54 цитаты из книги «Сесилия Ахерн. Посмотри на меня» — подборка редакции

Ниже 54 цитаты из книги «Сесилия Ахерн. Посмотри на меня»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Она хотела снова поцеловать Айвена, боялась своего желания, пыталась избавиться от него, но не могла. В Айвене было что-то такое чистое, такое детское, хотя он выглядел сильным и опытным.

   Она хотела снова поцеловать Айвена, боялась своего желания, пыталась избавиться от него, но не могла. В Айвене было что-то такое чистое, такое детское, хотя он выглядел сильным и опытным.
2. «

   Где бы ты ни был, тебе всегда нужен лучший друг.

   Где бы ты ни был, тебе всегда нужен лучший друг.

   — Айвен · книга
3. «

   — Айвен, я пришла высказать вам всё, что думаю. — Вы пришли высказать мне все, что думаете... Очень красивая фраза. Знаете, думать — самая сильная способность тела. То, что придумает мозг, тело выполнит. Забавно, что люди всегда хотят высказать все тем, кто им не нравится, когда на самом деле это должно предназначаться тем, кого они любят.

   — Айвен, я пришла высказать вам всё, что думаю. — Вы пришли высказать мне все, что думаете... Очень красивая фраза. Знаете, думать — самая сильная способность тела. То, что придумает мозг, тело выполнит. Забавно, что люди всегда хотят высказать все тем, кто им не нравится, когда на самом деле это должно предназначаться тем, кого они любят.

   — Айвен · книга
4. «

   По крайней мере, у себя дома она все держала под контролем. Сюда она могла впускать лишь тех, кого хотела, решать, сколько они пробудут и где именно расположатся. В отличие от сердца, куда люди входят без спроса, вторгаются в любые уголки, и попробуй потом удержать их дольше, чем они планировали.

   По крайней мере, у себя дома она все держала под контролем. Сюда она могла впускать лишь тех, кого хотела, решать, сколько они пробудут и где именно расположатся. В отличие от сердца, куда люди входят без спроса, вторгаются в любые уголки, и попробуй потом удержать их дольше, чем они планировали.
5. «

   А её улыбка может привести корабли к берегу даже в самой непроглядной тьме...

   А её улыбка может привести корабли к берегу даже в самой непроглядной тьме...

   — Айвен · книга
6. «

   Эту песню сочинил я. Эндрю Ллойд Вебер, можешь мне завидовать.

   Эту песню сочинил я. Эндрю Ллойд Вебер, можешь мне завидовать.

   — Айвен · книга
7. «

   Жизнь — это всё, и вы не проживёте её как следует, если не поверите...

   Жизнь — это всё, и вы не проживёте её как следует, если не поверите...

   — Айвен · книга
8. «

   Ей хотелось, чтобы Марк, ее единственная любовь, обнял её своими большими руками, такими большими, что его объятие делало ее крошечной. Ей хотелось погрузиться в его любовь, как когда-то, а он бы покачивал ее мягко и медленно, перебирая пальцами ее волосы и нашептывая на ухо успокаивающие слова. Она верила ему, когда он их произносил. Верила, что все будет хорошо, и, лежа в его объятиях, знала, что так и будет, чувствовала, что так и будет.

   Ей хотелось, чтобы Марк, ее единственная любовь, обнял её своими большими руками, такими большими, что его объятие делало ее крошечной. Ей хотелось погрузиться в его любовь, как когда-то, а он бы покачивал ее мягко и медленно, перебирая пальцами ее волосы и нашептывая на ухо успокаивающие слова. Она верила ему, когда он их произносил. Верила, что все будет хорошо, и, лежа в его объятиях, знала, что так и будет, чувствовала, что так и будет.
9. «

   Но потом я понял, что раз каждый день, каждую секунду я думал о ней и улыбался, значит, встреча с ней, знакомство с ней и, главное, любовь к ней были самым большим добром в моей жизни.

   Но потом я понял, что раз каждый день, каждую секунду я думал о ней и улыбался, значит, встреча с ней, знакомство с ней и, главное, любовь к ней были самым большим добром в моей жизни.

   — Айвен · книга
10. «

    Открытые шторы были её будильником.

    Открытые шторы были её будильником.
11. «

    Когда мы встречаем особенного человека, мы отдаем ему все свое время, он поглощает все наши мысли, и всякий раз нам приходится его терять...

    Когда мы встречаем особенного человека, мы отдаем ему все свое время, он поглощает все наши мысли, и всякий раз нам приходится его терять...
12. «

    — Сколько тебе лет? — Он взглянул на меня с подозрением. — Ты выглядишь, как будто тебе столько же лет, сколько моей тете. — Он нахмурился. — А тетя не любит играть с пожарной машиной. Я пожал плечами: — Ну, тогда твоя тетя — скучный старый йынчукс. — Иынчукс! — радостно вскричал Люк. — Что такое «йынчукс»? — Тот, кто скучный, — ответил я, морща нос и произнося это слово так, словно речь шла о болезни. Мне нравилось произносить слова задом наперед, как будто я изобретал свой собственный язык. — Скучный, — повторил за мной Люк и тоже наморщил нос. — Фу-у-у!

    — Сколько тебе лет? — Он взглянул на меня с подозрением. — Ты выглядишь, как будто тебе столько же лет, сколько моей тете. — Он нахмурился. — А тетя не любит играть с пожарной машиной. Я пожал плечами: — Ну, тогда твоя тетя — скучный старый йынчукс. — Иынчукс! — радостно вскричал Люк. — Что такое «йынчукс»? — Тот, кто скучный, — ответил я, морща нос и произнося это слово так, словно речь шла о болезни. Мне нравилось произносить слова задом наперед, как будто я изобретал свой собственный язык. — Скучный, — повторил за мной Люк и тоже наморщил нос. — Фу-у-у!

    — Люк · книга
13. «

    Он всегда говорил правильные вещи, даже когда она не хотела их слышать. Приходя к ней, он приносил с собой ясность и краски жизни. Он был воплощением надежды, и она понимала, что у неё, может, и не будет всё сказочно, чудесно или волшебно, но всё ещё может быть очень хорошо. Этого ей было больше чем достаточно.

    Он всегда говорил правильные вещи, даже когда она не хотела их слышать. Приходя к ней, он приносил с собой ясность и краски жизни. Он был воплощением надежды, и она понимала, что у неё, может, и не будет всё сказочно, чудесно или волшебно, но всё ещё может быть очень хорошо. Этого ей было больше чем достаточно.

    — Элизабет (Elizabeth) · книга
14. «

    Ей не хватало разнообразия и оттенков вкуса, к которым она привыкла в других городах; она скучала по мягкому сладковатому кофе с ванилью в парижских кафе, по густому ореховому напитку в шумных кафе Нью-Йорка, по изысканному бархатистому шедевру в Милане и по ее любимому мокко с кокосом, который мгновенно переносил ее со скамейки центрального парка в шезлонг на берегу Карибского моря.

    Ей не хватало разнообразия и оттенков вкуса, к которым она привыкла в других городах; она скучала по мягкому сладковатому кофе с ванилью в парижских кафе, по густому ореховому напитку в шумных кафе Нью-Йорка, по изысканному бархатистому шедевру в Милане и по ее любимому мокко с кокосом, который мгновенно переносил ее со скамейки центрального парка в шезлонг на берегу Карибского моря.
15. «

    Можно много общаться с людьми, разговаривать с ними о важном, но не затрагивать ничего слишком личного. Понимаете, существует некая граница, как бы невидимое поле вокруг человека, и точно знаешь, что не надо туда заходить, не надо переступать черту.

    Можно много общаться с людьми, разговаривать с ними о важном, но не затрагивать ничего слишком личного. Понимаете, существует некая граница, как бы невидимое поле вокруг человека, и точно знаешь, что не надо туда заходить, не надо переступать черту.

    — Айвен · книга
16. «

    Звёзды — они как люди...

    Звёзды — они как люди...
17. «

    Со слезами на глазах я стоял у задней стены детской комнаты в новой гостинице. В горле у меня застрял огромный ком, и мне казалось, что я никогда больше не смогу говорить. Я все рассматривал и рассматривал стены — своеобразный фотоальбом всего, что мы делали с Элизабет и Люком за последние несколько месяцев. Как будто кто-то сидел вдалеке и рисовал нас.

    Со слезами на глазах я стоял у задней стены детской комнаты в новой гостинице. В горле у меня застрял огромный ком, и мне казалось, что я никогда больше не смогу говорить. Я все рассматривал и рассматривал стены — своеобразный фотоальбом всего, что мы делали с Элизабет и Люком за последние несколько месяцев. Как будто кто-то сидел вдалеке и рисовал нас.

    — Айвен · книга
18. «

    Если нельзя сделать так, чтобы стена была цвета магнолии, можно использовать еще миллион других оттенков; если не можешь оплатить телефонный счет, просто напиши об этом в телефонную компанию. Люди забывают что варианты есть всегда. И что на самом деле всё не так уж важно.

    Если нельзя сделать так, чтобы стена была цвета магнолии, можно использовать еще миллион других оттенков; если не можешь оплатить телефонный счет, просто напиши об этом в телефонную компанию. Люди забывают что варианты есть всегда. И что на самом деле всё не так уж важно.
19. «

    Если отдаешь кому-то частичку своего сердца, то этот человек начинает полностью занимать твои мысли и ни для чего другого уже не остается места.

    Если отдаешь кому-то частичку своего сердца, то этот человек начинает полностью занимать твои мысли и ни для чего другого уже не остается места.
20. «

    О чем не нужно знать, о том не нужно и спрашивать.

    О чем не нужно знать, о том не нужно и спрашивать.