50 лучших цитат из книги «Теофиль Готье. Капитан Фракасс»

Ниже 50 цитат из книги «Теофиль Готье. Капитан Фракасс»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Что отталкивает мужа, может стать лакомым куском для любовника. Любовь носит на глазах повязку, а брак — нет.

   Что отталкивает мужа, может стать лакомым куском для любовника. Любовь носит на глазах повязку, а брак — нет.
2. «

   Ничто не отталкивает меня так, как чрезмерная доступность. Я не терплю крепостей, которые капитулируют, не дождавшись осады.

   Ничто не отталкивает меня так, как чрезмерная доступность. Я не терплю крепостей, которые капитулируют, не дождавшись осады.

   — Валломбрез · книга
3. «

   Что мне до злобных сплетен! Лишь бы я сама сохранила уважение к себе и сознание своей чистоты.

   Что мне до злобных сплетен! Лишь бы я сама сохранила уважение к себе и сознание своей чистоты.

   — Изабелла · книга
4. «

   По виду моего замка вам ясно, что я небогат, но причиной моей бедности — затраты предков на войну в защиту наших королей, и мне нечего стыдиться.

   По виду моего замка вам ясно, что я небогат, но причиной моей бедности — затраты предков на войну в защиту наших королей, и мне нечего стыдиться.

   — барон де Сигоньяк · книга
5. «

   Юность не может быть вполне несчастлива и даже самая безрадостная утешается грезами и надеждами.

   Юность не может быть вполне несчастлива и даже самая безрадостная утешается грезами и надеждами.
6. «

   Всякая мало-мальски гордая и возвышенная душа восстает против насилия.

   Всякая мало-мальски гордая и возвышенная душа восстает против насилия.

   — Изабелла · книга
7. «

   Мне столько раз приходилось отдавать свою руку в конце пьесы, что в действительной жизни я не спешу с этим.

   Мне столько раз приходилось отдавать свою руку в конце пьесы, что в действительной жизни я не спешу с этим.

   — Изабелла · книга
8. «

   Разве не должны вы угадывать мои желания прежде, чем я их выскажу, по одному только взгляду, по взмаху ресниц, и без дальних слов убивать всякого, кто придется мне не по вкусу?

   Разве не должны вы угадывать мои желания прежде, чем я их выскажу, по одному только взгляду, по взмаху ресниц, и без дальних слов убивать всякого, кто придется мне не по вкусу?

   — Валломбрез · книга
9. «

   Ему приятно было созерцать поля, кусты, леса, животных на воле — зрелище, которого он лишился с тех пор, как жил в городе, где только и видишь, что дома, грязные улицы, дымящиеся трубы — творения рук человеческих, а не божьих.

   Ему приятно было созерцать поля, кусты, леса, животных на воле — зрелище, которого он лишился с тех пор, как жил в городе, где только и видишь, что дома, грязные улицы, дымящиеся трубы — творения рук человеческих, а не божьих.
10. «

    Зовусь я Жакмен Лампурд, фехтовальщик, и принадлежу к почтенному сословию; никогда не унижал я себя ни ручным трудом, ни торговлей, ни промыслом.

    Зовусь я Жакмен Лампурд, фехтовальщик, и принадлежу к почтенному сословию; никогда не унижал я себя ни ручным трудом, ни торговлей, ни промыслом.

    — Жакмен Лампурд · книга
11. «

    Его красноречие хотя и страдало некоторым преувеличением и азиатской гиперболичностью, однако было вполне искренним.

    Его красноречие хотя и страдало некоторым преувеличением и азиатской гиперболичностью, однако было вполне искренним.
12. «

    Любовь не участвовала в заключении этого союза. Основанием его послужила одинаковая знатность рода и соседство земельных угодий.

    Любовь не участвовала в заключении этого союза. Основанием его послужила одинаковая знатность рода и соседство земельных угодий.
13. «

    После грозы птенец всегда возвращается в родное гнездо, будь оно хоть из хворостинок или прелой соломы.

    После грозы птенец всегда возвращается в родное гнездо, будь оно хоть из хворостинок или прелой соломы.
14. «

    По бокам залы из еловых досок были сколочены подобия лож, а середину занимал партер со стоячими местами для небогатых горожан, лавочников, судейских писцов, подмастерьев, школяров, лакеев и прочего сброда.

    По бокам залы из еловых досок были сколочены подобия лож, а середину занимал партер со стоячими местами для небогатых горожан, лавочников, судейских писцов, подмастерьев, школяров, лакеев и прочего сброда.
15. «

    Сознание бессилия, сопутствующего бедности, согнало улыбку с его лица и стерло со щек бархатистый пушок юности.

    Сознание бессилия, сопутствующего бедности, согнало улыбку с его лица и стерло со щек бархатистый пушок юности.
16. «

    Моя победа погубила меня, надолго, если не навсегда. Таков уж мой особый удел — успех меня сокрушает и, вместо того чтобы поправить мои дела, окончательно их расстраивает.

    Моя победа погубила меня, надолго, если не навсегда. Таков уж мой особый удел — успех меня сокрушает и, вместо того чтобы поправить мои дела, окончательно их расстраивает.

    — барон де Сигоньяк · книга
17. «

    В вопросах чести он был непримирим, как испанский идальго, и скорее согласился бы претерпеть тысячу смертей, нежели допустить малейшее непочтение к его возлюбленной.

    В вопросах чести он был непримирим, как испанский идальго, и скорее согласился бы претерпеть тысячу смертей, нежели допустить малейшее непочтение к его возлюбленной.
18. «

    К черту герцогинь и куртизанок, горожанок и пастушек! Где женщины — там докука, обман и нудная канитель.

    К черту герцогинь и куртизанок, горожанок и пастушек! Где женщины — там докука, обман и нудная канитель.

    — Орест · книга
19. «

    Притворная стыдливость служит пряной приправой к изощренной распущенности; не обманываясь на этот счет, сластолюбец смакует всю пикантность лицемерной игры.

    Притворная стыдливость служит пряной приправой к изощренной распущенности; не обманываясь на этот счет, сластолюбец смакует всю пикантность лицемерной игры.
20. «

    Он принадлежал к той вымирающей породе старых слуг, которые пекутся о благополучии господ бодьше, нежели о своем собственном, корят их за неразумные траты и в трудную годину приносят свои скудные сбережения, чтобы поддержать семью, кормившую их во времена процветания.

    Он принадлежал к той вымирающей породе старых слуг, которые пекутся о благополучии господ бодьше, нежели о своем собственном, корят их за неразумные траты и в трудную годину приносят свои скудные сбережения, чтобы поддержать семью, кормившую их во времена процветания.