, что с нами будет? Я хочу закричать на тебя и воскликнуть: «Это мы дураки. Только мы сами способны свести нас вместе». Но вместо этого сижу спокойно. Молча улыбаюсь хоть губы и дрожат. Разве не трагично, что я вижу все так ясно, а он нет?
19. «

    Если когда-нибудь, посмотрев на свое отражение, ты почувствуешь желание сказать себе, что ты недостаточно хороша, красива, стройна и соблазнительна, то, думаю, стоит разбить это зеркало вдребезги. Ты согласна?

    Если когда-нибудь, посмотрев на свое отражение, ты почувствуешь желание сказать себе, что ты недостаточно хороша, красива, стройна и соблазнительна, то, думаю, стоит разбить это зеркало вдребезги. Ты согласна?
20. «

    Я не знаю, как это — жить спокойно. В грусти — я не плачу, я истекаю. В счастье — я не улыбаюсь, я сияю. В злости — я не кричу, я пылаю. Польза крайностей лишь в том, что моя любовь дарует им крылья, и все же так ли это хорошо? Ведь они всегда улетают. Видел бы ты меня, когда душа моя изнывает — я не огорчаюсь, я разбиваюсь вдребезги.

    Я не знаю, как это — жить спокойно. В грусти — я не плачу, я истекаю. В счастье — я не улыбаюсь, я сияю. В злости — я не кричу, я пылаю. Польза крайностей лишь в том, что моя любовь дарует им крылья, и все же так ли это хорошо? Ведь они всегда улетают. Видел бы ты меня, когда душа моя изнывает — я не огорчаюсь, я разбиваюсь вдребезги.