33 цитаты из книги «Терри Пратчетт. Ноги из глины» на каждый день

Ниже 33 цитаты из книги «Терри Пратчетт. Ноги из глины»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Если хочешь достичь успеха в криминальном мире, надо иметь репутацию честного человека...

   Если хочешь достичь успеха в криминальном мире, надо иметь репутацию честного человека...
2. «

   Даже у самых образованных людей в голове найдется уголок, на стенке которого написано: «Короли. Какая отличная идея». Тот, кто создавал людей, кем бы он ни был, допустил в своих разработках одну большую ошибку. Люди так и норовят встать на колени.

   Даже у самых образованных людей в голове найдется уголок, на стенке которого написано: «Короли. Какая отличная идея». Тот, кто создавал людей, кем бы он ни был, допустил в своих разработках одну большую ошибку. Люди так и норовят встать на колени.
3. «

   Когда обычный, человеческий доктор после долгих кровопускательных процедур вдруг обнаруживает, что его пациент наконец не выдержал и скончался, он разводит руками и говорит: «Ну что поделать, на все воля божья, с вас тридцать долларов». И спокойненько себе уходит.

   Когда обычный, человеческий доктор после долгих кровопускательных процедур вдруг обнаруживает, что его пациент наконец не выдержал и скончался, он разводит руками и говорит: «Ну что поделать, на все воля божья, с вас тридцать долларов». И спокойненько себе уходит.
4. «

   В Анк-Морпорке не было законов, касающихся санитарных норм. С тем же успехом можно было пытаться установить детекторы дыма в преисподней.

   В Анк-Морпорке не было законов, касающихся санитарных норм. С тем же успехом можно было пытаться установить детекторы дыма в преисподней.
5. «

   Он сказал людям: «Вы свободны». И они крикнули «Ура!», и он показал им, чего стоит свобода, и его назвали тираном, а когда Камнелица предали, его бывшие верные соратники носились кругами и кудахтали, как перепуганные куры, в первый раз увидевшие огромный мир, что ждал их снаружи. И они кинулись обратно в курятник и захлопнули дверь.

   Он сказал людям: «Вы свободны». И они крикнули «Ура!», и он показал им, чего стоит свобода, и его назвали тираном, а когда Камнелица предали, его бывшие верные соратники носились кругами и кудахтали, как перепуганные куры, в первый раз увидевшие огромный мир, что ждал их снаружи. И они кинулись обратно в курятник и захлопнули дверь.
6. «

   На макушке вроде бы редеет. Похоже, проглядывается кожа. Да, определённо. Что ж, меньше работы для расчёски, с одной стороны, но больше лица для умывания — с другой.

   На макушке вроде бы редеет. Похоже, проглядывается кожа. Да, определённо. Что ж, меньше работы для расчёски, с одной стороны, но больше лица для умывания — с другой.

   — Самюэль Ваймс · книга
7. «

   Если кто-то относится к представителям видового меньшинства, это вовсе не значит, что он не может быть мелким, тупоголовым, зловредным засранцем.

   Если кто-то относится к представителям видового меньшинства, это вовсе не значит, что он не может быть мелким, тупоголовым, зловредным засранцем.

   — Сэмюэль Ваймс · книга
8. «

   Все музейные подсобные помещения, как правило, битком набиты всяким ненужным хламом, а также экспонатами с сомнительным происхождением, такими, к примеру, как монеты с надписью «52-й год до Рождества Христова».

   Все музейные подсобные помещения, как правило, битком набиты всяким ненужным хламом, а также экспонатами с сомнительным происхождением, такими, к примеру, как монеты с надписью «52-й год до Рождества Христова».
9. «

   — Работа Стражника – Лучшая Работа Для Того, Кто Любит Свободу. Закон – Слуга Свободы. Свобода Без Всяких Ограничений – Пустой Звук, – веско изрек Дорфл.

   — Работа Стражника – Лучшая Работа Для Того, Кто Любит Свободу. Закон – Слуга Свободы. Свобода Без Всяких Ограничений – Пустой Звук, – веско изрек Дорфл.

   — Дорфл · книга
10. «

    Особенно хорошо у Детрита получалось вести допросы подозреваемых. У него было три основных вопроса. Первый — прямой («Это ты сделал?»), второй — настаивающий («Ты уверен, что это сделал не ты?») и третий — с подковыркой («Это ведь ты сделал, правда?»). Хотя это были не самые искусные в мире вопросы, талант Детрита состоял в том, что сержант задавал эти вопросы на протяжении нескольких часов, пока не получал желаемый ответ, обычно что-то типа: «Да! Да! Это я сделал! Я! А теперь скажите, что именно я сделал?!».

    Особенно хорошо у Детрита получалось вести допросы подозреваемых. У него было три основных вопроса. Первый — прямой («Это ты сделал?»), второй — настаивающий («Ты уверен, что это сделал не ты?») и третий — с подковыркой («Это ведь ты сделал, правда?»). Хотя это были не самые искусные в мире вопросы, талант Детрита состоял в том, что сержант задавал эти вопросы на протяжении нескольких часов, пока не получал желаемый ответ, обычно что-то типа: «Да! Да! Это я сделал! Я! А теперь скажите, что именно я сделал?!».
11. «

    В самом конце Ничегоподобной улицы стояла виселица, на которой некогда вешали преступников — по крайней мере, тех людей, что были признаны преступниками... Бывало, родители приводили сюда детишек для наглядной демонстрации той судьбы, что ожидает лиходеев, душегубов и всех тех, кто оказался в неправильное время в неправильном месте. Детишки, увидев отвратительные, висящие на цепях останки и выслушав строгое внушение, тут же (напомним, дело происходило в Анк-Морпорке) с воплями: «Ух ты! Вот клёво!» — бежали покачаться на трупах.

    В самом конце Ничегоподобной улицы стояла виселица, на которой некогда вешали преступников — по крайней мере, тех людей, что были признаны преступниками... Бывало, родители приводили сюда детишек для наглядной демонстрации той судьбы, что ожидает лиходеев, душегубов и всех тех, кто оказался в неправильное время в неправильном месте. Детишки, увидев отвратительные, висящие на цепях останки и выслушав строгое внушение, тут же (напомним, дело происходило в Анк-Морпорке) с воплями: «Ух ты! Вот клёво!» — бежали покачаться на трупах.
12. «

    Что бы ни говорили о Витинари, он подарил людям уверенность в завтрашнем дне. Если вам перерезали горло в вашей же собственной постели, вы могли не сомневаться: это были не случайные негодяи-налётчики, а чётко спланированное убийство, и соответствующие инстанции в курсе.

    Что бы ни говорили о Витинари, он подарил людям уверенность в завтрашнем дне. Если вам перерезали горло в вашей же собственной постели, вы могли не сомневаться: это были не случайные негодяи-налётчики, а чётко спланированное убийство, и соответствующие инстанции в курсе.
13. «

    Так происходит ВСЯКИЙ РАЗ, когда полиция гонится за кем-нибудь. Тяжело нагруженный грузовик ВСЕГДА выскочит из-за угла прямо перед преследователем. Если транспортные средства не вовлекаются, то появится человек с тюком одежды. Или два человека, несущие огромное стекло. Возможно, за всем этим стоит какое-то тайное общество.

    Так происходит ВСЯКИЙ РАЗ, когда полиция гонится за кем-нибудь. Тяжело нагруженный грузовик ВСЕГДА выскочит из-за угла прямо перед преследователем. Если транспортные средства не вовлекаются, то появится человек с тюком одежды. Или два человека, несущие огромное стекло. Возможно, за всем этим стоит какое-то тайное общество.
14. «

    У сворованных вещей есть один дурацкий недостаток: на месте преступления их не обнаружишь.

    У сворованных вещей есть один дурацкий недостаток: на месте преступления их не обнаружишь.
15. «

    — Я Хочу У Вас Кое-Что Спросить, – продолжил голем. — Да? — Я Разбил Жернов, Но Големы Его Починили. Почему? И Я Отпустил Животных, Но Они Просто Глупо Слонялись По Улицам. Кто-то Даже Вернулся На Бойню. Почему? — Добро пожаловать в реальный мир, констебль Дорфл. — Свобода – Это Так Страшно? — Еще как. — Если Сказать Людям «Сбросьте Свои Цепи», Они Сами Скуют Новые? — По сути, люди только этим и заняты.

    — Я Хочу У Вас Кое-Что Спросить, – продолжил голем. — Да? — Я Разбил Жернов, Но Големы Его Починили. Почему? И Я Отпустил Животных, Но Они Просто Глупо Слонялись По Улицам. Кто-то Даже Вернулся На Бойню. Почему? — Добро пожаловать в реальный мир, констебль Дорфл. — Свобода – Это Так Страшно? — Еще как. — Если Сказать Людям «Сбросьте Свои Цепи», Они Сами Скуют Новые? — По сути, люди только этим и заняты.

    — Дорфл · книга
16. «

    Констебль Водослей смотрел в туман. Смотреть он умел отлично – почти так же хорошо, как сидеть на одном месте. А еще он был настоящим мастером в том, чтобы не издавать ни звука. Молчаливость была среди его самых сильных качеств. Когда дело доходило до ничегонеделанья, его тоже было трудно превзойти. Но способность замирать и не шевелиться оставалась его главным достоинством. Если бы его позвали на мировое первенство по неподвижности, он бы даже не шелохнулся.

    Констебль Водослей смотрел в туман. Смотреть он умел отлично – почти так же хорошо, как сидеть на одном месте. А еще он был настоящим мастером в том, чтобы не издавать ни звука. Молчаливость была среди его самых сильных качеств. Когда дело доходило до ничегонеделанья, его тоже было трудно превзойти. Но способность замирать и не шевелиться оставалась его главным достоинством. Если бы его позвали на мировое первенство по неподвижности, он бы даже не шелохнулся.

    — Водослей · книга
17. «

    Некоторые опыты, проводимые новичками, давали поистине ВЗРЫВНОЙ результат, после чего приходилось ремонтировать очередную лабораторию, перед этим сыграв в увлекательнейшую игру под названием «Найди вторую почку».

    Некоторые опыты, проводимые новичками, давали поистине ВЗРЫВНОЙ результат, после чего приходилось ремонтировать очередную лабораторию, перед этим сыграв в увлекательнейшую игру под названием «Найди вторую почку».
18. «

    Детрит был довольно хорош, когда надо было задавать вопросы. У него было три основных вида вопроса. Первый — прямой (Вы сделали это?), второй — настаивающий (А Вы уверены, что не Вы сделали это?) и третий — хитрый (Вы сделали это, не так ли?). Хотя это были не самые искусные в мире вопросы, талант Детрита был в том, что он задавал эти вопросы на протяжении нескольких часов, пока не получал правильный ответ, обычно что-то типа: «Да! Да! Я сделал это! Я сделал это! Теперь, пожалуйста, скажите, что я сделал?!»

    Детрит был довольно хорош, когда надо было задавать вопросы. У него было три основных вида вопроса. Первый — прямой (Вы сделали это?), второй — настаивающий (А Вы уверены, что не Вы сделали это?) и третий — хитрый (Вы сделали это, не так ли?). Хотя это были не самые искусные в мире вопросы, талант Детрита был в том, что он задавал эти вопросы на протяжении нескольких часов, пока не получал правильный ответ, обычно что-то типа: «Да! Да! Я сделал это! Я сделал это! Теперь, пожалуйста, скажите, что я сделал?!»
19. «

    Придется научиться отличать правое от левого. И правое от неправого тоже.

    Придется научиться отличать правое от левого. И правое от неправого тоже.
20. «

    — Атеизм это тоже религиозная позиция, — прогромыхал Дорфл. — А вот и нет! — воскликнул констебль Посети. — Атеизм — это ОТРИЦАНИЕ богов. — Следовательно, это религиозная позиция, — заключил Дорфл. — Ведь настоящий атеист постоянно думает о Богах, пусть даже отрицая их. Поэтому атеизм является формой веры. Ведь если бы атеист действительно не верил в Богов, ему было бы все равно, существуют они или нет.

    — Атеизм это тоже религиозная позиция, — прогромыхал Дорфл. — А вот и нет! — воскликнул констебль Посети. — Атеизм — это ОТРИЦАНИЕ богов. — Следовательно, это религиозная позиция, — заключил Дорфл. — Ведь настоящий атеист постоянно думает о Богах, пусть даже отрицая их. Поэтому атеизм является формой веры. Ведь если бы атеист действительно не верил в Богов, ему было бы все равно, существуют они или нет.

    — Дорфл · книга