13 фраз из книги «Стивен Чбоски. Хорошо быть тихоней» для дневника

Ниже 13 цитат из книги «Стивен Чбоски. Хорошо быть тихоней»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Здорово было бы снова иметь друга. Я хочу этого даже больше отношений.

   Здорово было бы снова иметь друга. Я хочу этого даже больше отношений.
2. «

   Пошел к себе в комнату, дверь затворил поплотнее, голову подушкой накрыл и стал ждать, когда тишина расставит все по местам.

   Пошел к себе в комнату, дверь затворил поплотнее, голову подушкой накрыл и стал ждать, когда тишина расставит все по местам.

   — Чарли · книга
3. «

   Не в каждой истории нужно искать трагедию, Чарли, и даже если она там есть, это не оправдание твоим поступкам.

   Не в каждой истории нужно искать трагедию, Чарли, и даже если она там есть, это не оправдание твоим поступкам.

   — Отец Чарли · книга
4. «

   Чувствую себя злостным симулянтом: понемногу склеиваю свою жизнь, и никто об этом не догадывается.

   Чувствую себя злостным симулянтом: понемногу склеиваю свою жизнь, и никто об этом не догадывается.

   — Чарли · книга
5. «

   Само кино было очень интересным, но мне оно не показалось очень хорошим, потому что после его окончания я не почувствовал себя иначе, чем до просмотра.

   Само кино было очень интересным, но мне оно не показалось очень хорошим, потому что после его окончания я не почувствовал себя иначе, чем до просмотра.
6. «

   Такова моя жизнь. Чтобы ты знал, я чувствую себя одновременно и весёлым, и грустным, не понимаю, как такое возможно.

   Такова моя жизнь. Чтобы ты знал, я чувствую себя одновременно и весёлым, и грустным, не понимаю, как такое возможно.

   — Чарли · книга
7. «

   Я всегда считаю последнюю прочитанную книгу наилучшей, пока не возьмусь за что-то новое.

   Я всегда считаю последнюю прочитанную книгу наилучшей, пока не возьмусь за что-то новое.

   — Чарли · книга
8. «

   Я чувствую бесконечность.

   Я чувствую бесконечность.

   — Чарли · книга
9. «

   Просто я не хочу, чтобы меня боготворили. Если я кому-то нравлюсь, мне хочется, чтобы этот человек принимал меня такой, какова я на самом деле. Я не хочу, чтобы он носился со своими чувствами, держа их в себе. Я хочу, чтобы он мне их открывал, чтобы я тоже их прочувствовала. Я хочу, чтобы рядом со мной человек мог вести себя так, как ему хочется. А если он начнёт делать что-нибудь такое, что мне неприятно, я честно скажу.

   Просто я не хочу, чтобы меня боготворили. Если я кому-то нравлюсь, мне хочется, чтобы этот человек принимал меня такой, какова я на самом деле. Я не хочу, чтобы он носился со своими чувствами, держа их в себе. Я хочу, чтобы он мне их открывал, чтобы я тоже их прочувствовала. Я хочу, чтобы рядом со мной человек мог вести себя так, как ему хочется. А если он начнёт делать что-нибудь такое, что мне неприятно, я честно скажу.

   — Сэм · книга
10. «

    И в тот момент, клянусь, мы были бесконечны.

    И в тот момент, клянусь, мы были бесконечны.

    — Чарли · книга
11. «

    От мороза у меня раскраснелись щёки, как на испитой физиономии мистера З., и я увидел его чёрные ботинки и услышал его голос, объясняющий, что гусеница очень мучительно превращается в кокон, а жвачка переваривается в желудке целых семь лет. А этот парнишка, Марк, который сегодня на вечеринке дал мне попробовать это желе, появился откуда ни возьмись и уставился на небо и велел мне посмотреть на звёзды. Короче, задрал я голову, и оказалось, что мы находимся внутри гигантского купола, похожего на слепленный из стекла снежок, и Марк объяснил, что удивительные белые звёзды – это на самом деле всего лишь дырки в чёрном стекле купола и, когда ты взмываешь в небеса, за ним открывается покров звёздной белизны, которая ярче всего во Вселенной, но не слепит глаза. Покров этот не имеет конца и края, открыт взгляду и бесшумно тонок, и я почувствовал себя пигмеем. Иногда смотрю я в окно и думаю, что множество народу уже видели тот же снег. Множество народу читали те же книги. Слушали те же песни. Интересно, какие у других людей ощущения этой ночью.

    От мороза у меня раскраснелись щёки, как на испитой физиономии мистера З., и я увидел его чёрные ботинки и услышал его голос, объясняющий, что гусеница очень мучительно превращается в кокон, а жвачка переваривается в желудке целых семь лет. А этот парнишка, Марк, который сегодня на вечеринке дал мне попробовать это желе, появился откуда ни возьмись и уставился на небо и велел мне посмотреть на звёзды. Короче, задрал я голову, и оказалось, что мы находимся внутри гигантского купола, похожего на слепленный из стекла снежок, и Марк объяснил, что удивительные белые звёзды – это на самом деле всего лишь дырки в чёрном стекле купола и, когда ты взмываешь в небеса, за ним открывается покров звёздной белизны, которая ярче всего во Вселенной, но не слепит глаза. Покров этот не имеет конца и края, открыт взгляду и бесшумно тонок, и я почувствовал себя пигмеем. Иногда смотрю я в окно и думаю, что множество народу уже видели тот же снег. Множество народу читали те же книги. Слушали те же песни. Интересно, какие у других людей ощущения этой ночью.

    — Чарли · книга
12. «

    Не знаю, бывало ли у тебя подобное чувство. Что хочется уснуть на тысячу лет. Или просто не существовать. Или просто не знать, что ты существуешь. Или что-то подобное. Это желание очень болезненное, но оно появляется, когда я чувствую себя так, как сейчас. Вот почему я стараюсь не думать. Я просто хочу, чтобы все перестало вращаться.

    Не знаю, бывало ли у тебя подобное чувство. Что хочется уснуть на тысячу лет. Или просто не существовать. Или просто не знать, что ты существуешь. Или что-то подобное. Это желание очень болезненное, но оно появляется, когда я чувствую себя так, как сейчас. Вот почему я стараюсь не думать. Я просто хочу, чтобы все перестало вращаться.

    — Чарли · книга
13. «

    Я не люблю долго объяснять очевидные вещи — это раздражает меня и нарушает ход мыслей.

    Я не люблю долго объяснять очевидные вещи — это раздражает меня и нарушает ход мыслей.

    — Чарли · книга