50 цитат из книги «Стивен Кинг. Мешок с костями» на каждый день

50 цитат из книги «Стивен Кинг. Мешок с костями» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я думаю, дома живут своей жизнью в потоке времени, отличном от того, в котором пребывают их обитатели. Во всяком случае, скорость у этого потока поменьше. В доме, особенно в старом доме, прошлое ближе.

   Я думаю, дома живут своей жизнью в потоке времени, отличном от того, в котором пребывают их обитатели. Во всяком случае, скорость у этого потока поменьше. В доме, особенно в старом доме, прошлое ближе.

   — Майкл Нунэн · книга
2. «

   Странные в этот момент она вызывала чувства. Вроде бы жалость, но не сострадание. Казалось, у неё вырвали сердце, а грусть осталась ещё одним призраком, воспоминанием о любви на костях ненависти.

   Странные в этот момент она вызывала чувства. Вроде бы жалость, но не сострадание. Казалось, у неё вырвали сердце, а грусть осталась ещё одним призраком, воспоминанием о любви на костях ненависти.

   — Майкл Нунэн · книга
3. «

   Никакие два сна не повторяют друг друга в мельчайших подробностях. Точно так же не совпадают образ вещи, созданный воображением, и она сама, сработанная руками, несмотря на все наши попытки сделать их идентичными. Потому что мы сами меняемся день ото днями, даже от минуты к минуте.

   Никакие два сна не повторяют друг друга в мельчайших подробностях. Точно так же не совпадают образ вещи, созданный воображением, и она сама, сработанная руками, несмотря на все наши попытки сделать их идентичными. Потому что мы сами меняемся день ото днями, даже от минуты к минуте.

   — Майкл Нунэн · книга
4. «

   Безумие — это дорога с односторонним движением, причем, в отличие от автострады, съездов на ней нет.

   Безумие — это дорога с односторонним движением, причем, в отличие от автострады, съездов на ней нет.
5. «

   Не стоит осуждать человека за то, что может оказаться плодом твоего воображения.

   Не стоит осуждать человека за то, что может оказаться плодом твоего воображения.
6. «

   Делают это и старики и молодые, но без стариков молодым не понять как это делается.

   Делают это и старики и молодые, но без стариков молодым не понять как это делается.
7. «

   … будь зависть кислотой, от меня остались бы лишь пряжка от ремня да три зуба.

   … будь зависть кислотой, от меня остались бы лишь пряжка от ремня да три зуба.

   — Джоанна · книга
8. «

   – Мир тесен, не так ли? – Нет, мир широк и огромен, но городок мал.

   – Мир тесен, не так ли? – Нет, мир широк и огромен, но городок мал.

   — Майкл Нунэн · книга
9. «

   Мне всегда любопытно, что читают люди. По книгам о них можно узнать не меньше, чем по содержимому домашней аптечки. Только рыться в лекарствах хозяина всегда считалось дурным тоном.

   Мне всегда любопытно, что читают люди. По книгам о них можно узнать не меньше, чем по содержимому домашней аптечки. Только рыться в лекарствах хозяина всегда считалось дурным тоном.

   — Майкл Нунэн · книга
10. «

    Когда ты один, твое странное поведение вовсе не кажется странным.

    Когда ты один, твое странное поведение вовсе не кажется странным.
11. «

    С моей точки зрения — признаю, очень субъективной, — среди творческих личностей удачливые романисты (пусть даже относительно удачливые) занимают самую выгодную позицию. ... у романистов более длительный период продуктивной работы, возможно, потому, что читатели чуть умнее поклонников других видов искусства, где обходятся без печатного слова.

    С моей точки зрения — признаю, очень субъективной, — среди творческих личностей удачливые романисты (пусть даже относительно удачливые) занимают самую выгодную позицию. ... у романистов более длительный период продуктивной работы, возможно, потому, что читатели чуть умнее поклонников других видов искусства, где обходятся без печатного слова.

    — Майкл Нунэн · книга
12. «

    Юмор — почти всегда замаскированная злость, подумал я, но в маленьких городах к маскировке относятся спустя рукава.

    Юмор — почти всегда замаскированная злость, подумал я, но в маленьких городах к маскировке относятся спустя рукава.
13. «

    Горе, как пьяный гость, всегда возвращается для прощальных объятий.

    Горе, как пьяный гость, всегда возвращается для прощальных объятий.
14. «

    Любая крепкая семья — территория, недоступная посторонним, белое пятно, без которых карте общества не обойтись. А то, о чём не знают другие, остаётся твоим.

    Любая крепкая семья — территория, недоступная посторонним, белое пятно, без которых карте общества не обойтись. А то, о чём не знают другие, остаётся твоим.

    — Майкл Нунэн · книга
15. «

    Это голоса наших умерших друзей или всего лишь граммофон?

    Это голоса наших умерших друзей или всего лишь граммофон?
16. «

    Я вернулся к холодильнику и вновь забыл открыть его. Руки сами потянулись к буквам-магнитам и начали перемещать их по передней панели, складывая слова, разрушая, складывая новые. Я как бы писал книгу… Потому что тоже начал впадать в транс, как и за пишущей машинкой. Это полугипнотическое состояние писатель может вызывать и отключать по своей воле… во всяком случае, когда всё у него идёт хорошо. Интуитивная часть сознания раскрывается, когда ты начинаешь работать, и распрямляется во все свои шесть футов (случается, что и в десять). И посылает тебе магические послания и яркие образы. В остальное время она не даёт о себе знать, разве что иногда помимо твоей воли вырывается на свободу, и тогда ты впадаешь в транс неожиданно для себя, в голове возникают ассоциации, не имеющие ничего общего с логикой, приходят внезапные видения. Конечно, это неотъемлемая, пусть и необычная, часть творческого процесса. Музы — призраки, и иногда они приходят незваными.

    Я вернулся к холодильнику и вновь забыл открыть его. Руки сами потянулись к буквам-магнитам и начали перемещать их по передней панели, складывая слова, разрушая, складывая новые. Я как бы писал книгу… Потому что тоже начал впадать в транс, как и за пишущей машинкой. Это полугипнотическое состояние писатель может вызывать и отключать по своей воле… во всяком случае, когда всё у него идёт хорошо. Интуитивная часть сознания раскрывается, когда ты начинаешь работать, и распрямляется во все свои шесть футов (случается, что и в десять). И посылает тебе магические послания и яркие образы. В остальное время она не даёт о себе знать, разве что иногда помимо твоей воли вырывается на свободу, и тогда ты впадаешь в транс неожиданно для себя, в голове возникают ассоциации, не имеющие ничего общего с логикой, приходят внезапные видения. Конечно, это неотъемлемая, пусть и необычная, часть творческого процесса. Музы — призраки, и иногда они приходят незваными.

    — Майкл Нунэн · книга
17. «

    За некоей чертой безумие – это дорога с односторонним движением, причём в отличие от автострады съездов на ней нет.

    За некоей чертой безумие – это дорога с односторонним движением, причём в отличие от автострады съездов на ней нет.

    — Майкл Нунэн · книга
18. «

    Мы всё выстраиваемся в очередь: живём сегодняшним днём, в любой отдельно взятый момент занимаемся одним отдельно взятым делом: едим, болеем, дышим. Дантисты пломбируют только один зубной канал, кораблестроители занимаются только одним кораблём. Если твоя работа писать книги – пишешь одну конкретную страницу. Мы отворачиваемся от всего, что знаем и чего боимся. Мы изучаем каталоги, смотрим футбольные матчи, выбираем между “Спринтом” и “АТТ” [крупнейшие телефонные компании США, жёстко конкурирующие между собой. — пояснение в книге]. Мы считаем птиц в небе и отворачиваемся от окна, если слышим шаги в коридоре у себя за спиной; мы говорим, да, я согласен, облака часто на что-то похожи: рыб, единорогов, всадников, — но на самом деле это всего лишь облака, и мы переключаем наше внимание на очередное блюдо, очередную боль, очередной вдох, очередную страницу. Так уж мы устроены.

    Мы всё выстраиваемся в очередь: живём сегодняшним днём, в любой отдельно взятый момент занимаемся одним отдельно взятым делом: едим, болеем, дышим. Дантисты пломбируют только один зубной канал, кораблестроители занимаются только одним кораблём. Если твоя работа писать книги – пишешь одну конкретную страницу. Мы отворачиваемся от всего, что знаем и чего боимся. Мы изучаем каталоги, смотрим футбольные матчи, выбираем между “Спринтом” и “АТТ” [крупнейшие телефонные компании США, жёстко конкурирующие между собой. — пояснение в книге]. Мы считаем птиц в небе и отворачиваемся от окна, если слышим шаги в коридоре у себя за спиной; мы говорим, да, я согласен, облака часто на что-то похожи: рыб, единорогов, всадников, — но на самом деле это всего лишь облака, и мы переключаем наше внимание на очередное блюдо, очередную боль, очередной вдох, очередную страницу. Так уж мы устроены.

    — Майкл Нунэн · книга
19. «

    Возможно, во сне все – писатели.

    Возможно, во сне все – писатели.
20. «

    Иной раз кажется, что постель — самое безопасное место.

    Иной раз кажется, что постель — самое безопасное место.