22 цитаты из книги «Трумен Капоте. Завтрак у Тиффани» для размышлений

22 цитаты из книги «Трумен Капоте. Завтрак у Тиффани» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Лучше глядеть в небо, чем жить там. До чего же пустое место, и такое пасмурное. Просто край, где гремит гром и всё на свете пропадает.

   Лучше глядеть в небо, чем жить там. До чего же пустое место, и такое пасмурное. Просто край, где гремит гром и всё на свете пропадает.

   — Холли Голайтли · книга
2. «

   Всякому приятно чувствовать свое превосходство. Но неплохо бы для этого иметь хоть какие-нибудь основания.

   Всякому приятно чувствовать свое превосходство. Но неплохо бы для этого иметь хоть какие-нибудь основания.
3. «

   Так и не узнаешь, что твоё, пока не потеряешь...

   Так и не узнаешь, что твоё, пока не потеряешь...

   — Холли Голайтли · книга
4. «

   Отдаёт дерьмом. Но божественно.

   Отдаёт дерьмом. Но божественно.

   — Холли Голайтли · книга
5. «

   По моей переписи он гражданин преисподней.

   По моей переписи он гражданин преисподней.
6. «

   Она олицетворяла победу над уродством – явление, порою более занимательное, чем настоящая красота, потому хотя бы, что в нем есть неожиданность. Здесь фокус заключался не в том, что она следила за собой или одевалась со вкусом, а в подчеркивании собственных изъянов – открыто их признавая, она превращала недостатки в достоинства.

   Она олицетворяла победу над уродством – явление, порою более занимательное, чем настоящая красота, потому хотя бы, что в нем есть неожиданность. Здесь фокус заключался не в том, что она следила за собой или одевалась со вкусом, а в подчеркивании собственных изъянов – открыто их признавая, она превращала недостатки в достоинства.
7. «

   – Нет, и вовсе я не холодная к-к-котлетка. Я человек с горячим сердцем. Это во мне главное. – Прекрасно. Горячее сердце! Но если бы я была мужчиной, я предпочла бы грелку. Это гораздо осязательнее.

   – Нет, и вовсе я не холодная к-к-котлетка. Я человек с горячим сердцем. Это во мне главное. – Прекрасно. Горячее сердце! Но если бы я была мужчиной, я предпочла бы грелку. Это гораздо осязательнее.

   — Холли Голайтли · книга
8. «

   — Ко всему привыкаешь... — Я – нет. Я никогда ни к чему не привыкаю. А кто привыкает, тому спокойно можно умирать.

   — Ко всему привыкаешь... — Я – нет. Я никогда ни к чему не привыкаю. А кто привыкает, тому спокойно можно умирать.

   — Холли Голайтли · книга
9. «

   На любовь не должно быть запрета.

   На любовь не должно быть запрета.
10. «

    — Слушай, бывают у тебя дни, когда ты на стенку лезешь? — Тоска, что ли? — Нет, – сказала она медленно. – Тоска бывает, когда ты толстеешь или когда слишком долго идёт дождь. Ты грустный – и всё. А когда на стенку лезешь – это значит, что ты уже дошёл. Тебе страшно, ты весь в поту от страха, а чего боишься – сам не знаешь. Боишься, что произойдет что-то ужасное, но не знаешь, что именно.

    — Слушай, бывают у тебя дни, когда ты на стенку лезешь? — Тоска, что ли? — Нет, – сказала она медленно. – Тоска бывает, когда ты толстеешь или когда слишком долго идёт дождь. Ты грустный – и всё. А когда на стенку лезешь – это значит, что ты уже дошёл. Тебе страшно, ты весь в поту от страха, а чего боишься – сам не знаешь. Боишься, что произойдет что-то ужасное, но не знаешь, что именно.
11. «

    ... Богатство лишает человека чувства меры.

    ... Богатство лишает человека чувства меры.
12. «

    Это банально, но суть вот в чём: тебе тогда будет хорошо, когда ты сам будешь хорошим. Хорошим? Вернее сказать, честным. Не по уголовному кодексу честным — я могилу могу ограбить, медяки с глаз у мёртвого снять, если деньги нужны, чтобы скрасить жизнь, — перед собой нужно быть честным. Можно кем угодно быть, только не трусом, не притворщиком, не лицемером, не шлюхой — лучше рак, чем нечестное сердце. И это не ханжество. Простая практичность. От рака можно умереть, а с этим вообще жить нельзя.

    Это банально, но суть вот в чём: тебе тогда будет хорошо, когда ты сам будешь хорошим. Хорошим? Вернее сказать, честным. Не по уголовному кодексу честным — я могилу могу ограбить, медяки с глаз у мёртвого снять, если деньги нужны, чтобы скрасить жизнь, — перед собой нужно быть честным. Можно кем угодно быть, только не трусом, не притворщиком, не лицемером, не шлюхой — лучше рак, чем нечестное сердце. И это не ханжество. Простая практичность. От рака можно умереть, а с этим вообще жить нельзя.

    — Холли Голайтли · книга
13. «

    Мы просто встретились однажды у реки — и всё. Мы чужие. Мы ничего друг другу не обещали. Мы никогда... О Господи Иисусе! Какие же мы чужие? Он был мой.

    Мы просто встретились однажды у реки — и всё. Мы чужие. Мы ничего друг другу не обещали. Мы никогда... О Господи Иисусе! Какие же мы чужие? Он был мой.

    — Холли Голайтли · книга
14. «

    ... мы стали понимать друг друга так глубоко, что могли обходиться почти без слов; в наших отношениях царил тот ласковый покой, который приходит на смену нервному желанию утвердить себя, напряжённой болтовне, когда дружба скорей поверхностна, хотя кажется более горячей.

    ... мы стали понимать друг друга так глубоко, что могли обходиться почти без слов; в наших отношениях царил тот ласковый покой, который приходит на смену нервному желанию утвердить себя, напряжённой болтовне, когда дружба скорей поверхностна, хотя кажется более горячей.
15. «

    Но это дешевка — носить бриллианты, пока тебе нет сорока. И даже в сорок рисковано. По-настоящему они выглядят только на старухах.

    Но это дешевка — носить бриллианты, пока тебе нет сорока. И даже в сорок рисковано. По-настоящему они выглядят только на старухах.

    — Холли Голайтли · книга
16. «

    Она рассказывала и о своем, но уклончиво, без имен, без названий, и впечатление от ее рассказов получалось смутное, хотя она со сладострастием описывала лето, купанье, рождественскую елку, хорошеньких кузин, вечеринки — словом, счастье, которого не было да и не могло быть у ребенка, сбежавшего из дому.

    Она рассказывала и о своем, но уклончиво, без имен, без названий, и впечатление от ее рассказов получалось смутное, хотя она со сладострастием описывала лето, купанье, рождественскую елку, хорошеньких кузин, вечеринки — словом, счастье, которого не было да и не могло быть у ребенка, сбежавшего из дому.
17. «

    Я ведь точно знала, что не стану звездой. Это слишком трудно, а если у тебя есть мозги, то еще и противно. Комплекса неполноценности мне не хватает; это только думают, что у звезды должно быть большое, жирное «Я», а на самом деле как раз этого ей и не положено. Не думай, что я не хочу разбогатеть или стать знаменитой. Это очень даже входит в мои планы, когда-нибудь, даст бог, я до этого дорвусь, но только пусть мое «Я» останется при мне.

    Я ведь точно знала, что не стану звездой. Это слишком трудно, а если у тебя есть мозги, то еще и противно. Комплекса неполноценности мне не хватает; это только думают, что у звезды должно быть большое, жирное «Я», а на самом деле как раз этого ей и не положено. Не думай, что я не хочу разбогатеть или стать знаменитой. Это очень даже входит в мои планы, когда-нибудь, даст бог, я до этого дорвусь, но только пусть мое «Я» останется при мне.

    — Холли Голайтли · книга
18. «

    Когда она научилась делать вид, будто знает французский, ей стало легче делать вид, будто она знает английский.

    Когда она научилась делать вид, будто знает французский, ей стало легче делать вид, будто она знает английский.
19. «

    Я хочу быть собой, когда в одно прекрасное утро проснусь и пойду завтракать к Тиффани.

    Я хочу быть собой, когда в одно прекрасное утро проснусь и пойду завтракать к Тиффани.

    — Холли Голайтли · книга
20. «

    – Мисс Голайтли! Я должен протестовать! – Миленький, простите! Я опять потеряла этот дурацкий ключ. – Пожалуйста, не надо звонить в мой звонок. Пожалуйста, сделайте себе ключ! – А что толку? Я их все время теряю.

    – Мисс Голайтли! Я должен протестовать! – Миленький, простите! Я опять потеряла этот дурацкий ключ. – Пожалуйста, не надо звонить в мой звонок. Пожалуйста, сделайте себе ключ! – А что толку? Я их все время теряю.

    — Холли Голайтли · книга