60 цитат из книги «Шань Са. Императрица» для поста в соцсетях

Собрали 60 цитат из книги «Шань Са. Императрица» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Я всегда презирала сцены ревности. Но, чуть повысив тон, изображая оскорбленную женщину и жестокую мачеху-наставницу, я заметила, что подобная тактика, вынесенная женщинами из тьмы времен, намного действеннее самых разумных речей.

   Я всегда презирала сцены ревности. Но, чуть повысив тон, изображая оскорбленную женщину и жестокую мачеху-наставницу, я заметила, что подобная тактика, вынесенная женщинами из тьмы времен, намного действеннее самых разумных речей.
2. «

   В тот день я узнала, что меня захватит множество иных тягот, что одиночество станет моим верным спутником, что эта жизнь превратится в череду смертей и возрождений, что безумная радость породит муки и отчаяние. Я, неспокойное и, в общем, заурядное дитя, не слишком красивая девочка-подросток, женщина низкого происхождения, два раза успевшая побыть монахиней, вдруг стала Дочерью Неба.

   В тот день я узнала, что меня захватит множество иных тягот, что одиночество станет моим верным спутником, что эта жизнь превратится в череду смертей и возрождений, что безумная радость породит муки и отчаяние. Я, неспокойное и, в общем, заурядное дитя, не слишком красивая девочка-подросток, женщина низкого происхождения, два раза успевшая побыть монахиней, вдруг стала Дочерью Неба.
3. «

   Мне исполнилось двадцать восемь лет, а это возраст, когда женщине пора кончить с иллюзиями.

   Мне исполнилось двадцать восемь лет, а это возраст, когда женщине пора кончить с иллюзиями.
4. «

   Неподвижное средоточие бескрайнего мира, он не двигался, в то время как жизнь медленно вращалась вокруг него.

   Неподвижное средоточие бескрайнего мира, он не двигался, в то время как жизнь медленно вращалась вокруг него.
5. «

   Мертвая, я избегну гнусности Запретного дворца. Живая — восстану сильнее, чем когда-либо еще!

   Мертвая, я избегну гнусности Запретного дворца. Живая — восстану сильнее, чем когда-либо еще!
6. «

   Для благородных дам молчание — признак утонченности.

   Для благородных дам молчание — признак утонченности.
7. «

   Я, наложница, запертая в Императорском дворце, обладала достаточной силой воли, чтобы сразиться со всеми мужчинами!

   Я, наложница, запертая в Императорском дворце, обладала достаточной силой воли, чтобы сразиться со всеми мужчинами!
8. «

   Почему вся жизнь — сплошные расставания?

   Почему вся жизнь — сплошные расставания?
9. «

   Мне было неведомо, что оставаться напряженной, как вскинутый для выстрела лук, испытывать ненасытный душевный жар, корчиться от смутных желаний и судорог и животе — значит, просто влюбиться.

   Мне было неведомо, что оставаться напряженной, как вскинутый для выстрела лук, испытывать ненасытный душевный жар, корчиться от смутных желаний и судорог и животе — значит, просто влюбиться.
10. «

    Но и самый могущественный из мужчин не в силах обуздать женщин, обуреваемых жаждой материнства и зачарованных блеском высокого положения.

    Но и самый могущественный из мужчин не в силах обуздать женщин, обуреваемых жаждой материнства и зачарованных блеском высокого положения.
11. «

    Злословие этого мира пытается уничтожить красоту, ибо завидует ей, но ложь никогда не выдерживает света истины.

    Злословие этого мира пытается уничтожить красоту, ибо завидует ей, но ложь никогда не выдерживает света истины.
12. «

    Я была деревом, распростершим ветви над царством ее жизни. Она же — только путницей, прикорнувшей в моей тени.

    Я была деревом, распростершим ветви над царством ее жизни. Она же — только путницей, прикорнувшей в моей тени.
13. «

    Я отреклась от всего и все оставила в прошлом. Я готова была выстрадать самоуничтожение, чтобы возродиться для будущего.

    Я отреклась от всего и все оставила в прошлом. Я готова была выстрадать самоуничтожение, чтобы возродиться для будущего.
14. «

    Боги создали любовь не для императоров.

    Боги создали любовь не для императоров.
15. «

    Жизнь, подобно любви, питает нас и предает, ласкает, а затем наказывает.

    Жизнь, подобно любви, питает нас и предает, ласкает, а затем наказывает.
16. «

    Отныне я закутывалась в одиночество, как в бархатный плащ, чтобы посвятить себя ей одной.

    Отныне я закутывалась в одиночество, как в бархатный плащ, чтобы посвятить себя ей одной.
17. «

    Висевшая в небе луна казалась незапятнанно светлой. Ей было плевать на этот грязный и пыльный мир. Луна поздравляла меня с тем, что я умею думать, и предлагала разделить ее вечное одиночество.

    Висевшая в небе луна казалась незапятнанно светлой. Ей было плевать на этот грязный и пыльный мир. Луна поздравляла меня с тем, что я умею думать, и предлагала разделить ее вечное одиночество.
18. «

    Пускай мир признал мою божественность, я тем не менее оставалась смертной. И это скольжение к закату доказывало, что моя судьба столь же жалка, как и у всех людей, обреченных умереть.

    Пускай мир признал мою божественность, я тем не менее оставалась смертной. И это скольжение к закату доказывало, что моя судьба столь же жалка, как и у всех людей, обреченных умереть.
19. «

    Я — вон тот алеющий мак, то дерево, что качает ветвями, шелест ветра. Я — тропинка по отвесной скале, ведущая паломников к вратам неба. Я живу в словах, взываниях, слезах. Я — очистительный ожог, благотворная боль. Я иду сквозь времена года и сияю, как звезда. Я — грустная человеческая улыбка. Я — снисходительная улыбка Горы. Я — загадочная улыбка Того, кто вращает Колесо Времени.

    Я — вон тот алеющий мак, то дерево, что качает ветвями, шелест ветра. Я — тропинка по отвесной скале, ведущая паломников к вратам неба. Я живу в словах, взываниях, слезах. Я — очистительный ожог, благотворная боль. Я иду сквозь времена года и сияю, как звезда. Я — грустная человеческая улыбка. Я — снисходительная улыбка Горы. Я — загадочная улыбка Того, кто вращает Колесо Времени.
20. «

    Семья — это врожденная болезнь. Моя же сделала меня калекой.

    Семья — это врожденная болезнь. Моя же сделала меня калекой.