29 фраз из книги «Стивен Кинг. Долгая прогулка» для дневника

Собрали 29 цитат из книги «Стивен Кинг. Долгая прогулка» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Знаете, почему меня называют Графом? Потому что я графики строить люблю!

   Знаете, почему меня называют Графом? Потому что я графики строить люблю!

   — Граф · книга
2. «

   Надеюсь, там не будет темно... Только этого я хочу... Не хочу вечно идти в темноте, и не знать, кто я и что здесь делаю... Не знать даже, ждет ли меня впереди что-нибудь другое...

   Надеюсь, там не будет темно... Только этого я хочу... Не хочу вечно идти в темноте, и не знать, кто я и что здесь делаю... Не знать даже, ждет ли меня впереди что-нибудь другое...
3. «

   ... это невыносимая боль, это пытка — знать, что тебя скоро не станет, а Земля этого не почувствует, будет все так же спокойно вертеться.

   ... это невыносимая боль, это пытка — знать, что тебя скоро не станет, а Земля этого не почувствует, будет все так же спокойно вертеться.
4. «

   Ему захотелось закутаться в себя, как малыш закутывается в плед и воображает, что укрылся от всех неприятностей. Укройся — и жизнь станет намного проще.

   Ему захотелось закутаться в себя, как малыш закутывается в плед и воображает, что укрылся от всех неприятностей. Укройся — и жизнь станет намного проще.
5. «

   Это самая невыносимая боль, это пытка — знать, что тебя скоро не станет, а Земля того не почувствует, будет все так же спокойно вертеться.

   Это самая невыносимая боль, это пытка — знать, что тебя скоро не станет, а Земля того не почувствует, будет все так же спокойно вертеться.

   — Реймонд Гаррати · книга
6. «

   ...человек на многое способен, когда его жизнь висит на волоске.

   ...человек на многое способен, когда его жизнь висит на волоске.
7. «

   Последнее игровое шоу будет таким: проигравшего убивают.

   Последнее игровое шоу будет таким: проигравшего убивают.

   — Чак Беррис · книга
8. «

   Когда во Франции совершались казни на гильотине, добропорядочные обыватели толпились на площадях. В Древнем Риме от зрителей отбоя не было на поединках гладиаторов. Гаррати, все это — развлечения. Ничего в этом нового нет.

   Когда во Франции совершались казни на гильотине, добропорядочные обыватели толпились на площадях. В Древнем Риме от зрителей отбоя не было на поединках гладиаторов. Гаррати, все это — развлечения. Ничего в этом нового нет.

   — Питер Макврайс · книга
9. «

   Как-то раз случилось так, что кто-то внизу хлопнул дверью и до того меня напугал, что я кончил. И Мэри забеременела.

   Как-то раз случилось так, что кто-то внизу хлопнул дверью и до того меня напугал, что я кончил. И Мэри забеременела.
10. «

    Гаррати думал о том, каково будет лежать в глубочайшей тишине, в вековой пыли с закрытыми глазами, видеть бесконечные, безумные сны, лежать века и века в воскресном костюме. Ничто не будет тебя беспокоить – деньги, успех, страх, радость, боль, горе, секс, любовь. Абсолютная пустота. Ни отца, ни матери. Мертвые – сироты. Конец мукам ходьбы, конец долгому кошмару, конец этой долгой дороге. Тело обретает мир и покой. Совершенная тьма смерти…

    Гаррати думал о том, каково будет лежать в глубочайшей тишине, в вековой пыли с закрытыми глазами, видеть бесконечные, безумные сны, лежать века и века в воскресном костюме. Ничто не будет тебя беспокоить – деньги, успех, страх, радость, боль, горе, секс, любовь. Абсолютная пустота. Ни отца, ни матери. Мертвые – сироты. Конец мукам ходьбы, конец долгому кошмару, конец этой долгой дороге. Тело обретает мир и покой. Совершенная тьма смерти…
11. «

    Мы ничего не приносим в этот мир и ничего не можем из него унести...

    Мы ничего не приносим в этот мир и ничего не можем из него унести...
12. «

    ...танцуй со мной так, как танцевал до сих пор, — ответил Макврайс, — и я никогда не устану. Мы только сотрём башмаки до дыр и добредём до звёзд и до луны.

    ...танцуй со мной так, как танцевал до сих пор, — ответил Макврайс, — и я никогда не устану. Мы только сотрём башмаки до дыр и добредём до звёзд и до луны.

    — Питер Макврайс · книга
13. «

    — Ешь ты картофельный суп или филе из телятины, живешь в лачуге или в особняке, когда ты умрешь, все кончится и тебя положат в холодильную камеру в морге, как Зака или Эвинга, вот и все. Я хочу только сказать, что лучше получать время от времени, понемногу. Когда человек получает понемногу, он гораздо счастливее. — Какой красивый словесный понос, — вмешался Макврайс.

    — Ешь ты картофельный суп или филе из телятины, живешь в лачуге или в особняке, когда ты умрешь, все кончится и тебя положат в холодильную камеру в морге, как Зака или Эвинга, вот и все. Я хочу только сказать, что лучше получать время от времени, понемногу. Когда человек получает понемногу, он гораздо счастливее. — Какой красивый словесный понос, — вмешался Макврайс.

    — Реймонд Гаррати · книга
14. «

    Память — это как линия в песке. Чем дальше, тем труднее её разобрать. Память похожа на дорогу. Тут она реальная, твердая, но та дорога, что была в девять часов, уже неощутима.

    Память — это как линия в песке. Чем дальше, тем труднее её разобрать. Память похожа на дорогу. Тут она реальная, твердая, но та дорога, что была в девять часов, уже неощутима.

    — Рэймонд Дейвис Гаррати · книга
15. «

    Дорога почти всегда убивает потребность шутить.

    Дорога почти всегда убивает потребность шутить.
16. «

    Гаррати уже представлял себе в первом приближении механизм распространения слухов. Кому-то что-то становится известно, и информация очень быстро делается всеобщим достоянием. Слух рождается в процессе передачи из уст в уста.

    Гаррати уже представлял себе в первом приближении механизм распространения слухов. Кому-то что-то становится известно, и информация очень быстро делается всеобщим достоянием. Слух рождается в процессе передачи из уст в уста.
17. «

    Казалось, сердце лопнуло у него в груди и вытекало теперь наружу вместе со слезами.

    Казалось, сердце лопнуло у него в груди и вытекало теперь наружу вместе со слезами.

    — Реймонд Гаррати · книга
18. «

    Они прошли мимо неподвижного, почти идеально круглого пруда, над которым клубился легкий туман. Пруд был похож на зеркало, задрапированное дымом и украшенное по краям таинственным узором из водных растений.

    Они прошли мимо неподвижного, почти идеально круглого пруда, над которым клубился легкий туман. Пруд был похож на зеркало, задрапированное дымом и украшенное по краям таинственным узором из водных растений.
19. «

    Любовь — это залезть и вставить! Это ничто! Это мерзость, вот и все!

    Любовь — это залезть и вставить! Это ничто! Это мерзость, вот и все!

    — Олсон · книга
20. «

    — Она тебя любит? твоя девушка? — Думаю, да. — Вся эта романтическая брехня... Знаешь, в ней есть правда. По крайней мере для кого-то и на короткое время.

    — Она тебя любит? твоя девушка? — Думаю, да. — Вся эта романтическая брехня... Знаешь, в ней есть правда. По крайней мере для кого-то и на короткое время.

    — Реймонд Гаррати · книга