20 цитат из книги «Сьюзен Коллинз. Сойка-пересмешница» для размышлений

Ниже 20 цитат из книги «Сьюзен Коллинз. Сойка-пересмешница»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Вспыхнуло пламя! И если сгорим мы, вы сгорите вместе с нами!

   Вспыхнуло пламя! И если сгорим мы, вы сгорите вместе с нами!

   — Китнисс Эвердин · книга
2. «

   На публике человек всегда становится храбрее.

   На публике человек всегда становится храбрее.

   — Китнисс Эвердин · книга
3. «

   Никто не разрушает то, чем намеревается овладеть в будущем.

   Никто не разрушает то, чем намеревается овладеть в будущем.

   — Китнисс Эвердин · книга
4. «

   Есть дороги, которые нужно пройти в одиночку.

   Есть дороги, которые нужно пройти в одиночку.

   — Китнисс Эвердин · книга
5. «

   Потому что обозленный, свободно мыслящий победитель с пластом психологических проблем, который слишком толст, чтобы его можно было разгрести, возможно, последний человек, которого ты хочешь увидеть в своем отряде.

   Потому что обозленный, свободно мыслящий победитель с пластом психологических проблем, который слишком толст, чтобы его можно было разгрести, возможно, последний человек, которого ты хочешь увидеть в своем отряде.

   — Китнисс Эвердин · книга
6. «

   Мы непостоянные, тупые твари со слабой памятью и талантом к самоуничтожению.

   Мы непостоянные, тупые твари со слабой памятью и талантом к самоуничтожению.

   — Плутарх Хэвенсби · книга
7. «

   Не знаю, как ему объяснить, что значит — убить человека. И что убитые навсегда остаются с тобой.

   Не знаю, как ему объяснить, что значит — убить человека. И что убитые навсегда остаются с тобой.
8. «

   Все мы непостоянные глупые существа со скудными воспоминаниями и потрясающим даром саморазрушения.

   Все мы непостоянные глупые существа со скудными воспоминаниями и потрясающим даром саморазрушения.

   — Плутарх Хэвенсби · книга
9. «

   Я нахожусь в ловушке дни, годы, может быть, целые века. Мёртвая, но не умершая. Живая, но всё равно что упокоившаяся. Такая одинокая...

   Я нахожусь в ловушке дни, годы, может быть, целые века. Мёртвая, но не умершая. Живая, но всё равно что упокоившаяся. Такая одинокая...

   — Китнисс Эвердин · книга
10. «

    Если есть более сильное ощущение беспомощности, чем пытаться добраться до кого-то любимого, кто попал в ловушку под землей, то я не знаю такого.

    Если есть более сильное ощущение беспомощности, чем пытаться добраться до кого-то любимого, кто попал в ловушку под землей, то я не знаю такого.

    — Китнисс Эвердин · книга
11. «

    — Ты полюбил Энни сразу, Финник? – спрашиваю я. — Нет, — прежде чем он продолжает, проходит довольно много времени, — она постепенно захватила меня.

    — Ты полюбил Энни сразу, Финник? – спрашиваю я. — Нет, — прежде чем он продолжает, проходит довольно много времени, — она постепенно захватила меня.

    — Финник · книга
12. «

    Я пытаюсь представить мир, где смолкли голоса Гейла и Пита. Неподвижные руки. Немигающие глаза. Я стою над их телами, смотрю в последний раз и ухожу из комнаты, где они лежат. Но когда я открываю дверь, чтобы шагнуть в другой мир, там оказывается только необъятная пустота. Бледно-серое ничто — вот что ждёт меня в будущем.

    Я пытаюсь представить мир, где смолкли голоса Гейла и Пита. Неподвижные руки. Немигающие глаза. Я стою над их телами, смотрю в последний раз и ухожу из комнаты, где они лежат. Но когда я открываю дверь, чтобы шагнуть в другой мир, там оказывается только необъятная пустота. Бледно-серое ничто — вот что ждёт меня в будущем.

    — Китнисс Эвердин · книга
13. «

    По правде говоря, наши предки столько дров наломали, что дальше некуда. Посмотрите только, с чем они нас оставили — войны, разоренная планета. Похоже, им было наплевать, как будут жить люди после них.

    По правде говоря, наши предки столько дров наломали, что дальше некуда. Посмотрите только, с чем они нас оставили — войны, разоренная планета. Похоже, им было наплевать, как будут жить люди после них.

    — Китнисс Эвердин · книга
14. «

    Знаю, что мне нужен не огонь Гейла, подпитываемый гневом и ненавистью, а весенний одуванчик — символ возрождения, обещание того, что, несмотря на все потери, жизнь продолжается. Что все снова будет хорошо. И это может дать мне только Пит. И когда он шепчет мне: — Ты меня любишь. Правда или ложь? Я отвечаю: — Правда.

    Знаю, что мне нужен не огонь Гейла, подпитываемый гневом и ненавистью, а весенний одуванчик — символ возрождения, обещание того, что, несмотря на все потери, жизнь продолжается. Что все снова будет хорошо. И это может дать мне только Пит. И когда он шепчет мне: — Ты меня любишь. Правда или ложь? Я отвечаю: — Правда.

    — Китнисс Эвердин · книга
15. «

    На последней странице набросок моей броши и подпись Цинны: «Я по-прежнему ставлю на тебя».

    На последней странице набросок моей броши и подпись Цинны: «Я по-прежнему ставлю на тебя».

    — Китнисс Эвердин · книга
16. «

    Жажда мести пылает долго и обжигающе. Особенно, если каждый взгляд в зеркало укрепляет ее.

    Жажда мести пылает долго и обжигающе. Особенно, если каждый взгляд в зеркало укрепляет ее.

    — Китнисс Эвердин · книга
17. «

    Я расскажу детям о том, как я справляюсь с этим, о том, как в плохие дни меня ничто не радует — ведь я боюсь потерять всё. Именно в такие дни я составляю в уме список всех добрых дел, которым стала свидетелем. Это похоже на игру. Она повторяется снова и снова. После двадцати с лишним лет она даже стала немного утомительной. Но есть игры гораздо хуже этой.

    Я расскажу детям о том, как я справляюсь с этим, о том, как в плохие дни меня ничто не радует — ведь я боюсь потерять всё. Именно в такие дни я составляю в уме список всех добрых дел, которым стала свидетелем. Это похоже на игру. Она повторяется снова и снова. После двадцати с лишним лет она даже стала немного утомительной. Но есть игры гораздо хуже этой.

    — Китнисс Эвердин · книга
18. «

    Некоторые прогулки необходимо совершать только в одиночку.

    Некоторые прогулки необходимо совершать только в одиночку.

    — Китнисс Эвердин · книга
19. «

    — Всё ещё злишься. — А ты всё ещё не извиняешься.

    — Всё ещё злишься. — А ты всё ещё не извиняешься.

    — Гейл · книга
20. «

    Сожаление — оправдание для охотников и друзей.

    Сожаление — оправдание для охотников и друзей.