«Сергей Минаев. Media Sapiens. Повесть о третьем сроке» в 16 цитат

Собрали 16 цитат из книги «Сергей Минаев. Media Sapiens. Повесть о третьем сроке» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Деньги — вещь, не интересующая настоящего аристократа духа...

   Деньги — вещь, не интересующая настоящего аристократа духа...

   — Паша · книга
2. «

   ...если вы хотите узнать, чем дышит контора, — посетите сначала курилку, потом туалет.

   ...если вы хотите узнать, чем дышит контора, — посетите сначала курилку, потом туалет.
3. «

   Над рекой стояли ивы. Низко головы склоня. Я продал свои активы, Отъебитесь от меня!

   Над рекой стояли ивы. Низко головы склоня. Я продал свои активы, Отъебитесь от меня!
4. «

   — Мы все, в какой-то степени спим, Антон. Пока нас не разбудят, либо пока мы не научимся управлять своими снами. Или просто управлять.

   — Мы все, в какой-то степени спим, Антон. Пока нас не разбудят, либо пока мы не научимся управлять своими снами. Или просто управлять.
5. «

   На дворе четырнадцатое февраля, День всех влюблённых, а радостных лиц что-то не прибавилось. Интересно, куда подевались все эти счастливые обнимающиеся парочки, разгуливающие по городу с красными коробками в руках или прижимающие к груди красные же открытки в виде сердечек? Где они, я вас спрашиваю? Дома обнимаются? Бегают по магазинам? Строчат друг другу «валентинки» по е-мейлу? Или стоят в пробках, как и я? Или, может быть, никто никого уже не любит? Может быть, я прав и всех нас просто тошнит друг от друга?

   На дворе четырнадцатое февраля, День всех влюблённых, а радостных лиц что-то не прибавилось. Интересно, куда подевались все эти счастливые обнимающиеся парочки, разгуливающие по городу с красными коробками в руках или прижимающие к груди красные же открытки в виде сердечек? Где они, я вас спрашиваю? Дома обнимаются? Бегают по магазинам? Строчат друг другу «валентинки» по е-мейлу? Или стоят в пробках, как и я? Или, может быть, никто никого уже не любит? Может быть, я прав и всех нас просто тошнит друг от друга?

   — Антон Дроздиков · книга
6. «

   Люди женятся, ебутся, а тут не во что обуться, — хохмит Генка.

   Люди женятся, ебутся, а тут не во что обуться, — хохмит Генка.

   — Генка · книга
7. «

   Ага. Мастер-фломастер. Мне что плитку положить, что человека.

   Ага. Мастер-фломастер. Мне что плитку положить, что человека.
8. «

   Стоп. Если дым из косяка перетекает в голову, вытесняя мозги, тогда мозги куда деваются в этот момент? Плавно перетекают в косяк? Х*йня какая-то. Это что же, получается, сообщающиеся сосуды, что ли?

   Стоп. Если дым из косяка перетекает в голову, вытесняя мозги, тогда мозги куда деваются в этот момент? Плавно перетекают в косяк? Х*йня какая-то. Это что же, получается, сообщающиеся сосуды, что ли?
9. «

   Понимаете, я избегаю этих заумных словечек вроде модераторы, политтехнологи, медийщики. Я называю нас просто — сантехники. Знаете, когда у вас дома трубу прорывает и говно начинает хлестать, вы звоните в ЖЭК и вызываете сантехника. Сантехник приходит и чинит трубу. Так и здесь. Когда говно начинает хлестать из всех щелей, зовут нас. Только есть у нас одно отличие от настоящих сантехников. Если он трубу реально чинит, то мы просто заставляем всех поверить, что говно перестало течь.

   Понимаете, я избегаю этих заумных словечек вроде модераторы, политтехнологи, медийщики. Я называю нас просто — сантехники. Знаете, когда у вас дома трубу прорывает и говно начинает хлестать, вы звоните в ЖЭК и вызываете сантехника. Сантехник приходит и чинит трубу. Так и здесь. Когда говно начинает хлестать из всех щелей, зовут нас. Только есть у нас одно отличие от настоящих сантехников. Если он трубу реально чинит, то мы просто заставляем всех поверить, что говно перестало течь.
10. «

    Вот так вот запросто, в два притопа, три прихлопа, можно сказать, с шутками да прибаутками, мы всё глубже погружали информационное поле в атмосферу страха и ненависти...

    Вот так вот запросто, в два притопа, три прихлопа, можно сказать, с шутками да прибаутками, мы всё глубже погружали информационное поле в атмосферу страха и ненависти...

    — Антон Дроздиков · книга
11. «

    После этого аудитория свернула Амударью своего сознания в русло тезиса «дыма без огня не бывает».

    После этого аудитория свернула Амударью своего сознания в русло тезиса «дыма без огня не бывает».

    — Антон Дроздиков · книга
12. «

    — Антон, ты не боишься того, что этот проект будет последним для нас? — Нет, а ты? — я закуриваю, — боишься? — Боюсь, — честно отвечает он, — не так сильно, как испугался бы год назад, но боюсь. — Не бойся, — усмехаюсь я, — в крайнем случае, тайгу посмотрим. Говорят, там места красивые. Ты был в тайге? — Не-а, — Вадим сплёвывает через плечо.

    — Антон, ты не боишься того, что этот проект будет последним для нас? — Нет, а ты? — я закуриваю, — боишься? — Боюсь, — честно отвечает он, — не так сильно, как испугался бы год назад, но боюсь. — Не бойся, — усмехаюсь я, — в крайнем случае, тайгу посмотрим. Говорят, там места красивые. Ты был в тайге? — Не-а, — Вадим сплёвывает через плечо.

    — Вадим · книга
13. «

    Утро – самое отвратительное время суток. Я его ненавижу. Особенно зимой. Я не знаю, где старик Пушкин брал эти лучи солнца, освежающий морозец и пение зимних птах. Не исключено, что он уже с утра начинал бухать, а через бокал шампанского любое время суток очаровательно. Я встаю, подхожу к окну. «Вечор ты помнишь? Вьюга злилась. А нынче посмотри в окно». Посмотрел. Вечор был всяко лучше. Точнее, никакой разницы нет. На улице темно, понурые люди чистят машины, ведут детей в детские сады и школы и спешат на работу. Никто этому утру не рад. По мне, так я бы вообще начинал рабочий день в России часов с двенадцати. Все равно утром никто ничего не соображает.

    Утро – самое отвратительное время суток. Я его ненавижу. Особенно зимой. Я не знаю, где старик Пушкин брал эти лучи солнца, освежающий морозец и пение зимних птах. Не исключено, что он уже с утра начинал бухать, а через бокал шампанского любое время суток очаровательно. Я встаю, подхожу к окну. «Вечор ты помнишь? Вьюга злилась. А нынче посмотри в окно». Посмотрел. Вечор был всяко лучше. Точнее, никакой разницы нет. На улице темно, понурые люди чистят машины, ведут детей в детские сады и школы и спешат на работу. Никто этому утру не рад. По мне, так я бы вообще начинал рабочий день в России часов с двенадцати. Все равно утром никто ничего не соображает.
14. «

    Если продолжать ступать по столь высоко поднятой вами шпаге человеческой мысли, то мы придём...

    Если продолжать ступать по столь высоко поднятой вами шпаге человеческой мысли, то мы придём...
15. «

    В тебе, во мне, во всех нас есть разные черты. Выставив напоказ лучшие из них, мы кажемся добрыми. Выставив худшие — кажемся злыми. Но меняемся ли мы сами от этого? Становимся ли мы злее или добрее?

    В тебе, во мне, во всех нас есть разные черты. Выставив напоказ лучшие из них, мы кажемся добрыми. Выставив худшие — кажемся злыми. Но меняемся ли мы сами от этого? Становимся ли мы злее или добрее?
16. «

    Ибо в начале было слово. А уж потом появился телевизор. Это из Священного писания, если помните.

    Ибо в начале было слово. А уж потом появился телевизор. Это из Священного писания, если помните.

    — Антон Дроздиков · книга