36 цитат из книги «Тысяча и одна ночь» — читаем и делимся

Собрали 36 цитат из книги «Тысяча и одна ночь» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Для всего есть хитрость, кроме смерти, — все можно исправить, кроме испорченной сущности, и все можно отразить, кроме судьбы.

   Для всего есть хитрость, кроме смерти, — все можно исправить, кроме испорченной сущности, и все можно отразить, кроме судьбы.
2. «

   Кто не думает о последствиях, тому судьба не друг и не в безопасности он от гибели.

   Кто не думает о последствиях, тому судьба не друг и не в безопасности он от гибели.

   — Абу аль-Хосейн · книга
3. «

   Усталость, и труд, и малый достаток учат человека невежливости и неразумию.

   Усталость, и труд, и малый достаток учат человека невежливости и неразумию.

   — Синдбад-носильщик · книга
4. «

   Покинь свою страну, чтобы успех найти, Пять несомненных благ ты обретешь в пути: Заботы и доход, рассеянье и знанье, И собеседника, с кем время провести. Пусть говорят тебе, что ждут в пути невзгоды, Что трудно боль разлук и грусть перенести: Не забывай, что жизнь средь зависти и злобы Куда страшней, чем смерть, от коей не уйти.

   Покинь свою страну, чтобы успех найти, Пять несомненных благ ты обретешь в пути: Заботы и доход, рассеянье и знанье, И собеседника, с кем время провести. Пусть говорят тебе, что ждут в пути невзгоды, Что трудно боль разлук и грусть перенести: Не забывай, что жизнь средь зависти и злобы Куда страшней, чем смерть, от коей не уйти.
5. «

   Изгнанник я на земле среди невзгод и разрух; Изгнанник я, для меня взгляд ближнего слишком сух. Изгнанник я, ни семьи, ни сына нет у меня; К моей последней мольбе попутчик случайный глух. Нигде мне приюта нет, мое жилище — мечеть. Куда еще я пойду? Мой пламень почти потух. Хвала Вседержителю, властителю всех миров За то, что в теле моем еще остается дух.

   Изгнанник я на земле среди невзгод и разрух; Изгнанник я, для меня взгляд ближнего слишком сух. Изгнанник я, ни семьи, ни сына нет у меня; К моей последней мольбе попутчик случайный глух. Нигде мне приюта нет, мое жилище — мечеть. Куда еще я пойду? Мой пламень почти потух. Хвала Вседержителю, властителю всех миров За то, что в теле моем еще остается дух.
6. «

   Потерпи, о царь времени, вслед терпенью всегда идет благо.

   Потерпи, о царь времени, вслед терпенью всегда идет благо.
7. «

   Налетела бурей радость, разум счастью не указ; От немыслимого счастья слезы хлынули из глаз. Вы, глаза, привыкли плакать, вам бы только слезы лить, Как в печальнейшую пору, так и в радостнейший час.

   Налетела бурей радость, разум счастью не указ; От немыслимого счастья слезы хлынули из глаз. Вы, глаза, привыкли плакать, вам бы только слезы лить, Как в печальнейшую пору, так и в радостнейший час.
8. «

   Дурное дело пресекает корень желаний и сеет ненависть в земле сердца.

   Дурное дело пресекает корень желаний и сеет ненависть в земле сердца.
9. «

   Ведь говорится же: ничье тело не свободно от зависти, и сказано: несправедливость таится в сердце; сила ее проявляет, а слабость скрывает.

   Ведь говорится же: ничье тело не свободно от зависти, и сказано: несправедливость таится в сердце; сила ее проявляет, а слабость скрывает.
10. «

    Не говори о том, о чем тебя не спрашивают, и не отвечай на то, к чему тебя не зовут. Оставь то, что тебя не касается, для того, что тебя касается, и не расточай дурным людям дружеских советов — они воздадут тебе за это злом.

    Не говори о том, о чем тебя не спрашивают, и не отвечай на то, к чему тебя не зовут. Оставь то, что тебя не касается, для того, что тебя касается, и не расточай дурным людям дружеских советов — они воздадут тебе за это злом.
11. «

    А нет большего сводника, чем тот, кто описывает своей жене человека и говорит об его красоте и прелести и крайней щедрости на деньги.

    А нет большего сводника, чем тот, кто описывает своей жене человека и говорит об его красоте и прелести и крайней щедрости на деньги.
12. «

    Не верь посулам жен и дев, Их легким увереньям, Ведь их довольство или гнев Подвластны вожделеньям. Под их любовью показной Скрывается измена, Цени их малою ценой И берегись их плена. Ведь дьявол, женщиной играя, Адама выдворил из рая.

    Не верь посулам жен и дев, Их легким увереньям, Ведь их довольство или гнев Подвластны вожделеньям. Под их любовью показной Скрывается измена, Цени их малою ценой И берегись их плена. Ведь дьявол, женщиной играя, Адама выдворил из рая.
13. «

    Два дирхема покажи людям корыстолюбивым — И немедля среди них прослывешь красноречивым; Слово каждое твое ближними цениться будет; Видел я, как богатей ходит шагом горделивым. А когда деньжонок нет, нечем нищему гордиться; Очень скоро прослывешь ты бродягой нерадивым. В каждом слове богача люди высший смысл находят; Даже если лжет богач, он считается правдивым. А соседу-бедняку никогда не верят люди; Правду говорит бедняк и слывет при этом лживым. Я не ведаю страны, где бы деньги не царили; Кто при деньгах, тот велик, тот считается красивым. Безотказным языком и оружием надежным Деньги служат богачам, величавым и спесивым.

    Два дирхема покажи людям корыстолюбивым — И немедля среди них прослывешь красноречивым; Слово каждое твое ближними цениться будет; Видел я, как богатей ходит шагом горделивым. А когда деньжонок нет, нечем нищему гордиться; Очень скоро прослывешь ты бродягой нерадивым. В каждом слове богача люди высший смысл находят; Даже если лжет богач, он считается правдивым. А соседу-бедняку никогда не верят люди; Правду говорит бедняк и слывет при этом лживым. Я не ведаю страны, где бы деньги не царили; Кто при деньгах, тот велик, тот считается красивым. Безотказным языком и оружием надежным Деньги служат богачам, величавым и спесивым.
14. «

    Сколько в мире людей не знают покоя И страдают весь век от жгучего зноя! Я устал, я слаб, тяготит меня ноша, И никто моего не услышит воя; А другой живет и горя не знает И при этом знать не хочет изгоя, Рад и счастлив, живет он в благополучье, Словно он человек другого покроя. А ведь все из единой возникли капли, И единый исток у людского роя; Но различны мы все, как вино и уксус, Так как мы не скотина у водопоя; Только я не ропщу на тебя, Создатель, И никто твоего не нарушит строя.

    Сколько в мире людей не знают покоя И страдают весь век от жгучего зноя! Я устал, я слаб, тяготит меня ноша, И никто моего не услышит воя; А другой живет и горя не знает И при этом знать не хочет изгоя, Рад и счастлив, живет он в благополучье, Словно он человек другого покроя. А ведь все из единой возникли капли, И единый исток у людского роя; Но различны мы все, как вино и уксус, Так как мы не скотина у водопоя; Только я не ропщу на тебя, Создатель, И никто твоего не нарушит строя.

    — Синдбад-носильщик · книга
15. «

    О сынок, — ответила ему мать, — твои друзья не твои друзья, твои друзья — друзья чаши, кубка и бутыли.

    О сынок, — ответила ему мать, — твои друзья не твои друзья, твои друзья — друзья чаши, кубка и бутыли.
16. «

    Ты напрасно богатеешь средь печали и тревог, Подведешь ты, сын Адама, сокрушительный итог. Благ мирских ты слишком жаждешь, как другие до тебя, Но к распутным и корыстным рок особенно жесток. Люди правдой и неправдой богатеют на земле, Но кончается однажды соблазнительнейший срок. Собираешь ты дружину, созываешь ты войска; Только воинство большое обреченному не в прок. Все равно лежать в могиле, безнадежно рухнуть в прах, Человеческое тело — только гибельный залог.

    Ты напрасно богатеешь средь печали и тревог, Подведешь ты, сын Адама, сокрушительный итог. Благ мирских ты слишком жаждешь, как другие до тебя, Но к распутным и корыстным рок особенно жесток. Люди правдой и неправдой богатеют на земле, Но кончается однажды соблазнительнейший срок. Собираешь ты дружину, созываешь ты войска; Только воинство большое обреченному не в прок. Все равно лежать в могиле, безнадежно рухнуть в прах, Человеческое тело — только гибельный залог.
17. «

    Нас порою идти заставляет нужда По стезе, где иные умрут от стыда. И когда бы несчастия не вынуждали, На такое никто б не пошел никогда.

    Нас порою идти заставляет нужда По стезе, где иные умрут от стыда. И когда бы несчастия не вынуждали, На такое никто б не пошел никогда.

    — Нур ад-Дин · книга
18. «

    А после славословия: о достигший этих мест, поучайся, видя превратности времени и удары случайностей, и не дай себя обмануть жизни с ее роскошью, ложью, клеветой, обманом и украшениями; она льстива, коварна, и обманчива, и все, что есть в ней, взято взаймы. Она отбирает занятое у занимающего, и подобна она сонным грезам спящего и видениям грезящего, и точно марево она в равнине, которое сочтет жаждущий за воду.

    А после славословия: о достигший этих мест, поучайся, видя превратности времени и удары случайностей, и не дай себя обмануть жизни с ее роскошью, ложью, клеветой, обманом и украшениями; она льстива, коварна, и обманчива, и все, что есть в ней, взято взаймы. Она отбирает занятое у занимающего, и подобна она сонным грезам спящего и видениям грезящего, и точно марево она в равнине, которое сочтет жаждущий за воду.
19. «

    Спасайся скорее, пока ты с бедой не знаком, И пусть о хозяине плачет отеческий дом! В другой стороне мы другое построим жилище, А душу другую, увы, никогда не найдем.

    Спасайся скорее, пока ты с бедой не знаком, И пусть о хозяине плачет отеческий дом! В другой стороне мы другое построим жилище, А душу другую, увы, никогда не найдем.

    — Алам ад-Дин · книга
20. «

    Есть три вещи лучше трех других: день смерти лучше дня рождения, живой пес лучше мертвого льва и могила лучше бедности.

    Есть три вещи лучше трех других: день смерти лучше дня рождения, живой пес лучше мертвого льва и могила лучше бедности.