26 цитат из книги «Тахир Шах. Год в Касабланке» со смыслом

Ниже 26 цитат из книги «Тахир Шах. Год в Касабланке»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   На Западе вы можете плавно перемещаться изо дня в день, зная, что общество защитит вас и ваших детей. А если возникнут какие-нибудь проблемы, то кто-нибудь подхватит вас и стряхнет с вас пыль. Проведя на африканской земле всего пять минут, я понял, что защита моей семьи — это только мое дело. Никто больше не присмотрит за ней.

   На Западе вы можете плавно перемещаться изо дня в день, зная, что общество защитит вас и ваших детей. А если возникнут какие-нибудь проблемы, то кто-нибудь подхватит вас и стряхнет с вас пыль. Проведя на африканской земле всего пять минут, я понял, что защита моей семьи — это только мое дело. Никто больше не присмотрит за ней.

   — Тахир Шах · книга
2. «

   Слепой вор в доме опаснее одноглазого вора на улице.

   Слепой вор в доме опаснее одноглазого вора на улице.
3. «

   Лучше оставить прошлое, как оно есть. Я поняла, что, когда прошлое соприкасается с настоящим, оно исчезает, как забытый сон.

   Лучше оставить прошлое, как оно есть. Я поняла, что, когда прошлое соприкасается с настоящим, оно исчезает, как забытый сон.

   — Графиня де Лонвик · книга
4. «

   На Востоке молчание считается золотом, а не неуклюжей паузой в разговоре, как в Европе.

   На Востоке молчание считается золотом, а не неуклюжей паузой в разговоре, как в Европе.

   — Тахир Шах · книга
5. «

   Смерть — это часть жизни и стоит увидеть, как одна жизнь кончается, а другая начинается.

   Смерть — это часть жизни и стоит увидеть, как одна жизнь кончается, а другая начинается.

   — Камаль · книга
6. «

   Воистину благие дела творятся негласно. Заговори о них, и весь смысл пропадет.

   Воистину благие дела творятся негласно. Заговори о них, и весь смысл пропадет.

   — Хуссейн Бенрахим · книга
7. «

   Мой друг Франсуа не раз предупреждал меня, чтобы я не проявлял слишком большую заботу о сторожах. Он рассказывал бесконечные истории, в которых наивный иностранец давал убежище несчастной марокканской семье. Мораль всех историй звучала одинаково: этот человек сделал величайшую ошибку в своей жизни.

   Мой друг Франсуа не раз предупреждал меня, чтобы я не проявлял слишком большую заботу о сторожах. Он рассказывал бесконечные истории, в которых наивный иностранец давал убежище несчастной марокканской семье. Мораль всех историй звучала одинаково: этот человек сделал величайшую ошибку в своей жизни.

   — Тахир Шах · книга
8. «

   Нет ничего приятнее, чем сделать душу ребенка счастливой.

   Нет ничего приятнее, чем сделать душу ребенка счастливой.
9. «

   Наблюдая за сторожами и кучей их родственников, разместившихся в Дар Калифа, я начал понимать древнюю систему трудоустройства, принятую на Востоке. Иногда её называют «Жить за счет работающего Абдулы». Как только у кого-нибудь в семье появляется стоящая работа, все остальные бросают свои занятия и присасываются к нему как пиявки.

   Наблюдая за сторожами и кучей их родственников, разместившихся в Дар Калифа, я начал понимать древнюю систему трудоустройства, принятую на Востоке. Иногда её называют «Жить за счет работающего Абдулы». Как только у кого-нибудь в семье появляется стоящая работа, все остальные бросают свои занятия и присасываются к нему как пиявки.
10. «

    Если дерево подумает, что его могут срубить, — хитро пояснил садовник, — то ради своего спасения оно даст самые вкусные финики из всех, что вам приходилось пробовать.

    Если дерево подумает, что его могут срубить, — хитро пояснил садовник, — то ради своего спасения оно даст самые вкусные финики из всех, что вам приходилось пробовать.

    — садовник · книга
11. «

    Несколькими днями позднее я получил сообщение, что наша мебель наконец прибыла из Индии и ожидает нас в порту Касабланки. Много месяцев назад я заказал её по Интернету. Интернет, кредитная карта и бутылка крепкого красного вина — это гремучая смесь. Щёлкнешь мышкой — и ты в финансовой пропасти.

    Несколькими днями позднее я получил сообщение, что наша мебель наконец прибыла из Индии и ожидает нас в порту Касабланки. Много месяцев назад я заказал её по Интернету. Интернет, кредитная карта и бутылка крепкого красного вина — это гремучая смесь. Щёлкнешь мышкой — и ты в финансовой пропасти.

    — Тахир Шах · книга
12. «

    Поселитесь в новой для себя стране, и вы очень скоро обнаружите, что без компромиссов не обойтись. Решайтесь на них и будете сполна вознаграждены.

    Поселитесь в новой для себя стране, и вы очень скоро обнаружите, что без компромиссов не обойтись. Решайтесь на них и будете сполна вознаграждены.

    — Тахир Шах · книга
13. «

    Не тратьте понапрасну свою жизнь, подражая другим! Будьте сами собой! Стремитесь к своей мечте!

    Не тратьте понапрасну свою жизнь, подражая другим! Будьте сами собой! Стремитесь к своей мечте!
14. «

    Тот, кто предсказывает будущее, лжёт, даже если он говорит правду.

    Тот, кто предсказывает будущее, лжёт, даже если он говорит правду.
15. «

    Эта женщина словно бирманская кошка, — писал он, — накормив, приютив и приласкав её, ты думаешь, что она будет помнить своего хозяина. На самом деле — всё наоборот. Глубину её вероломства трудно предсказать. Афифа забрала бы у меня всё, что я имею, если бы смогла уйти с этим.

    Эта женщина словно бирманская кошка, — писал он, — накормив, приютив и приласкав её, ты думаешь, что она будет помнить своего хозяина. На самом деле — всё наоборот. Глубину её вероломства трудно предсказать. Афифа забрала бы у меня всё, что я имею, если бы смогла уйти с этим.

    — Сирдар Икбал Али Шах · книга
16. «

    В глубине души я понимал, что все зависит от моей выносливости. Если я смогу просуществовать какое-то время за гранью здравого смысла, то, как мне виделось, была еще слабая надежда. Поэтому я решил, что остаюсь, чувствуя себя как одуревший от ударов боксер, которому для победы нужно просто сохранить вертикальное положение тела. «Главное выстоять, — размышлял я с надеждой. — Неприятности не могут длиться вечно, и тёмные дни сами собой канут в Лету».

    В глубине души я понимал, что все зависит от моей выносливости. Если я смогу просуществовать какое-то время за гранью здравого смысла, то, как мне виделось, была еще слабая надежда. Поэтому я решил, что остаюсь, чувствуя себя как одуревший от ударов боксер, которому для победы нужно просто сохранить вертикальное положение тела. «Главное выстоять, — размышлял я с надеждой. — Неприятности не могут длиться вечно, и тёмные дни сами собой канут в Лету».

    — Тахир Шах · книга
17. «

    Настоящий мужчина не станет волноваться о пожарах.

    Настоящий мужчина не станет волноваться о пожарах.
18. «

    Торговаться по-восточному я, увы, не умел. Мне следовало остаться, не торопясь выпить ещё чаю. А я вместо этого вскочил и побежал по лабиринту улочек, выкрикивая проклятия. Поступив так, я нарушил первое правило арабского мира — никогда не теряй самообладания.

    Торговаться по-восточному я, увы, не умел. Мне следовало остаться, не торопясь выпить ещё чаю. А я вместо этого вскочил и побежал по лабиринту улочек, выкрикивая проклятия. Поступив так, я нарушил первое правило арабского мира — никогда не теряй самообладания.
19. «

    Но в арабском мире нет занятия более почетного для мужчины, чем час за часом сидеть, глядя на улицу, цедя густой, как смола, café noir.

    Но в арабском мире нет занятия более почетного для мужчины, чем час за часом сидеть, глядя на улицу, цедя густой, как смола, café noir.
20. «

    Передо мной — чистый лист бумаги. На нем ничего не написано, совсем ничего нет. Эту бумагу только что произвели. Она новая. В ней заключена большая надежда. На ней может быть написано прекрасное стихотворение — что-нибудь вдохновенное, что-нибудь прекрасное. Или еще можно нарисовать замечательный рисунок, детское личико, например. Но величайшая трагедия заключена в том, что этот лист бумаги никогда не познает красоту. А почему? Да потому что в нем нет веры.

    Передо мной — чистый лист бумаги. На нем ничего не написано, совсем ничего нет. Эту бумагу только что произвели. Она новая. В ней заключена большая надежда. На ней может быть написано прекрасное стихотворение — что-нибудь вдохновенное, что-нибудь прекрасное. Или еще можно нарисовать замечательный рисунок, детское личико, например. Но величайшая трагедия заключена в том, что этот лист бумаги никогда не познает красоту. А почему? Да потому что в нем нет веры.