86 известных цитат из книги «Урсула Ле Гуин. Всегда возвращаясь домой»

86 цитат из книги «Урсула Ле Гуин. Всегда возвращаясь домой» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Рисунок тонкий — переплелись прожилки голубые на синеватом валуне в том месте, где долгие дожди скалу подмыли. Скала та оказалась капель дождевых слабее.

   Рисунок тонкий — переплелись прожилки голубые на синеватом валуне в том месте, где долгие дожди скалу подмыли. Скала та оказалась капель дождевых слабее.

   — Ярость из Синшана · книга
2. «

   Разве могло это начаться только однажды? Тогда это было бы просто бессмысленно. Все должно начинаться и кончаться снова и снова, чтобы жизнь продолжалась; так живут и умирают люди, и все живые существа, и даже звезды.

   Разве могло это начаться только однажды? Тогда это было бы просто бессмысленно. Все должно начинаться и кончаться снова и снова, чтобы жизнь продолжалась; так живут и умирают люди, и все живые существа, и даже звезды.

   — Бондарь из Дома Красного Кирпича · книга
3. «

   Я старею, зато моя душа молодеет. Я к морю иду: она же вверх по реке стремится. Послушай, река: я — не душа моя, нет!

   Я старею, зато моя душа молодеет. Я к морю иду: она же вверх по реке стремится. Послушай, река: я — не душа моя, нет!

   — Кемел из Унмалина · книга
4. «

   Самое лучшее работать, когда трудятся не только голова, но и руки.

   Самое лучшее работать, когда трудятся не только голова, но и руки.

   — Говорящий Камень · книга
5. «

   Что же касается Вселенной, то проблема доступности знаний о ней оставалась всегда.

   Что же касается Вселенной, то проблема доступности знаний о ней оставалась всегда.

   — Говорящий Камень · книга
6. «

   Высохло сердце мое, ибо стара я стала.

   Высохло сердце мое, ибо стара я стала.

   — Излучина Реки · книга
7. «

   Никаких отступлений в сторону наше мышление не допускает. Все аналогии имеют одно направление: к нашей действительности.

   Никаких отступлений в сторону наше мышление не допускает. Все аналогии имеют одно направление: к нашей действительности.

   — Пандора (Pandora) · книга
8. «

   Придется мне строить основу души своей из боли и страха, из струй дождевых и холодного ветра да в темноте одиноких прогулок.

   Придется мне строить основу души своей из боли и страха, из струй дождевых и холодного ветра да в темноте одиноких прогулок.

   — Мужчина · книга
9. «

   До этого я никогда не сидела на лошади. Привели для меня спокойную кобылу, подсадили меня к ней на спину, вложив в руки поводья, а потом лошадь тронулась с места. Я чувствовала себя диким лебедем! То была радость в чистом виде.

   До этого я никогда не сидела на лошади. Привели для меня спокойную кобылу, подсадили меня к ней на спину, вложив в руки поводья, а потом лошадь тронулась с места. Я чувствовала себя диким лебедем! То была радость в чистом виде.

   — Говорящий Камень · книга
10. «

    Мы одновременно и сборщики, и то, что собирают. Мы строим и разрушаем, мы создаем и уничтожаем и сами бываем уничтожены; мы рождаем человека и убиваем людей, мы берем кого-то за руку и тут же эту руку выпускаем.

    Мы одновременно и сборщики, и то, что собирают. Мы строим и разрушаем, мы создаем и уничтожаем и сами бываем уничтожены; мы рождаем человека и убиваем людей, мы берем кого-то за руку и тут же эту руку выпускаем.

    — Старый Кролик · книга
11. «

    Сперва посмейся, потом поплачь, или сперва поплачь, а потом обязательно посмейся.

    Сперва посмейся, потом поплачь, или сперва поплачь, а потом обязательно посмейся.

    — Дедушка · книга
12. «

    То, что уже было, и то, что еще только будет, объято молчанием и подобно лицам не рожденных еще детей, которых мы увидеть не можем. В действительности же нам доступно только одно: то, что существует сегодня, сейчас.

    То, что уже было, и то, что еще только будет, объято молчанием и подобно лицам не рожденных еще детей, которых мы увидеть не можем. В действительности же нам доступно только одно: то, что существует сегодня, сейчас.
13. «

    Мы должны учиться всему, что можем узнать, но должны все время помнить, что наши знания не замыкают круг, а лишь прикрывают бездонную пропасть незнания, так что мы забываем о том, что неведомое безгранично, не имеет ни пределов, ни дна, а то, что мы знаем сейчас, вполне возможно, будет опровергнуто теми новыми знаниями, которые мы получим.

    Мы должны учиться всему, что можем узнать, но должны все время помнить, что наши знания не замыкают круг, а лишь прикрывают бездонную пропасть незнания, так что мы забываем о том, что неведомое безгранично, не имеет ни пределов, ни дна, а то, что мы знаем сейчас, вполне возможно, будет опровергнуто теми новыми знаниями, которые мы получим.

    — Говорящий Камень · книга
14. «

    Мелькание теней засохших веток и трав, лучи полуденного солнца... О, дикий край! Одна лишь птица где-то поет одну и ту же ноту на крыльях ветра в солнечном пространстве.

    Мелькание теней засохших веток и трав, лучи полуденного солнца... О, дикий край! Одна лишь птица где-то поет одну и ту же ноту на крыльях ветра в солнечном пространстве.

    — Ярость из Синшана · книга
15. «

    Слабого ведет за собой слабость.

    Слабого ведет за собой слабость.

    — Говорящий Камень · книга
16. «

    Становится нелегкой дружба иль родство, когда твой родственник все делает неверно. Ведь с другом чувствуешь себя легко.

    Становится нелегкой дружба иль родство, когда твой родственник все делает неверно. Ведь с другом чувствуешь себя легко.

    — Хорист 4 · книга
17. «

    Коршун с криком кружит в небесах. Клещ впился мне в голову за ухом. Но если и я воспарю, как коршун, значит придется и кровь сосать, клещу уподобляясь? О вы, холмы моей родной Долины уж больно жить средь вас непросто!

    Коршун с криком кружит в небесах. Клещ впился мне в голову за ухом. Но если и я воспарю, как коршун, значит придется и кровь сосать, клещу уподобляясь? О вы, холмы моей родной Долины уж больно жить средь вас непросто!

    — Кулкунна · книга
18. «

    Те, кто принимает на себя власть, обязаны принимать на себя вину.

    Те, кто принимает на себя власть, обязаны принимать на себя вину.

    — Говорящий Камень · книга
19. «

    Когда тихонько выбиваешь дробь на барабане, то кажется, что звук тот родился задолго до начала всех начал и всех различий, и все слилось когда-то, чтоб родиться в этом звуке, а уж потом возникли все различья.

    Когда тихонько выбиваешь дробь на барабане, то кажется, что звук тот родился задолго до начала всех начал и всех различий, и все слилось когда-то, чтоб родиться в этом звуке, а уж потом возникли все различья.

    — Девять Целых из Чумо · книга
20. «

    Хлопаешь, хлопаешь ты, с земли поднимая мирную стаю, опасность заметив. О, чуткая! Громом звучат твои мягкие крылья в зарослях чапараля.

    Хлопаешь, хлопаешь ты, с земли поднимая мирную стаю, опасность заметив. О, чуткая! Громом звучат твои мягкие крылья в зарослях чапараля.

    — Кулкунна · книга