24 сильных цитаты из книги «Шань Са. Императрица»

Собрали 24 цитаты из книги «Шань Са. Императрица» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Слезы — оружие слабых, утешение — сильных.

   Слезы — оружие слабых, утешение — сильных.
2. «

   Отныне я закутывалась в одиночество, как в бархатный плащ, чтобы посвятить себя ей одной.

   Отныне я закутывалась в одиночество, как в бархатный плащ, чтобы посвятить себя ей одной.
3. «

   Как можно плениться летающим повсюду светлячком, если я обещана ей, неподвижной и ослепительной звезде?

   Как можно плениться летающим повсюду светлячком, если я обещана ей, неподвижной и ослепительной звезде?
4. «

   Человек показывает, на что способен, либо достигнув высот, либо потерпев крах.

   Человек показывает, на что способен, либо достигнув высот, либо потерпев крах.
5. «

   Время умирает, время возрождается. Но жизнь человеческая — это путешествие без возврата.

   Время умирает, время возрождается. Но жизнь человеческая — это путешествие без возврата.
6. «

   Я была тем зерном, тем корнем, что через века станет деревом.

   Я была тем зерном, тем корнем, что через века станет деревом.
7. «

   Женщины вокруг меня двигались в медленном танце. Посадка головы, томные движения… Как они походили на змей, зачарованных одним заклинателем!

   Женщины вокруг меня двигались в медленном танце. Посадка головы, томные движения… Как они походили на змей, зачарованных одним заклинателем!
8. «

   Висевшая в небе луна казалась незапятнанно светлой. Ей было плевать на этот грязный и пыльный мир. Луна поздравляла меня с тем, что я умею думать, и предлагала разделить ее вечное одиночество.

   Висевшая в небе луна казалась незапятнанно светлой. Ей было плевать на этот грязный и пыльный мир. Луна поздравляла меня с тем, что я умею думать, и предлагала разделить ее вечное одиночество.
9. «

   Первые годы жизни подобны путешествию на облаке. В то время как наверху небесный пейзаж представляется вечным и застывшим, на земле успеваешь миновать тысячи гор и долин.

   Первые годы жизни подобны путешествию на облаке. В то время как наверху небесный пейзаж представляется вечным и застывшим, на земле успеваешь миновать тысячи гор и долин.
10. «

    Отныне не будет вскинутых рук, размахивающих копьем кары, не будет тщетных усилий и бесполезной суеты. Теперь, когда злые духи изгнаны, я подавлю шум этого мира силой неподвижности.

    Отныне не будет вскинутых рук, размахивающих копьем кары, не будет тщетных усилий и бесполезной суеты. Теперь, когда злые духи изгнаны, я подавлю шум этого мира силой неподвижности.
11. «

    Я всегда презирала сцены ревности. Но, чуть повысив тон, изображая оскорбленную женщину и жестокую мачеху-наставницу, я заметила, что подобная тактика, вынесенная женщинами из тьмы времен, намного действеннее самых разумных речей.

    Я всегда презирала сцены ревности. Но, чуть повысив тон, изображая оскорбленную женщину и жестокую мачеху-наставницу, я заметила, что подобная тактика, вынесенная женщинами из тьмы времен, намного действеннее самых разумных речей.
12. «

    Все — иллюзия и сон.

    Все — иллюзия и сон.
13. «

    Злословие этого мира пытается уничтожить красоту, ибо завидует ей, но ложь никогда не выдерживает света истины.

    Злословие этого мира пытается уничтожить красоту, ибо завидует ей, но ложь никогда не выдерживает света истины.
14. «

    Мне было неведомо, что оставаться напряженной, как вскинутый для выстрела лук, испытывать ненасытный душевный жар, корчиться от смутных желаний и судорог и животе — значит, просто влюбиться.

    Мне было неведомо, что оставаться напряженной, как вскинутый для выстрела лук, испытывать ненасытный душевный жар, корчиться от смутных желаний и судорог и животе — значит, просто влюбиться.
15. «

    В тот день я узнала, что меня захватит множество иных тягот, что одиночество станет моим верным спутником, что эта жизнь превратится в череду смертей и возрождений, что безумная радость породит муки и отчаяние. Я, неспокойное и, в общем, заурядное дитя, не слишком красивая девочка-подросток, женщина низкого происхождения, два раза успевшая побыть монахиней, вдруг стала Дочерью Неба.

    В тот день я узнала, что меня захватит множество иных тягот, что одиночество станет моим верным спутником, что эта жизнь превратится в череду смертей и возрождений, что безумная радость породит муки и отчаяние. Я, неспокойное и, в общем, заурядное дитя, не слишком красивая девочка-подросток, женщина низкого происхождения, два раза успевшая побыть монахиней, вдруг стала Дочерью Неба.
16. «

    Вместо того чтобы спокойно принять смену времен года, утрату счастья, исчезновение красоты, Непорочность восстала против законов природы. Тот злой дух, с коим она сражалась, был всего лишь помешательством на том, чтобы удержать время. Искалечить себя, уничтожить было ее способом отвергнуть неотвратимое поражение. В этом продиктованном отчаянием поступке было величие, непрестанно смущавшая меня истина.

    Вместо того чтобы спокойно принять смену времен года, утрату счастья, исчезновение красоты, Непорочность восстала против законов природы. Тот злой дух, с коим она сражалась, был всего лишь помешательством на том, чтобы удержать время. Искалечить себя, уничтожить было ее способом отвергнуть неотвратимое поражение. В этом продиктованном отчаянием поступке было величие, непрестанно смущавшая меня истина.
17. «

    У других женщина в зрачках — вода, лед, огонь или камень. Лишь ее глаза полнились туманом и дымкой.

    У других женщина в зрачках — вода, лед, огонь или камень. Лишь ее глаза полнились туманом и дымкой.
18. «

    Она обладала спокойным достоинством ученого и таинственным очарованием той, кому уготована особая судьба.

    Она обладала спокойным достоинством ученого и таинственным очарованием той, кому уготована особая судьба.
19. «

    В Запретном дворце все женщины — красивые, уродливые, умные, тупые, утонченные и неотесанные — лишь ароматная пыльца. И вихрь истории уносит их, не делая различий.

    В Запретном дворце все женщины — красивые, уродливые, умные, тупые, утонченные и неотесанные — лишь ароматная пыльца. И вихрь истории уносит их, не делая различий.
20. «

    Бывший осужденный вероятно по праву слыл самым страшным палачом всех времен. Он носил в себе Бездну, Вечный Огонь Преисподней. Он не хотел ни побеждать, ни управлять. Это было сделанное изо льда и пламени орудие разрушения, дарованное мне богами.

    Бывший осужденный вероятно по праву слыл самым страшным палачом всех времен. Он носил в себе Бездну, Вечный Огонь Преисподней. Он не хотел ни побеждать, ни управлять. Это было сделанное изо льда и пламени орудие разрушения, дарованное мне богами.