18 цитат из книги «Сергей Садов. Адская практика» для статуса

Собрали 18 цитат из книги «Сергей Садов. Адская практика» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   И убийство — это тоже свобода воли человека. Тут вы правы. Нельзя дать свободу в творении добра и ограничить её в творении зла.

   И убийство — это тоже свобода воли человека. Тут вы правы. Нельзя дать свободу в творении добра и ограничить её в творении зла.

   — Альена · книга
2. «

   Каждый из нас и умный, и скромный, и добрый. Но вот некоторые просто не умеют этого показать.

   Каждый из нас и умный, и скромный, и добрый. Но вот некоторые просто не умеют этого показать.

   — отец Федор · книга
3. «

   Настоящая вера слепой не бывает. Ибо вера — это всего лишь открытая дверь в душе́ для Него.

   Настоящая вера слепой не бывает. Ибо вера — это всего лишь открытая дверь в душе́ для Него.

   — Эзергиль · книга
4. «

   В жизни можно быть кем угодно, но труднее всего просто быть человеком.

   В жизни можно быть кем угодно, но труднее всего просто быть человеком.

   — Альена · книга
5. «

   … чёрт в наказании грешника обязан быть справедливым, как ангел в вознаграждении праведника.

   … чёрт в наказании грешника обязан быть справедливым, как ангел в вознаграждении праведника.

   — Эзергиль · книга
6. «

   О, ненависть — великое чувство. Никакое другое так не ослепляет человека, как оно.

   О, ненависть — великое чувство. Никакое другое так не ослепляет человека, как оно.

   — Эзергиль · книга
7. «

   И ведь никому в голову не приходит, что ни черту, ни дьяволу вовсе нет нужды покупать душу у человека. Люди сами их отдают нам. Бесплатно. Да еще и радуются при этом.

   И ведь никому в голову не приходит, что ни черту, ни дьяволу вовсе нет нужды покупать душу у человека. Люди сами их отдают нам. Бесплатно. Да еще и радуются при этом.

   — Эзергиль · книга
8. «

   Вера — как лучик света в ночи. Она даёт надежду, когда для надежды, как кажется, нет оснований. Но если ты не будешь думать — вера слепа. <...> Не верь тому, кто утверждает, что познание — грех и достаточно веры. Познавай через веру, а не верь через свою слепоту.

   Вера — как лучик света в ночи. Она даёт надежду, когда для надежды, как кажется, нет оснований. Но если ты не будешь думать — вера слепа. <...> Не верь тому, кто утверждает, что познание — грех и достаточно веры. Познавай через веру, а не верь через свою слепоту.

   — Альена · книга
9. «

   Ошибки, если ты что-то делаешь, а не лежишь на печи, у тебя будут. Никуда от них не деться. Другое дело отношение к ним. Можно до конца жизни каяться в них и потом бояться чихнуть лишний раз — вдруг заразишь кого невзначай. А можно учиться на ошибках. Но в любом случае знать о них лучше только тебе. Другим знать о них совершенно не обязательно.

   Ошибки, если ты что-то делаешь, а не лежишь на печи, у тебя будут. Никуда от них не деться. Другое дело отношение к ним. Можно до конца жизни каяться в них и потом бояться чихнуть лишний раз — вдруг заразишь кого невзначай. А можно учиться на ошибках. Но в любом случае знать о них лучше только тебе. Другим знать о них совершенно не обязательно.

   — Эзергиль · книга
10. «

    ...небольшое недопонимание грозит большими бедами.

    ...небольшое недопонимание грозит большими бедами.

    — отец Федор · книга
11. «

    Тогда надо было ещё при жизни научить своего сына отличать добро от зла, — сердито буркнул я. — Кто виноват в том, что он дожил до двенадцати лет и не различает эти понятия? Я, что ли? Конечно, черти плохие, валите всё на нас! А люди безгрешны! Воруют? Чёрт соблазнил! Грабят? Чёрт виноват. Взятку взял? Лукавый попутал. Ну да, Лукавому делать больше нечего, как стоять над плечом взяточника и нашептывать ему: «Возьми деньги, ну возьми. Ну что тебе, тяжело, что ли? Тебе дают? Так бери!»

    Тогда надо было ещё при жизни научить своего сына отличать добро от зла, — сердито буркнул я. — Кто виноват в том, что он дожил до двенадцати лет и не различает эти понятия? Я, что ли? Конечно, черти плохие, валите всё на нас! А люди безгрешны! Воруют? Чёрт соблазнил! Грабят? Чёрт виноват. Взятку взял? Лукавый попутал. Ну да, Лукавому делать больше нечего, как стоять над плечом взяточника и нашептывать ему: «Возьми деньги, ну возьми. Ну что тебе, тяжело, что ли? Тебе дают? Так бери!»

    — Эзергиль · книга
12. «

    ...если лучшие люди будут брезгливо отворачиваться от политики, то на вершине неизбежно оказываются худшие.

    ...если лучшие люди будут брезгливо отворачиваться от политики, то на вершине неизбежно оказываются худшие.

    — Эзергиль · книга
13. «

    Если ты чего-то не умеешь делать — это не повод, чтобы не попробовать.

    Если ты чего-то не умеешь делать — это не повод, чтобы не попробовать.

    — Архивариус · книга
14. «

    Нет ничего более обманчивого, чем общеизвестные факты.

    Нет ничего более обманчивого, чем общеизвестные факты.

    — Эзергиль · книга
15. «

    Совесть у черта — это как два министра в трамвае.

    Совесть у черта — это как два министра в трамвае.

    — Эзергиль · книга
16. «

    — ... А по какому поводу гулянка? Вроде как на работе вам положено быть? — А меня уволили! — зло буркнул Виктор Николаевич. — Нет, ты представляешь, сказали, что я слишком много пью! — Кошмар, — посочувствовал я. — Как они посмели сказать вам правду!

    — ... А по какому поводу гулянка? Вроде как на работе вам положено быть? — А меня уволили! — зло буркнул Виктор Николаевич. — Нет, ты представляешь, сказали, что я слишком много пью! — Кошмар, — посочувствовал я. — Как они посмели сказать вам правду!

    — Эзергиль · книга
17. «

    «Мы заботимся только о вас» — так обычно говорят те, кому на этих «вас» глубоко наплевать. О себе они заботятся. И только о себе.

    «Мы заботимся только о вас» — так обычно говорят те, кому на этих «вас» глубоко наплевать. О себе они заботятся. И только о себе.

    — Эзергиль · книга
18. «

    Я же кипел праведным негодованием. — Ну погоди, святоша, — шипел я. — Некогда ему, видите ли! Не нашел времени выслушать того, кто нуждался в помощи! Я уж приготовлю для тебя поленья! Чтоб жарче горели. <...> Если кто-то идет в целители душ, то требования к такому человеку гораздо выше, чем к любому другому. И суд над ними строже. А если он был не уверен, что готов к такому, то лучше бы на печи сидел! Своим равнодушием он наносит окружающим больше вреда, чем сотня преступников!

    Я же кипел праведным негодованием. — Ну погоди, святоша, — шипел я. — Некогда ему, видите ли! Не нашел времени выслушать того, кто нуждался в помощи! Я уж приготовлю для тебя поленья! Чтоб жарче горели. <...> Если кто-то идет в целители душ, то требования к такому человеку гораздо выше, чем к любому другому. И суд над ними строже. А если он был не уверен, что готов к такому, то лучше бы на печи сидел! Своим равнодушием он наносит окружающим больше вреда, чем сотня преступников!

    — Эзергиль · книга