19 лучших цитат из книги «Стивен Кинг. Кристина»

19 цитат из книги «Стивен Кинг. Кристина» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Если машина не заводится, обругай её... и обязательно как бабу.

   Если машина не заводится, обругай её... и обязательно как бабу.

   — Деннис · книга
2. «

   Рано или поздно все мы получаем ответы на самые важные вопросы.

   Рано или поздно все мы получаем ответы на самые важные вопросы.
3. «

   Только не думай, что её любовь благотворно влияла на Ролли — это всё романтическая чушь. Вода, может, и точит камень, но на это уходят сотни лет. А люди столько не живут.

   Только не думай, что её любовь благотворно влияла на Ролли — это всё романтическая чушь. Вода, может, и точит камень, но на это уходят сотни лет. А люди столько не живут.

   — Джордж ЛеБей · книга
4. «

   В дождливые дни, до той поры, когда я первый раз влюбился, мои мысли прежде всего обращались к Эрни, потому что он знал, как извлечь толк из дождливых дней. Может быть, это один из способов узнать по-настоящему одиноких людей.., они всегда могут придумать, чем заняться в дождливые дни. И вы всегда можете позвать их. Они всегда дома. Всегда.

   В дождливые дни, до той поры, когда я первый раз влюбился, мои мысли прежде всего обращались к Эрни, потому что он знал, как извлечь толк из дождливых дней. Может быть, это один из способов узнать по-настоящему одиноких людей.., они всегда могут придумать, чем заняться в дождливые дни. И вы всегда можете позвать их. Они всегда дома. Всегда.
5. «

   Порой людей сложно в чём-то убедить... Они должны убедиться сами.

   Порой людей сложно в чём-то убедить... Они должны убедиться сами.
6. «

   Иногда люди должны на собственном опыте убедиться, что совершили ошибку. К сожалению, невозможно совершать ошибки других людей вместо их самих.

   Иногда люди должны на собственном опыте убедиться, что совершили ошибку. К сожалению, невозможно совершать ошибки других людей вместо их самих.
7. «

   Уроды по-другому смотрят на мир. Нам сложнее шутить, сложнее даже просто оставаться в своём уме.

   Уроды по-другому смотрят на мир. Нам сложнее шутить, сложнее даже просто оставаться в своём уме.

   — Арни Каннингем · книга
8. «

   В книгах, я давно обратил внимание на это, писатели всегда изображают своих героинь с каким-нибудь пусть небольшими, но недостатками; может быть, они думают, что настоящая красота является стереотипом, или им кажется, что тот или иной маленький порок делает леди более реалистичной. Дескать, она была бы красавицей, если бы не слишком длинная нижняя губа, или не слишком острый нос, или, допустим, плоскогрудие. Что-нибудь такое всегда есть.

   В книгах, я давно обратил внимание на это, писатели всегда изображают своих героинь с каким-нибудь пусть небольшими, но недостатками; может быть, они думают, что настоящая красота является стереотипом, или им кажется, что тот или иной маленький порок делает леди более реалистичной. Дескать, она была бы красавицей, если бы не слишком длинная нижняя губа, или не слишком острый нос, или, допустим, плоскогрудие. Что-нибудь такое всегда есть.
9. «

   Да, в семнадцать лет я действительно так думал. Мне предстояло поступать в университет, я не верил в проклятия и чувства, которые остаются и пропитывают собой всё вокруг подобно ядерной приправе. Я не верил, что призраки прошлого могут тянуть к нам, живым, свои покойницкие лапы. Но мне уже давно не семнадцать.

   Да, в семнадцать лет я действительно так думал. Мне предстояло поступать в университет, я не верил в проклятия и чувства, которые остаются и пропитывают собой всё вокруг подобно ядерной приправе. Я не верил, что призраки прошлого могут тянуть к нам, живым, свои покойницкие лапы. Но мне уже давно не семнадцать.

   — Деннис · книга
10. «

    Я думаю, что быть родителем — это отчасти стараться убить своего ребёнка.

    Я думаю, что быть родителем — это отчасти стараться убить своего ребёнка.

    — Дэннис · книга
11. «

    Люди потому боятся взрослеть, что не хотят расставаться с маской, к которой они привыкли, и примерять другую. Если быть ребёнком — значит учиться жить, то становиться взрослым — значит учиться умирать.

    Люди потому боятся взрослеть, что не хотят расставаться с маской, к которой они привыкли, и примерять другую. Если быть ребёнком — значит учиться жить, то становиться взрослым — значит учиться умирать.
12. «

    Запах гнили и разложения, мощный и тошнотворный. Безумный страх охватил всё её существо, и она подумала: «Так пахнет её ярость...».

    Запах гнили и разложения, мощный и тошнотворный. Безумный страх охватил всё её существо, и она подумала: «Так пахнет её ярость...».

    — Ли Кэбот · книга
13. «

    Родители — это всего лишь переросшие дети, и только собственный ребенок может вытащить их из младенчества.

    Родители — это всего лишь переросшие дети, и только собственный ребенок может вытащить их из младенчества.
14. «

    Алкоголь — вот наиболее вульгарный и опасный из всех когда-либо изобретенных наркотиков.

    Алкоголь — вот наиболее вульгарный и опасный из всех когда-либо изобретенных наркотиков.
15. «

    Я не верю в проклятия. Так же, как и в привидения или в посланцев иного мира. Но я верю, что события и чувства способны передаваться друг другу... как молоко в открытой коробке перенимает запахи специй и фруктов, если его на некоторый срок оставить в холодильнике.

    Я не верю в проклятия. Так же, как и в привидения или в посланцев иного мира. Но я верю, что события и чувства способны передаваться друг другу... как молоко в открытой коробке перенимает запахи специй и фруктов, если его на некоторый срок оставить в холодильнике.

    — Георг ЛеБэй · книга
16. «

    — Любовь — это старая ослепшая ведьма. Она беспощадна и ненасытна. — Чем же она питается? — спросил я, не зная, что сказать. — Дружбой, — сказал Георг ЛеБей. — Она питается дружбой.

    — Любовь — это старая ослепшая ведьма. Она беспощадна и ненасытна. — Чем же она питается? — спросил я, не зная, что сказать. — Дружбой, — сказал Георг ЛеБей. — Она питается дружбой.
17. «

    Как будто чей-то холодный палец прикоснулся к его сердцу.

    Как будто чей-то холодный палец прикоснулся к его сердцу.
18. «

    Он привык к ее странному присутствию в своей жизни. И не друг, и не злейший враг — никто.

    Он привык к ее странному присутствию в своей жизни. И не друг, и не злейший враг — никто.
19. «

    Если вас, ребята, кто-нибудь спросит, что неладно в этом мире, то смело называйте три вещи: врачи, начальство и чёрные радикалы.

    Если вас, ребята, кто-нибудь спросит, что неладно в этом мире, то смело называйте три вещи: врачи, начальство и чёрные радикалы.

    — ЛеБэй · книга