10 цитат из книги «Валерий Рабинович. Наедине с собой и людьми» — подборка редакции

Собрали 10 цитат из книги «Валерий Рабинович. Наедине с собой и людьми» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Он (Бродский) — просто писал. Свободно, как дышал. Не во славу советского строя, не против — просто параллельно. И жил — параллельно. Не считал обязательным постоянно состоять на службе. Общался с теми, с кем хотел. И именно этим оказался опасен. Тем, что открыл вариант ухода от надоевшей советской действительности — в параллельное измерение.

   Он (Бродский) — просто писал. Свободно, как дышал. Не во славу советского строя, не против — просто параллельно. И жил — параллельно. Не считал обязательным постоянно состоять на службе. Общался с теми, с кем хотел. И именно этим оказался опасен. Тем, что открыл вариант ухода от надоевшей советской действительности — в параллельное измерение.
2. «

   Где сомнения — там и неповиновение.

   Где сомнения — там и неповиновение.
3. «

   Блаженны те, кто знает — впереди загробная жизнь, да ещё и достаточно чётко представляют, какой она будет именно для них (разумеется, при условии, что — хорошей). Им легче умирать.

   Блаженны те, кто знает — впереди загробная жизнь, да ещё и достаточно чётко представляют, какой она будет именно для них (разумеется, при условии, что — хорошей). Им легче умирать.
4. «

   Интеллигентность... бремя для своего обладателя! Но чем больше этих горемычных обладателей — тем мягче, терпимее, добрее, умнее мир вокруг.

   Интеллигентность... бремя для своего обладателя! Но чем больше этих горемычных обладателей — тем мягче, терпимее, добрее, умнее мир вокруг.
5. «

   Извечный человеческий страх — стать убийцей самых родных людей. Ибо те, кто нам ближе всего, — в особенности и зависят от нас. От наших слов, сказанных осознанно или в порыве. От нашего внимания или невнимания. Даже — от нашей собственной судьбы: ведь и собственной несложившейся судьбой можно насмерть ранить.

   Извечный человеческий страх — стать убийцей самых родных людей. Ибо те, кто нам ближе всего, — в особенности и зависят от нас. От наших слов, сказанных осознанно или в порыве. От нашего внимания или невнимания. Даже — от нашей собственной судьбы: ведь и собственной несложившейся судьбой можно насмерть ранить.
6. «

   За исключением немногих мудрецов — мир судят по себе, точнее — через свой опыт, опыт своих близких, вообще через своё ближайшее окружение.

   За исключением немногих мудрецов — мир судят по себе, точнее — через свой опыт, опыт своих близких, вообще через своё ближайшее окружение.
7. «

   Страшен человек, оставшийся подростком навсегда (а такие есть — часто талантливые и творческие).

   Страшен человек, оставшийся подростком навсегда (а такие есть — часто талантливые и творческие).
8. «

   Новое порождает надежды.

   Новое порождает надежды.
9. «

   Безопаснее жить без возведённых нашим воображением на Олимп земных богов, равно как и без сакральных, метафизических врагов. Хотя с ними — интереснее.

   Безопаснее жить без возведённых нашим воображением на Олимп земных богов, равно как и без сакральных, метафизических врагов. Хотя с ними — интереснее.
10. «

    Что такое Толкин (не как человек — как феномен)? А ведь это — литературный эпос, воображённый эпический мир, в который современные мальчики и девочки ныряют с головой, мир ясный, с чётко позиционированным добром и злом, с вождями и героями, мир, в котором можно найти убежище от сложной и чересчур «взрослой» «постмодернистской» реальности. Ну и — на здоровье! Главное — суметь «вынырнуть», когда время придёт. «Вынырнуть» в наш сложный, неоднозначный, лишённый простоты и незамутнённости мир. Но, может быть, — сохранить какую-то «толкинистскую» искорку в глазах.

    Что такое Толкин (не как человек — как феномен)? А ведь это — литературный эпос, воображённый эпический мир, в который современные мальчики и девочки ныряют с головой, мир ясный, с чётко позиционированным добром и злом, с вождями и героями, мир, в котором можно найти убежище от сложной и чересчур «взрослой» «постмодернистской» реальности. Ну и — на здоровье! Главное — суметь «вынырнуть», когда время придёт. «Вынырнуть» в наш сложный, неоднозначный, лишённый простоты и незамутнённости мир. Но, может быть, — сохранить какую-то «толкинистскую» искорку в глазах.