16 цитат из книги «Вадим Панов. Поводыри на распутье» для размышлений

16 цитат из книги «Вадим Панов. Поводыри на распутье» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Когда-то считалось, что главная проблема человечества — еда. Генная инженерия закрыла этот вопрос. Еды хватает. Пусть она искусственная, но ее можно есть. Мы сумели найти выход из водяного кризиса, обеспечив людей дешевой и сносной водой. Мы преодолели проблемы с нефтью, пересадив экономику на электричество. Но все равно оказались в тупике. Мы становимся врагами друг другу.

   Когда-то считалось, что главная проблема человечества — еда. Генная инженерия закрыла этот вопрос. Еды хватает. Пусть она искусственная, но ее можно есть. Мы сумели найти выход из водяного кризиса, обеспечив людей дешевой и сносной водой. Мы преодолели проблемы с нефтью, пересадив экономику на электричество. Но все равно оказались в тупике. Мы становимся врагами друг другу.

   — Удэй · книга
2. «

   Выжить в Анклаве не просто. Хочешь вернуться вечером домой или в то место, которое называешь домом, — будь внимателен. Не ходи в районы, в которых нельзя появляться. Не говори, чего не следует. Не говори, с кем не следует. Смотри по сторонам. Если ухитришься следовать правилам — будешь жить долго.

   Выжить в Анклаве не просто. Хочешь вернуться вечером домой или в то место, которое называешь домом, — будь внимателен. Не ходи в районы, в которых нельзя появляться. Не говори, чего не следует. Не говори, с кем не следует. Смотри по сторонам. Если ухитришься следовать правилам — будешь жить долго.
3. «

   А чего в этой жизни можно добиться без риска? Миски благотворительного супа?

   А чего в этой жизни можно добиться без риска? Миски благотворительного супа?

   — Моратти · книга
4. «

   Любой бунт вызывается искусственно, уважаемый Хасим. Кто-то должен встать и сказать: «Пойдем». Кто-то должен показать, что можно перейти черту: ударить первым, разбить витрину, поджечь мобиль.

   Любой бунт вызывается искусственно, уважаемый Хасим. Кто-то должен встать и сказать: «Пойдем». Кто-то должен показать, что можно перейти черту: ударить первым, разбить витрину, поджечь мобиль.
5. «

   Избравшему один путь, не разрешается пойти по другому.

   Избравшему один путь, не разрешается пойти по другому.
6. «

   В любой роли главное — не переигрывать.

   В любой роли главное — не переигрывать.
7. «

   Роман Фадеев не был слабаком, он легко переступал через друзей и врагов, убивая их одним из самых сильных орудий — деньгами, но когда его миллионы перестали что-либо значить, когда он столкнулся с людьми, которых нельзя купить, Железный Ром потерялся.

   Роман Фадеев не был слабаком, он легко переступал через друзей и врагов, убивая их одним из самых сильных орудий — деньгами, но когда его миллионы перестали что-либо значить, когда он столкнулся с людьми, которых нельзя купить, Железный Ром потерялся.
8. «

   Хочешь договориться с тигром — готовься вилять хвостом.

   Хочешь договориться с тигром — готовься вилять хвостом.
9. «

   Святых среди директоров СБА не водилось — слишком много возможностей предоставляла высокая должность. Зарывались директора редко, корпорации скорее мирились с этим злом, чем боролись., но если президент вытаскивал на свет грязные делишки неугодного подчиненного, тот всегда отправлялся в отставку.

   Святых среди директоров СБА не водилось — слишком много возможностей предоставляла высокая должность. Зарывались директора редко, корпорации скорее мирились с этим злом, чем боролись., но если президент вытаскивал на свет грязные делишки неугодного подчиненного, тот всегда отправлялся в отставку.
10. «

    Человека, который умеет не только махать кулаками, трудно сбить с пути.

    Человека, который умеет не только махать кулаками, трудно сбить с пути.

    — Стефан · книга
11. «

    Как и любой здравомыслящий человек, Моратти не доверял незнакомым людям. В делах тонких, опасных доскональное знание возможностей подчиненного значит подчас больше, чем все остальное, вместе взятое. Любой, даже самый замечательный план держится на исполнителях, на людях, на пресловутом человеческом факторе. Ошибешься с назначением — останешься у разбитого корыта.

    Как и любой здравомыслящий человек, Моратти не доверял незнакомым людям. В делах тонких, опасных доскональное знание возможностей подчиненного значит подчас больше, чем все остальное, вместе взятое. Любой, даже самый замечательный план держится на исполнителях, на людях, на пресловутом человеческом факторе. Ошибешься с назначением — останешься у разбитого корыта.
12. «

    Дементьев, несмотря на молодость, прекрасно знал, что жизнь слишком хрупка и не следует ставить ее под угрозу ненужным благородством. Победителей не судят хотя бы потому, что проигравшие, как правило, мертвы. Слабость можно компенсировать хитростью, ударить в спину. Подло? А атаковать заведомо слабого противника не подло? Мамонт мог раздавить целое племя, но люди выкапывали на его пути яму, а потом с шутками свежевали добычу.

    Дементьев, несмотря на молодость, прекрасно знал, что жизнь слишком хрупка и не следует ставить ее под угрозу ненужным благородством. Победителей не судят хотя бы потому, что проигравшие, как правило, мертвы. Слабость можно компенсировать хитростью, ударить в спину. Подло? А атаковать заведомо слабого противника не подло? Мамонт мог раздавить целое племя, но люди выкапывали на его пути яму, а потом с шутками свежевали добычу.
13. «

    Людям нравится видеть то, что им нравится.

    Людям нравится видеть то, что им нравится.

    — Слоновски · книга
14. «

    Она хорошая девочка, но иногда становится излишне романтичной. Возможно, когда у нее появятся дети, она поймет, что ради них родители способны на все.

    Она хорошая девочка, но иногда становится излишне романтичной. Возможно, когда у нее появятся дети, она поймет, что ради них родители способны на все.

    — Кирилл · книга
15. «

    Все на свете: любая цивилизация, любое общество, любая команда — все существуют до тех пор, пока готово драться. За себя, за своих детей, за их будущее, за место под солнцем.

    Все на свете: любая цивилизация, любое общество, любая команда — все существуют до тех пор, пока готово драться. За себя, за своих детей, за их будущее, за место под солнцем.

    — Макс Кауфман · книга
16. «

    Ранние пташки успевают много сделать.

    Ранние пташки успевают много сделать.