15 цитат из книги «Сергей Довлатов. Зона» — читаем и делимся

Собрали 15 цитат из книги «Сергей Довлатов. Зона» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Неужели я вам понравился? — спросил Егоров. — Я впервые почувствовала себя маленькой и беспомощной. А значит, вы сильный.

   — Неужели я вам понравился? — спросил Егоров. — Я впервые почувствовала себя маленькой и беспомощной. А значит, вы сильный.
2. «

   Чем безнадежнее цель, тем глубже эмоции.

   Чем безнадежнее цель, тем глубже эмоции.
3. «

   Запомни, можно спастись от ножа. Можно блокировать топор. Можно отобрать пистолет. Можно все! Но если можно убежать — беги! Беги, сынок, и не оглядывайся...

   Запомни, можно спастись от ножа. Можно блокировать топор. Можно отобрать пистолет. Можно все! Но если можно убежать — беги! Беги, сынок, и не оглядывайся...
4. «

   Мир несовершенен. Устоями общества являются корыстолюбие, страх и продажность. Конфликт мечты с действительностью не утихает тысячелетиями. Вместо желаемой гармонии на земле царят хаос и беспорядок. Более того, нечто подобное мы обнаружили в собственной душе. Мы жаждем совершенства, а вокруг торжествует пошлость.

   Мир несовершенен. Устоями общества являются корыстолюбие, страх и продажность. Конфликт мечты с действительностью не утихает тысячелетиями. Вместо желаемой гармонии на земле царят хаос и беспорядок. Более того, нечто подобное мы обнаружили в собственной душе. Мы жаждем совершенства, а вокруг торжествует пошлость.
5. «

   — ... У тебя должен быть антагонизм по части зеков. Ты должен их ненавидеть. А разве ты их ненавидишь? Что-то не заметно. Спрашивается, где же твой антагонизм? — Нет у меня антагонизма. Даже к тебе, мудила...

   — ... У тебя должен быть антагонизм по части зеков. Ты должен их ненавидеть. А разве ты их ненавидишь? Что-то не заметно. Спрашивается, где же твой антагонизм? — Нет у меня антагонизма. Даже к тебе, мудила...
6. «

   Человек человеку… как бы это получше выразиться – табула раса. Иначе говоря – всё, что угодно. В зависимости от стечения обстоятельств. Человек способен на все – дурное и хорошее. Мне грустно, что это так. Поэтому дай нам Бог стойкости и мужества. А ещё лучше – обстоятельств времени и места, располагающих к добру…

   Человек человеку… как бы это получше выразиться – табула раса. Иначе говоря – всё, что угодно. В зависимости от стечения обстоятельств. Человек способен на все – дурное и хорошее. Мне грустно, что это так. Поэтому дай нам Бог стойкости и мужества. А ещё лучше – обстоятельств времени и места, располагающих к добру…
7. «

   Мужчина встал. Из кулака его выскользнуло узкое белое лезвие. Тотчас же капитан почувствовал себя большим и мягким. Пропали разом запахи и краски. Погасли все огни. Ощущения жизни, смерти, конца, распада сузились до предела. Они разместились на груди под тонкой сорочкой. Слились в ослепительно белую полоску ножа.

   Мужчина встал. Из кулака его выскользнуло узкое белое лезвие. Тотчас же капитан почувствовал себя большим и мягким. Пропали разом запахи и краски. Погасли все огни. Ощущения жизни, смерти, конца, распада сузились до предела. Они разместились на груди под тонкой сорочкой. Слились в ослепительно белую полоску ножа.

   — Егоров · книга
8. «

   ... ад – это мы сами. Просто этого не замечаем.

   ... ад – это мы сами. Просто этого не замечаем.
9. «

   — Вот мне бы эти сорок тыщ! Так я бы раскрутился. По-твоему, жизнь — что? Она — калейдоскоп! Уж я давал гастроль на воле. Придешь, бывало, в коктейль-холл. Швыряешь три червонца. Тебе — коньяк, бефстроганов, филе… Опять же музыка играет, всюду девы. Разрешите, как говорится, на тур вальса? В смысле, танго… Она танцует, разодета, блестит, как щука… После везешь ее на хату… В дороге — чего-нибудь из газет, Сергей Есенин, летающие тарелки… Ну, я давал гастроль!... А если вдруг отказ, то я знал метод, как любую уговорить по-хорошему. Метод простой: «Ложись, — говорю, — сука, а то убью!..» Да, я умел рогами шевелить. Аж девы подо мной кричали!..

   — Вот мне бы эти сорок тыщ! Так я бы раскрутился. По-твоему, жизнь — что? Она — калейдоскоп! Уж я давал гастроль на воле. Придешь, бывало, в коктейль-холл. Швыряешь три червонца. Тебе — коньяк, бефстроганов, филе… Опять же музыка играет, всюду девы. Разрешите, как говорится, на тур вальса? В смысле, танго… Она танцует, разодета, блестит, как щука… После везешь ее на хату… В дороге — чего-нибудь из газет, Сергей Есенин, летающие тарелки… Ну, я давал гастроль!... А если вдруг отказ, то я знал метод, как любую уговорить по-хорошему. Метод простой: «Ложись, — говорю, — сука, а то убью!..» Да, я умел рогами шевелить. Аж девы подо мной кричали!..

   — Ероха · книга
10. «

    Под лучами свободы одинаково быстро расцветают и гладиолусы, и марихуана...

    Под лучами свободы одинаково быстро расцветают и гладиолусы, и марихуана...
11. «

    Величие духа не обязательно сопутствует телесной мощи. Скорее — наоборот. Духовная сила часто бывает заключена в хрупкую, неуклюжую оболочку. А телесная доблесть нередко сопровождается внутренним бессилием.

    Величие духа не обязательно сопутствует телесной мощи. Скорее — наоборот. Духовная сила часто бывает заключена в хрупкую, неуклюжую оболочку. А телесная доблесть нередко сопровождается внутренним бессилием.
12. «

    Двое — это больше, чем Ты и Я. Двое — это Мы...

    Двое — это больше, чем Ты и Я. Двое — это Мы...
13. «

    — До Нового года еще шесть часов, — отметил замполит, — а вы уже пьяные, как свиньи. — Жизнь, товарищ лейтенант, обгоняет мечту, — сказал Фидель.

    — До Нового года еще шесть часов, — отметил замполит, — а вы уже пьяные, как свиньи. — Жизнь, товарищ лейтенант, обгоняет мечту, — сказал Фидель.
14. «

    Летом так просто казаться влюбленным. Зеленые теплые сумерки бродят под ветками. Они превращают каждое слово в таинственный и смутный знак… ” За окном начиналась метель. Белые хлопья косо падали на стекло из темноты. — Летом так просто казаться влюбленным, – шептал надзиратель. Полусонный ефрейтор брел коридором, с шуршанием задевая обои. “Летом так просто казаться влюбленным…” Алиханов испытывал тихую радость. Он любовно перечеркнул два слова и написал: “Летом… непросто казаться влюбленным…” Жизнь стала податливой. Ее можно было изменить движением карандаша с холодными твердыми гранями и рельефной надписью – “Орион”… — Летом непросто казаться влюбленным, – снова и снова повторял Алиханов…”

    Летом так просто казаться влюбленным. Зеленые теплые сумерки бродят под ветками. Они превращают каждое слово в таинственный и смутный знак… ” За окном начиналась метель. Белые хлопья косо падали на стекло из темноты. — Летом так просто казаться влюбленным, – шептал надзиратель. Полусонный ефрейтор брел коридором, с шуршанием задевая обои. “Летом так просто казаться влюбленным…” Алиханов испытывал тихую радость. Он любовно перечеркнул два слова и написал: “Летом… непросто казаться влюбленным…” Жизнь стала податливой. Ее можно было изменить движением карандаша с холодными твердыми гранями и рельефной надписью – “Орион”… — Летом непросто казаться влюбленным, – снова и снова повторял Алиханов…”

    — Алиханов · книга
15. «

    Зло определяется конъюнктурой, спросом, функцией его носителя. Кроме того, фактором случайности. Неудачным стечением обстоятельств. И даже — плохим эстетическим вкусом.

    Зло определяется конъюнктурой, спросом, функцией его носителя. Кроме того, фактором случайности. Неудачным стечением обстоятельств. И даже — плохим эстетическим вкусом.