37 коротких цитат из книги «Сьюзен Коллинз. Сойка-пересмешница»

Ниже 37 цитат из книги «Сьюзен Коллинз. Сойка-пересмешница»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Я расскажу детям о том, как я справляюсь с этим, о том, как в плохие дни меня ничто не радует — ведь я боюсь потерять всё. Именно в такие дни я составляю в уме список всех добрых дел, которым стала свидетелем. Это похоже на игру. Она повторяется снова и снова. После двадцати с лишним лет она даже стала немного утомительной. Но есть игры гораздо хуже этой.

   Я расскажу детям о том, как я справляюсь с этим, о том, как в плохие дни меня ничто не радует — ведь я боюсь потерять всё. Именно в такие дни я составляю в уме список всех добрых дел, которым стала свидетелем. Это похоже на игру. Она повторяется снова и снова. После двадцати с лишним лет она даже стала немного утомительной. Но есть игры гораздо хуже этой.

   — Китнисс Эвердин · книга
2. «

   Если есть более сильное ощущение беспомощности, чем пытаться добраться до кого-то любимого, кто попал в ловушку под землей, то я не знаю такого.

   Если есть более сильное ощущение беспомощности, чем пытаться добраться до кого-то любимого, кто попал в ловушку под землей, то я не знаю такого.

   — Китнисс Эвердин · книга
3. «

   Лучше не поддаваться слабости. Шагнуть в пропасть гораздо легче, чем из нее выбраться.

   Лучше не поддаваться слабости. Шагнуть в пропасть гораздо легче, чем из нее выбраться.

   — Финник · книга
4. «

   Никто не разрушает то, чем намеревается овладеть в будущем.

   Никто не разрушает то, чем намеревается овладеть в будущем.

   — Китнисс Эвердин · книга
5. «

   Вспыхнуло пламя! И если сгорим мы, вы сгорите вместе с нами!

   Вспыхнуло пламя! И если сгорим мы, вы сгорите вместе с нами!

   — Китнисс Эвердин · книга
6. «

   Если всё это правда, то было бы гуманнее убить Пита прямо здесь и сейчас. Но, к счастью, или к сожалению, мной руководит не гуманизм.

   Если всё это правда, то было бы гуманнее убить Пита прямо здесь и сейчас. Но, к счастью, или к сожалению, мной руководит не гуманизм.

   — Китнисс Эвердин · книга
7. «

   Иногда, когда я одна, я достаю жемчужину из своего кармана, и пытаюсь вспомнить мальчика с хлебом, сильные руки, которые разогнали кошмары в поезде, поцелуи в арене. Для того, чтобы напоминать себе имя того, кого я потеряла. Но что толку? Он ушел.

   Иногда, когда я одна, я достаю жемчужину из своего кармана, и пытаюсь вспомнить мальчика с хлебом, сильные руки, которые разогнали кошмары в поезде, поцелуи в арене. Для того, чтобы напоминать себе имя того, кого я потеряла. Но что толку? Он ушел.

   — Китнисс Эвердин · книга
8. «

   Некоторые прогулки необходимо совершать только в одиночку.

   Некоторые прогулки необходимо совершать только в одиночку.

   — Китнисс Эвердин · книга
9. «

   Неужели я и правда такая холодная и расчетливая? Гейл не сказал «Китнисс выберет того, расставание с кем разобьет ей сердце» или даже «того, без кого она не сможет жить». Эти слова подразумевали бы, что мной движет своего рода страсть, чувства но мой лучший друг предсказывает, что я выберу человека, без которого, как я думаю, я не смогу выжить. Этот список не включает любви, или желания, или даже совместимости. Я просто веду бесчувственную оценку того, что мой потенциальный партнер может мне предложить. Так, словно в конце это будет вопрос о том, пекарь или охотник дольше продлит мое существование. Это ужасно для Гейла — говорить такое, а для Пита — не опровергнуть. Особенно когда все чувства и эмоции которые у меня были, были взяты и использованы Капитолием или повстанцами. На данный момент, выбор был бы прост. Я могу прекрасно выжить без них обоих.

   Неужели я и правда такая холодная и расчетливая? Гейл не сказал «Китнисс выберет того, расставание с кем разобьет ей сердце» или даже «того, без кого она не сможет жить». Эти слова подразумевали бы, что мной движет своего рода страсть, чувства но мой лучший друг предсказывает, что я выберу человека, без которого, как я думаю, я не смогу выжить. Этот список не включает любви, или желания, или даже совместимости. Я просто веду бесчувственную оценку того, что мой потенциальный партнер может мне предложить. Так, словно в конце это будет вопрос о том, пекарь или охотник дольше продлит мое существование. Это ужасно для Гейла — говорить такое, а для Пита — не опровергнуть. Особенно когда все чувства и эмоции которые у меня были, были взяты и использованы Капитолием или повстанцами. На данный момент, выбор был бы прост. Я могу прекрасно выжить без них обоих.

   — Китнисс Эвердин · книга
10. «

    Возможно, Пит прав: мы уничтожаем друг друга, чтобы наше место занял другой, более достойный вид. Ведь с существами, которые улаживают разногласия, жертвуя своими детьми, что-то явно не в порядке.

    Возможно, Пит прав: мы уничтожаем друг друга, чтобы наше место занял другой, более достойный вид. Ведь с существами, которые улаживают разногласия, жертвуя своими детьми, что-то явно не в порядке.

    — Китнисс Эвердин · книга
11. «

    Сожаление — оправдание для охотников и друзей.

    Сожаление — оправдание для охотников и друзей.
12. «

    Я вытягиваю себя из ночных кошмаров каждое утро, и нахожу, что в пробуждении нет никакого облегчения.

    Я вытягиваю себя из ночных кошмаров каждое утро, и нахожу, что в пробуждении нет никакого облегчения.

    — Китнисс Эвердин · книга
13. «

    Сноу украл его у меня, вывернул наизнанку до неузнаваемости и преподнес в подарок. Боггс сказал мне, что, учитывая весь план операции, спасение Пита прошло чересчур легко. Он почти уверен, что, если бы тринадцатый не сделал попытки спасти его, Пита так или иначе доставили бы ко мне. Перевязанного красной ленточкой с моим именем на открытке и запрограммированног­о убить меня.

    Сноу украл его у меня, вывернул наизнанку до неузнаваемости и преподнес в подарок. Боггс сказал мне, что, учитывая весь план операции, спасение Пита прошло чересчур легко. Он почти уверен, что, если бы тринадцатый не сделал попытки спасти его, Пита так или иначе доставили бы ко мне. Перевязанного красной ленточкой с моим именем на открытке и запрограммированног­о убить меня.

    — Китнисс Эвердин · книга
14. «

    Мы непостоянные, тупые твари со слабой памятью и талантом к самоуничтожению.

    Мы непостоянные, тупые твари со слабой памятью и талантом к самоуничтожению.

    — Плутарх Хэвенсби · книга
15. «

    Жар. Пепел. Страдание. Необычный вкус для нежного.

    Жар. Пепел. Страдание. Необычный вкус для нежного.

    — Китнисс Эвердин · книга
16. «

    Камень всякий раз торжествует над человеком.

    Камень всякий раз торжествует над человеком.

    — Китнисс Эвердин · книга
17. «

    Мне требуется много времени, чтоб докопаться до причины моего расстройства и негодования. И это слишком унизительно, чтобы признавать. Все эти месяцы Пит считал, что я изумительная, а я принимала все это, как что-то само собой разумеющееся. Но теперь это далеко позади. Наконец он видит меня такой, какая я есть. И я ненавижу его за это.

    Мне требуется много времени, чтоб докопаться до причины моего расстройства и негодования. И это слишком унизительно, чтобы признавать. Все эти месяцы Пит считал, что я изумительная, а я принимала все это, как что-то само собой разумеющееся. Но теперь это далеко позади. Наконец он видит меня такой, какая я есть. И я ненавижу его за это.

    — Китнисс Эвердин · книга
18. «

    Жажда мести пылает долго и обжигающе. Особенно, если каждый взгляд в зеркало укрепляет ее.

    Жажда мести пылает долго и обжигающе. Особенно, если каждый взгляд в зеркало укрепляет ее.

    — Китнисс Эвердин · книга
19. «

    Думай, как твоя жертва... и ты найдешь ее слабое место.

    Думай, как твоя жертва... и ты найдешь ее слабое место.

    — Бити · книга
20. «

    Я закрываю глаза, но это не помогает. Во тьме огонь горит еще ярче.

    Я закрываю глаза, но это не помогает. Во тьме огонь горит еще ярче.

    — Китнисс Эвердин · книга