29 фраз из книги «Тысяча и одна ночь» для дневника

Собрали 29 цитат из книги «Тысяча и одна ночь» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   О сынок, — ответила ему мать, — твои друзья не твои друзья, твои друзья — друзья чаши, кубка и бутыли.

   О сынок, — ответила ему мать, — твои друзья не твои друзья, твои друзья — друзья чаши, кубка и бутыли.
2. «

   Отныне ты будешь знать, какова ценность дирхема, и станешь беречь его: бедность чернит лицо бедняка в глазах людей, и родные отрекаются от родства с ним, ибо он беден, и все им тяготятся; никто не терпит близости с ним, и людям противно его видеть. Такова-то участь бедняка, дитя мое!

   Отныне ты будешь знать, какова ценность дирхема, и станешь беречь его: бедность чернит лицо бедняка в глазах людей, и родные отрекаются от родства с ним, ибо он беден, и все им тяготятся; никто не терпит близости с ним, и людям противно его видеть. Такова-то участь бедняка, дитя мое!
3. «

   Не должно никому следовать мнению женщин, — кто последует их мнению, потеряет с каждым своим дирхемом еще два дирхема.

   Не должно никому следовать мнению женщин, — кто последует их мнению, потеряет с каждым своим дирхемом еще два дирхема.

   — Хосру · книга
4. «

   О мастер, общение с женщинами требует долготерпения, и тот, кто их любит, должен быть великодушным, так как женщины сварливы с мужчинами и обижают их, ибо они превозносятся над ними красотой и прелестью и считают себя великими, а мужчин ничтожными, в особенности если они видят от своих мужей любовь — тогда они отвечают на нее высокомерием, чванством и дурными делами со всех сторон.

   О мастер, общение с женщинами требует долготерпения, и тот, кто их любит, должен быть великодушным, так как женщины сварливы с мужчинами и обижают их, ибо они превозносятся над ними красотой и прелестью и считают себя великими, а мужчин ничтожными, в особенности если они видят от своих мужей любовь — тогда они отвечают на нее высокомерием, чванством и дурными делами со всех сторон.

   — Абд ар-Рахман · книга
5. «

   Спасайся скорее, пока ты с бедой не знаком, И пусть о хозяине плачет отеческий дом! В другой стороне мы другое построим жилище, А душу другую, увы, никогда не найдем.

   Спасайся скорее, пока ты с бедой не знаком, И пусть о хозяине плачет отеческий дом! В другой стороне мы другое построим жилище, А душу другую, увы, никогда не найдем.

   — Алам ад-Дин · книга
6. «

   Для всего есть хитрость, кроме смерти, — все можно исправить, кроме испорченной сущности, и все можно отразить, кроме судьбы.

   Для всего есть хитрость, кроме смерти, — все можно исправить, кроме испорченной сущности, и все можно отразить, кроме судьбы.
7. «

   Два дирхема покажи людям корыстолюбивым — И немедля среди них прослывешь красноречивым; Слово каждое твое ближними цениться будет; Видел я, как богатей ходит шагом горделивым. А когда деньжонок нет, нечем нищему гордиться; Очень скоро прослывешь ты бродягой нерадивым. В каждом слове богача люди высший смысл находят; Даже если лжет богач, он считается правдивым. А соседу-бедняку никогда не верят люди; Правду говорит бедняк и слывет при этом лживым. Я не ведаю страны, где бы деньги не царили; Кто при деньгах, тот велик, тот считается красивым. Безотказным языком и оружием надежным Деньги служат богачам, величавым и спесивым.

   Два дирхема покажи людям корыстолюбивым — И немедля среди них прослывешь красноречивым; Слово каждое твое ближними цениться будет; Видел я, как богатей ходит шагом горделивым. А когда деньжонок нет, нечем нищему гордиться; Очень скоро прослывешь ты бродягой нерадивым. В каждом слове богача люди высший смысл находят; Даже если лжет богач, он считается правдивым. А соседу-бедняку никогда не верят люди; Правду говорит бедняк и слывет при этом лживым. Я не ведаю страны, где бы деньги не царили; Кто при деньгах, тот велик, тот считается красивым. Безотказным языком и оружием надежным Деньги служат богачам, величавым и спесивым.
8. «

   И шея у львов крепка потому лишь стала, Что сами они все нужное им совершают.

   И шея у львов крепка потому лишь стала, Что сами они все нужное им совершают.
9. «

   Спеши сотворить добро, когда только властен ты, Не всякий ведь будешь миг на доброе властен ты.

   Спеши сотворить добро, когда только властен ты, Не всякий ведь будешь миг на доброе властен ты.
10. «

    Деревьев жизнь подчас людской судьбе сродни: Покуда дарят плод, любезны всем они, Деревья без плодов живут всегда в тоске – Забытые стоят, влачат свой век одни. А в наши времена дрянной народ пошёл, От нынешних друзей, Господь, нас охрани!

    Деревьев жизнь подчас людской судьбе сродни: Покуда дарят плод, любезны всем они, Деревья без плодов живут всегда в тоске – Забытые стоят, влачат свой век одни. А в наши времена дрянной народ пошёл, От нынешних друзей, Господь, нас охрани!
11. «

    Ты напрасно богатеешь средь печали и тревог, Подведешь ты, сын Адама, сокрушительный итог. Благ мирских ты слишком жаждешь, как другие до тебя, Но к распутным и корыстным рок особенно жесток. Люди правдой и неправдой богатеют на земле, Но кончается однажды соблазнительнейший срок. Собираешь ты дружину, созываешь ты войска; Только воинство большое обреченному не в прок. Все равно лежать в могиле, безнадежно рухнуть в прах, Человеческое тело — только гибельный залог.

    Ты напрасно богатеешь средь печали и тревог, Подведешь ты, сын Адама, сокрушительный итог. Благ мирских ты слишком жаждешь, как другие до тебя, Но к распутным и корыстным рок особенно жесток. Люди правдой и неправдой богатеют на земле, Но кончается однажды соблазнительнейший срок. Собираешь ты дружину, созываешь ты войска; Только воинство большое обреченному не в прок. Все равно лежать в могиле, безнадежно рухнуть в прах, Человеческое тело — только гибельный залог.
12. «

    А достаточно обманов у женщин, когда у них есть до мужчин какая-нибудь нужда, которую они хотят исполнить.

    А достаточно обманов у женщин, когда у них есть до мужчин какая-нибудь нужда, которую они хотят исполнить.
13. «

    Коль в речи друга что-то ранит слух, Наверное, тебе не нужен этот друг.

    Коль в речи друга что-то ранит слух, Наверное, тебе не нужен этот друг.
14. «

    Когда ж мы выпили и подступил настой К местам, где тайна, я вскричал: «Постой!» Я испугался, что в лучах вина Вдруг станет тайна скрытая ясна.

    Когда ж мы выпили и подступил настой К местам, где тайна, я вскричал: «Постой!» Я испугался, что в лучах вина Вдруг станет тайна скрытая ясна.
15. «

    Достигнуть высот без труда невозможно, Искателю спится ночами тревожно; За каждой жемчужиной в море ныряют, В глубины бросаются неосторожно. А тот, кто взыскует высот без усилий, Пусть знает: его устремление ложно.

    Достигнуть высот без труда невозможно, Искателю спится ночами тревожно; За каждой жемчужиной в море ныряют, В глубины бросаются неосторожно. А тот, кто взыскует высот без усилий, Пусть знает: его устремление ложно.
16. «

    Сколько в мире людей не знают покоя И страдают весь век от жгучего зноя! Я устал, я слаб, тяготит меня ноша, И никто моего не услышит воя; А другой живет и горя не знает И при этом знать не хочет изгоя, Рад и счастлив, живет он в благополучье, Словно он человек другого покроя. А ведь все из единой возникли капли, И единый исток у людского роя; Но различны мы все, как вино и уксус, Так как мы не скотина у водопоя; Только я не ропщу на тебя, Создатель, И никто твоего не нарушит строя.

    Сколько в мире людей не знают покоя И страдают весь век от жгучего зноя! Я устал, я слаб, тяготит меня ноша, И никто моего не услышит воя; А другой живет и горя не знает И при этом знать не хочет изгоя, Рад и счастлив, живет он в благополучье, Словно он человек другого покроя. А ведь все из единой возникли капли, И единый исток у людского роя; Но различны мы все, как вино и уксус, Так как мы не скотина у водопоя; Только я не ропщу на тебя, Создатель, И никто твоего не нарушит строя.

    — Синдбад-носильщик · книга
17. «

    А нет большего сводника, чем тот, кто описывает своей жене человека и говорит об его красоте и прелести и крайней щедрости на деньги.

    А нет большего сводника, чем тот, кто описывает своей жене человека и говорит об его красоте и прелести и крайней щедрости на деньги.
18. «

    Удар учителя сначала очень тяжел, но потом он слаще очищенного меда.

    Удар учителя сначала очень тяжел, но потом он слаще очищенного меда.
19. «

    Налетела бурей радость, разум счастью не указ; От немыслимого счастья слезы хлынули из глаз. Вы, глаза, привыкли плакать, вам бы только слезы лить, Как в печальнейшую пору, так и в радостнейший час.

    Налетела бурей радость, разум счастью не указ; От немыслимого счастья слезы хлынули из глаз. Вы, глаза, привыкли плакать, вам бы только слезы лить, Как в печальнейшую пору, так и в радостнейший час.
20. «

    Кто похвалил, а потом осудил, тот солгал два раза.

    Кто похвалил, а потом осудил, тот солгал два раза.