11 цитат из книги «Сергей Лукьяненко. Кваzи»

11 цитат из книги «Сергей Лукьяненко. Кваzи» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Настя заглянула мне в глаза. — Зачем мы живём, Денис? — Чтобы быть живыми, — ответил я, отпирая дверь.

   Настя заглянула мне в глаза. — Зачем мы живём, Денис? — Чтобы быть живыми, — ответил я, отпирая дверь.

   — Анастасия · книга
2. «

   Жизнь даёт человеку три радости — семью, друзей и работу.

   Жизнь даёт человеку три радости — семью, друзей и работу.

   — Денис Симонов · книга
3. «

   — Может, я и жестокую вещь скажу, — продолжал Борис. — Но нам, мужикам, в этом проще. Мы в крови и муках не рожаем. Сунул, вынул и пошёл. Конечно, своя кровь — это святое. Но по большому-то счёту… женщины – они всегда к дитю ближе. А мы дальше. Выдав эту потрясающей глубины философскую мысль, Борис сделал театральную паузу. Затянулся. И сказал: — Вот потому, не чувствуя глубинной, природной связи со своими отпрысками, мы, мужики, должны разумом понимать свои обязанности. Воспитывать, защищать… Женщина — на инстинктах. Как животное. Мы — от разума. Как люди. Так уж устроила это мать-природа!

   — Может, я и жестокую вещь скажу, — продолжал Борис. — Но нам, мужикам, в этом проще. Мы в крови и муках не рожаем. Сунул, вынул и пошёл. Конечно, своя кровь — это святое. Но по большому-то счёту… женщины – они всегда к дитю ближе. А мы дальше. Выдав эту потрясающей глубины философскую мысль, Борис сделал театральную паузу. Затянулся. И сказал: — Вот потому, не чувствуя глубинной, природной связи со своими отпрысками, мы, мужики, должны разумом понимать свои обязанности. Воспитывать, защищать… Женщина — на инстинктах. Как животное. Мы — от разума. Как люди. Так уж устроила это мать-природа!

   — Борис · книга
4. «

   Говорил мне отец: «Когда женишься до двадцати, то женишься не на женщине, а на своих фантазиях».

   Говорил мне отец: «Когда женишься до двадцати, то женишься не на женщине, а на своих фантазиях».

   — Денис Симонов · книга
5. «

   — Я не могла больше смотреть, как мой любимый человек старится, — сказала она. — Теряет форму, привлекательность, ясность ума… Когда-нибудь он стал бы кваzи… но вот таким… старым и нелепым… — Она презрительно посмотрела на Михаила. — В то время как настоящая, полноценная, высшая жизнь — рядом. Надо лишь умереть, пройти неприятный этап… и воскреснуть. Вечно молодым. — Вечно мёртвым, — шёпотом сказал я. — Вечно молодым, – повторила Виктория и замолчала. — «Любимых убивают все, — сказал Михаил и рывком поднял Викторию со ступенек. — Но не кричат о том. Трус поцелуем похитрей. Смельчак — простым ножом». — Стихи пишете? — поинтересовалась Виктория. — Это Оскар Уайльд, дура дохлая, — сказал я. Покосился на Михаила. — И дело не в том, что дохлая, а в том, что дура.

   — Я не могла больше смотреть, как мой любимый человек старится, — сказала она. — Теряет форму, привлекательность, ясность ума… Когда-нибудь он стал бы кваzи… но вот таким… старым и нелепым… — Она презрительно посмотрела на Михаила. — В то время как настоящая, полноценная, высшая жизнь — рядом. Надо лишь умереть, пройти неприятный этап… и воскреснуть. Вечно молодым. — Вечно мёртвым, — шёпотом сказал я. — Вечно молодым, – повторила Виктория и замолчала. — «Любимых убивают все, — сказал Михаил и рывком поднял Викторию со ступенек. — Но не кричат о том. Трус поцелуем похитрей. Смельчак — простым ножом». — Стихи пишете? — поинтересовалась Виктория. — Это Оскар Уайльд, дура дохлая, — сказал я. Покосился на Михаила. — И дело не в том, что дохлая, а в том, что дура.

   — Виктория (Victoria) · книга
6. «

   Не стоит ждать от жизни слишком многого. Тогда меньше придётся разочаровываться.

   Не стоит ждать от жизни слишком многого. Тогда меньше придётся разочаровываться.

   — Денис Симонов · книга
7. «

   Справедливость, — глядя мне в глаза, ответил Михаил. — Всегда правильна только справедливость.

   Справедливость, — глядя мне в глаза, ответил Михаил. — Всегда правильна только справедливость.

   — Михаил Иванович Бедренец · книга
8. «

   Пить, к сожалению, всё время невозможно. Чтение — хорошая замена водке...

   Пить, к сожалению, всё время невозможно. Чтение — хорошая замена водке...

   — Денис Симонов · книга
9. «

   Михаил вздохнул. — Я очень боюсь, что наши отношения после этого уже никогда не будут прежними. — Да-да. Так сказал Холмсу доктор Ватсон, застёгивая брюки... Не тяни.

   Михаил вздохнул. — Я очень боюсь, что наши отношения после этого уже никогда не будут прежними. — Да-да. Так сказал Холмсу доктор Ватсон, застёгивая брюки... Не тяни.

   — Михаил Иванович Бедренец · книга
10. «

    Мы целовались, пока лифт не дошёл до первого этажа и двери не разошлись. За дверью обнаружился дедок с пакетом продуктов в одной руке и тростью в другой. Обнаружив нас целующимися, он развеселился так, будто сам участвовал в процессе. — Кхе-кхе! — жизнерадостно сказал он. — Эх, молодость! Романтика! — Да уж какая романтика, дедушка, — сказал я, выходя. — Просто учил коллегу делать искусственное дыхание. — Ты ей непрямой массаж сердца покажи. — Дедок оказался из тех, кто за словом в карман не лезет. — Продолжи обучение коллеги. Кхе-кхе!

    Мы целовались, пока лифт не дошёл до первого этажа и двери не разошлись. За дверью обнаружился дедок с пакетом продуктов в одной руке и тростью в другой. Обнаружив нас целующимися, он развеселился так, будто сам участвовал в процессе. — Кхе-кхе! — жизнерадостно сказал он. — Эх, молодость! Романтика! — Да уж какая романтика, дедушка, — сказал я, выходя. — Просто учил коллегу делать искусственное дыхание. — Ты ей непрямой массаж сердца покажи. — Дедок оказался из тех, кто за словом в карман не лезет. — Продолжи обучение коллеги. Кхе-кхе!

    — Денис Симонов · книга
11. «

    Можно сколько угодно сопротивляться, придумывать себе правила и запреты, но жизнь всегда берёт своё. Пока ты жив — жизнь сильнее тебя.

    Можно сколько угодно сопротивляться, придумывать себе правила и запреты, но жизнь всегда берёт своё. Пока ты жив — жизнь сильнее тебя.

    — Денис Симонов · книга