57 сильных цитат из книги «Стендаль. Красное и чёрное»

Собрали 57 цитат из книги «Стендаль. Красное и чёрное» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   У него было наготове сколько угодно галантных фраз, но никаких мыслей...

   У него было наготове сколько угодно галантных фраз, но никаких мыслей...
2. «

   — Я, видите ли, человек независимый, — говорил граф Шальве господину с тремя звёздами, над которым он явно подсмеивался. — Почему от меня требуют, чтобы я сегодня думал то же самое, что я думал полтора месяца тому назад? Если бы это было так, моё мнение было бы моим тираном.

   — Я, видите ли, человек независимый, — говорил граф Шальве господину с тремя звёздами, над которым он явно подсмеивался. — Почему от меня требуют, чтобы я сегодня думал то же самое, что я думал полтора месяца тому назад? Если бы это было так, моё мнение было бы моим тираном.
3. «

   Слово дано человеку, чтобы скрывать свою мысль.

   Слово дано человеку, чтобы скрывать свою мысль.
4. «

   Его лицо отражает высокую душу, этим-то оно и пленило меня.

   Его лицо отражает высокую душу, этим-то оно и пленило меня.
5. «

   Если Жюльен только тростник колеблющийся, пусть погибает, а если это человек мужественный, пусть пробивается сам...

   Если Жюльен только тростник колеблющийся, пусть погибает, а если это человек мужественный, пусть пробивается сам...
6. «

   Скука супружеской жизни наверняка убивает любовь, если она и была до брака, и при этом, говорит некий философ, супруги, достаточно богатые, чтобы не работать, очень скоро не знают, куда деваться от скуки, до того надоедают им мирные семейные радости. А среди женщин только очень сухие натуры не начинают в браке мечтать о любви.

   Скука супружеской жизни наверняка убивает любовь, если она и была до брака, и при этом, говорит некий философ, супруги, достаточно богатые, чтобы не работать, очень скоро не знают, куда деваться от скуки, до того надоедают им мирные семейные радости. А среди женщин только очень сухие натуры не начинают в браке мечтать о любви.
7. «

   Чего ей было желать? Все у нее было: богатство, знатность, происхождение, ум, красота, — всем этим, как уверяли ее окружавшие и как она знала сама, ее щедро наделила воля случая.

   Чего ей было желать? Все у нее было: богатство, знатность, происхождение, ум, красота, — всем этим, как уверяли ее окружавшие и как она знала сама, ее щедро наделила воля случая.
8. «

   Лицемерие, если оно хочет быть полезным, должно скрываться...

   Лицемерие, если оно хочет быть полезным, должно скрываться...
9. «

   И она признается мне в этом! Рассказывает все до мельчайших подробностей. Её прекрасные очи глядят на меня, пылая любовью, которую она испытывает к другому!

   И она признается мне в этом! Рассказывает все до мельчайших подробностей. Её прекрасные очи глядят на меня, пылая любовью, которую она испытывает к другому!
10. «

    Вы, по-видимому, привыкли к лицам, на которых играет улыбка, к истинным ристалищам лжи. Истина сурова, сударь. Но наше предназначение здесь, на земле, разве не столь же сурово? Вам следует ревностно оберегать сознание ваше, дабы не совратила его слабость сия — чрезмерная чувствительность к суетной приятности внешнего.

    Вы, по-видимому, привыкли к лицам, на которых играет улыбка, к истинным ристалищам лжи. Истина сурова, сударь. Но наше предназначение здесь, на земле, разве не столь же сурово? Вам следует ревностно оберегать сознание ваше, дабы не совратила его слабость сия — чрезмерная чувствительность к суетной приятности внешнего.

    — аббат Пирар · книга
11. «

    Я любил правду... А где она?... Всюду одно лицемерие или по меньшей мере шарлатанство, даже у самых добродетельных, даже у самых великих! Нет, человек не может довериться человеку.

    Я любил правду... А где она?... Всюду одно лицемерие или по меньшей мере шарлатанство, даже у самых добродетельных, даже у самых великих! Нет, человек не может довериться человеку.

    — Жюльен · книга
12. «

    Вся жизнь его, в сущности, была не чем иным, как долгим подготовлением к бедствиям, и он никогда не забывал о том, которое считается самым страшным.

    Вся жизнь его, в сущности, была не чем иным, как долгим подготовлением к бедствиям, и он никогда не забывал о том, которое считается самым страшным.
13. «

    ... Когда человек знатен и богат, оригинальность уже перестает быть курьезом...

    ... Когда человек знатен и богат, оригинальность уже перестает быть курьезом...
14. «

    Сердце его на первых порах не постигает всей бездны своего несчастия: оно не столь удручено, сколько взволновано. Но постепенно, по мере того как возвращается рассудок, оно познает всю глубину своего горя. Все радости жизни исчезают для него, оно теперь ничего не чувствует, кроме язвящего жала отчаяния, пронизающего его. Да, что говорить о физической боли! Какая боль, ощущаемая только телом, может сравниться с этой мукой!

    Сердце его на первых порах не постигает всей бездны своего несчастия: оно не столь удручено, сколько взволновано. Но постепенно, по мере того как возвращается рассудок, оно познает всю глубину своего горя. Все радости жизни исчезают для него, оно теперь ничего не чувствует, кроме язвящего жала отчаяния, пронизающего его. Да, что говорить о физической боли! Какая боль, ощущаемая только телом, может сравниться с этой мукой!
15. «

    Никакого естественного права не существует. Право возникает только тогда, когда объявляется закон, воспрещающий делать то или иное под страхом кары.

    Никакого естественного права не существует. Право возникает только тогда, когда объявляется закон, воспрещающий делать то или иное под страхом кары.

    — Жюльен Сорель · книга
16. «

    ... Безумство выбрать себе мужа за его личные достоинства не грозит сделать тебя посмешищем только тогда, когда ты располагаешь громадным состоянием.

    ... Безумство выбрать себе мужа за его личные достоинства не грозит сделать тебя посмешищем только тогда, когда ты располагаешь громадным состоянием.

    — Матильда де Ла-Моль · книга
17. «

    Какой шум! Какая масса народа, и у каждого свои заботы! Каких только планов на будущее не роиться в голове двадцатилетнего юноши! Как все это отвлекает от любви!

    Какой шум! Какая масса народа, и у каждого свои заботы! Каких только планов на будущее не роиться в голове двадцатилетнего юноши! Как все это отвлекает от любви!

    — Барнав · книга
18. «

    Видно, в самом деле так уж мне на роду написано — умереть, мечтая... А странно всё-таки, что я только теперь постигаю искусство радоваться жизни, когда уж совсем близко вижу её конец.

    Видно, в самом деле так уж мне на роду написано — умереть, мечтая... А странно всё-таки, что я только теперь постигаю искусство радоваться жизни, когда уж совсем близко вижу её конец.

    — Жюльен Сорель · книга
19. «

    Как часто я в своей самонадеянности радовался тому, что я не такой, как эти все деревенские юнцы! Так вот, я теперь достаточно пожил на свете, чтобы понять, что различие родит ненависть.

    Как часто я в своей самонадеянности радовался тому, что я не такой, как эти все деревенские юнцы! Так вот, я теперь достаточно пожил на свете, чтобы понять, что различие родит ненависть.

    — Жюльен Сорель · книга
20. «

    Вот потому-то, что я тогда был безумцем, я стал мудрым ныне.

    Вот потому-то, что я тогда был безумцем, я стал мудрым ныне.

    — И. В. Гёте · книга