21 цитата из книги «Том Стоппард. Розенкранц и Гильденстерн мертвы» без воды

21 цитата из книги «Том Стоппард. Розенкранц и Гильденстерн мертвы» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Человек, разговаривающий сам с собой, но со смыслом, не более безумен, чем человек, разговаривающий с другими, но несущий околесицу.

   Человек, разговаривающий сам с собой, но со смыслом, не более безумен, чем человек, разговаривающий с другими, но несущий околесицу.

   — Гильденстерн · книга
2. «

   – Мой досточтимый лорд! – Да, мой друг! – Как поживаете? – Помешался. – Действительно? Каким образом? – Я изменился. – Внутри или снаружи? – И – и. – Понятно. (Пауза.) Не так уж ново.

   – Мой досточтимый лорд! – Да, мой друг! – Как поживаете? – Помешался. – Действительно? Каким образом? – Я изменился. – Внутри или снаружи? – И – и. – Понятно. (Пауза.) Не так уж ново.

   — Розенкранц · книга
3. «

   Художником можно стать двумя способами. Первый: делать то, что все считают искусством. Второй: заставить всех считать искусством то, что делаешь ты.

   Художником можно стать двумя способами. Первый: делать то, что все считают искусством. Второй: заставить всех считать искусством то, что делаешь ты.
4. «

   – Может, поиграем в вопросы? – А что это даст? – Практику! – Не вопрос! Один – ноль. – Свинство. – Почему? – Я же ещё не начал. – Не вопрос. Два – ноль. – А это считается? – Что? – Это считается? – Очко. За повторение. Три – ноль. Кон.

   – Может, поиграем в вопросы? – А что это даст? – Практику! – Не вопрос! Один – ноль. – Свинство. – Почему? – Я же ещё не начал. – Не вопрос. Два – ноль. – А это считается? – Что? – Это считается? – Очко. За повторение. Три – ноль. Кон.

   — Розенкранц · книга
5. «

   Жизнь – игра азартная, с ничтожными шансами. Будь она пари, никто б не принял.

   Жизнь – игра азартная, с ничтожными шансами. Будь она пари, никто б не принял.

   — Актер · книга
6. «

   Умирание не романтично, и смерть — это не игра, которая скоро кончится... Смерть — это не то что... Смерть — это не... Это отсутствие присутствия... Ничего больше... Бесконечное время, в течение которого нельзя вернуться... Это дверь в пустоту... которой не видишь... и когда там поднимается ветер, он не производит шума.

   Умирание не романтично, и смерть — это не игра, которая скоро кончится... Смерть — это не то что... Смерть — это не... Это отсутствие присутствия... Ничего больше... Бесконечное время, в течение которого нельзя вернуться... Это дверь в пустоту... которой не видишь... и когда там поднимается ветер, он не производит шума.
7. «

   – Правильно. Человек должен думать о будущем. – Следовало бы. – Иметь будущее. В конце концов, человек его всегда имеет... сейчас... и сейчас... и сейчас...

   – Правильно. Человек должен думать о будущем. – Следовало бы. – Иметь будущее. В конце концов, человек его всегда имеет... сейчас... и сейчас... и сейчас...

   — Розенкранц · книга
8. «

   За пригоршню монет могу устроить частное и, так сказать, непочатое представление. Похищение сабинянок — точней, сабиняночки — точнее, Альфреда. (через плечо) Надень свое платье, Альфред!

   За пригоршню монет могу устроить частное и, так сказать, непочатое представление. Похищение сабинянок — точней, сабиняночки — точнее, Альфреда. (через плечо) Надень свое платье, Альфред!

   — Актер · книга
9. «

   Где тот момент, когда человек впервые узнает о смерти? Должен же он где-то быть, этот момент, а? В детстве, наверно, когда ему впервые приходит в голову, что он не будет жить вечно. Это должно бы было быть потрясающе – надо порыться в памяти. И всё же – не помню. Наверно, это никогда меня не заботило. Что из этого следует? Что мы, должно быть, рождаемся с предчувствием смерти. Прежде чем узнаем это слово, прежде чем узнаем, что существуют вообще слова, являясь на свет, окровавленные и визжащие, мы уже знаем, что для всех компасов на свете есть только одно направление, и время – мера его.

   Где тот момент, когда человек впервые узнает о смерти? Должен же он где-то быть, этот момент, а? В детстве, наверно, когда ему впервые приходит в голову, что он не будет жить вечно. Это должно бы было быть потрясающе – надо порыться в памяти. И всё же – не помню. Наверно, это никогда меня не заботило. Что из этого следует? Что мы, должно быть, рождаемся с предчувствием смерти. Прежде чем узнаем это слово, прежде чем узнаем, что существуют вообще слова, являясь на свет, окровавленные и визжащие, мы уже знаем, что для всех компасов на свете есть только одно направление, и время – мера его.

   — Розенкранц · книга
10. «

    – Так это был шанс? – То есть? – Когда встретили нас. – А, да. – Вы нас искали? – Что вы! – Тогда шанс. – Или судьба. – Наша или ваша? – Редко бывает одно без другого, сэр.

    – Так это был шанс? – То есть? – Когда встретили нас. – А, да. – Вы нас искали? – Что вы! – Тогда шанс. – Или судьба. – Наша или ваша? – Редко бывает одно без другого, сэр.

    — Актер · книга
11. «

    – Нас только двое. Разве это достаточно? – В качестве публики – плачевно. В качестве ценителей – идеально.

    – Нас только двое. Разве это достаточно? – В качестве публики – плачевно. В качестве ценителей – идеально.

    — Актер · книга
12. «

    Вы не понимаете этого унижения – быть лишённым единственной вещи, которая делает эту жизнь выносимой, – сознания, что кто-то смотрит...

    Вы не понимаете этого унижения – быть лишённым единственной вещи, которая делает эту жизнь выносимой, – сознания, что кто-то смотрит...

    — Актер · книга
13. «

    Перестань ковырять в носу. Королевы совершают это… умственным путём…

    Перестань ковырять в носу. Королевы совершают это… умственным путём…
14. «

    Каждый твой поступок, пусть ничтожный, порождает другой, неизвестно где, неизвестно чей, а тот – третий и так далее, замкнутый круг. Так что смотри в оба и навостри уши. Будь осторожен и следуй инструкциям. И всё будет в порядке.

    Каждый твой поступок, пусть ничтожный, порождает другой, неизвестно где, неизвестно чей, а тот – третий и так далее, замкнутый круг. Так что смотри в оба и навостри уши. Будь осторожен и следуй инструкциям. И всё будет в порядке.

    — Розенкранц · книга
15. «

    Это две стороны одной монеты. Или одна сторона — двух, поскольку нас тут так много.

    Это две стороны одной монеты. Или одна сторона — двух, поскольку нас тут так много.

    — Актер · книга
16. «

    Мы сжигаем мосты, по которым сюда мчимся, не имея других доказательств своего движения, кроме воспоминаний о запахе дыма и предположения, что он вызывал слёзы.

    Мы сжигаем мосты, по которым сюда мчимся, не имея других доказательств своего движения, кроме воспоминаний о запахе дыма и предположения, что он вызывал слёзы.

    — Гильденстерн · книга
17. «

    – То есть я имею в виду – что именно вы делаете? – Обычные вещи, сэр, только наизнанку. Представляем на сцене то, что происходит вне её. В чём есть некий род единства – если смотреть на всякий выход как на вход куда-то.

    – То есть я имею в виду – что именно вы делаете? – Обычные вещи, сэр, только наизнанку. Представляем на сцене то, что происходит вне её. В чём есть некий род единства – если смотреть на всякий выход как на вход куда-то.

    — Актер · книга
18. «

    Ну, одни считают, что мы для вас, другие, что вы для нас. Это две стороны одной монеты.

    Ну, одни считают, что мы для вас, другие, что вы для нас. Это две стороны одной монеты.

    — Актер · книга
19. «

    – В чём вы специализируетесь? – Трагедии, сэр. Убийства и разоблачения, общие и частные, развязки как внезапные, так и неумолимые, мелодрамы с переодеванием на всех уровнях, включая философский. Мы вводим вас в мир интриги и иллюзии... клоуны, если угодно, убийцы – мы можем вам представить духов и битвы, поединки, героев и негодяев, страдающих любовников – можно в стихах; рапиры, вампиры или то и другое вместе, во всех смыслах, неверных жен и насилуемых девственниц – за натурализм надбавка, – впрочем, это уже относится к реализму, для которого существуют свои расценки. Что-то я разогнался, а?

    – В чём вы специализируетесь? – Трагедии, сэр. Убийства и разоблачения, общие и частные, развязки как внезапные, так и неумолимые, мелодрамы с переодеванием на всех уровнях, включая философский. Мы вводим вас в мир интриги и иллюзии... клоуны, если угодно, убийцы – мы можем вам представить духов и битвы, поединки, героев и негодяев, страдающих любовников – можно в стихах; рапиры, вампиры или то и другое вместе, во всех смыслах, неверных жен и насилуемых девственниц – за натурализм надбавка, – впрочем, это уже относится к реализму, для которого существуют свои расценки. Что-то я разогнался, а?

    — Актер · книга
20. «

    Когда кто-то берёт тебя за руку и ведёт как ребёнка – хоть ты давно уже потерял невинность, – это словно тебя вознаграждают, словно получаешь добавочную порцию детства, – и как раз тогда, когда меньше всего ожидаешь, – словно приз за хорошее поведение – или за то, что вообще не имел детства...

    Когда кто-то берёт тебя за руку и ведёт как ребёнка – хоть ты давно уже потерял невинность, – это словно тебя вознаграждают, словно получаешь добавочную порцию детства, – и как раз тогда, когда меньше всего ожидаешь, – словно приз за хорошее поведение – или за то, что вообще не имел детства...

    — Гильденстерн · книга