279 цитат из книги «Ватари Ватару. Розовая пора моей школьной жизни сплошной обман», ставших крылатыми

Собрали 279 цитат из книги «Ватари Ватару. Розовая пора моей школьной жизни сплошной обман» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   ... Я во­об­ще опа­са­юсь лезть в лич­ные де­ла, боль­но уж ве­лик шанс нас­ту­пить на ми­ну. По собс­твен­но­му опы­ту мо­гу ска­зать, что да­же слу­чай­ной реп­ли­кой мож­но глу­боко ра­нить че­лове­ка. Спро­сят те­бя, к при­меру, на со­бесе­дова­нии: «У вас есть де­вуш­ка?», — и те­бе очень боль­но, да­же ес­ли спро­сив­ший не имел в ви­ду ни­чего пло­хого. Так, я что, опять о се­бе? В об­щем, не хо­чу я в это лезть. По­пыт­ка уз­нать что-то не­раз­гла­ша­емое – это всег­да риск.

   ... Я во­об­ще опа­са­юсь лезть в лич­ные де­ла, боль­но уж ве­лик шанс нас­ту­пить на ми­ну. По собс­твен­но­му опы­ту мо­гу ска­зать, что да­же слу­чай­ной реп­ли­кой мож­но глу­боко ра­нить че­лове­ка. Спро­сят те­бя, к при­меру, на со­бесе­дова­нии: «У вас есть де­вуш­ка?», — и те­бе очень боль­но, да­же ес­ли спро­сив­ший не имел в ви­ду ни­чего пло­хого. Так, я что, опять о се­бе? В об­щем, не хо­чу я в это лезть. По­пыт­ка уз­нать что-то не­раз­гла­ша­емое – это всег­да риск.

   — Хатиман Хикигая · книга
2. «

   Всё закончится, и былые дни уже никогда не вернутся. Даже заходящее солнце, на которое я бросил взгляд, словно говорило об этом. Конечно, и солнце каждый день садится, и год не в первый раз заканчивается. Спросите, отличается ли сегодняшнее солнце от вчерашнего, и ответ будет отрицательным. В конце концов, это то же самое солнце. Меняется лишь точка зрения глядящих на него. Я… нет, мы. Все мы видим, что остаётся в прошлом, и потому даже самый обычный закат вызывает у нас сентиментальные чувства.

   Всё закончится, и былые дни уже никогда не вернутся. Даже заходящее солнце, на которое я бросил взгляд, словно говорило об этом. Конечно, и солнце каждый день садится, и год не в первый раз заканчивается. Спросите, отличается ли сегодняшнее солнце от вчерашнего, и ответ будет отрицательным. В конце концов, это то же самое солнце. Меняется лишь точка зрения глядящих на него. Я… нет, мы. Все мы видим, что остаётся в прошлом, и потому даже самый обычный закат вызывает у нас сентиментальные чувства.

   — Хатиман Хикигая · книга
3. «

   Любой, кто поднимается над толпой, подвергается остракизму. То, что выдаётся вперёд, не будет сломано. Оно будет вытащено и отброшено в сторону, гнить под дождём и ветром.

   Любой, кто поднимается над толпой, подвергается остракизму. То, что выдаётся вперёд, не будет сломано. Оно будет вытащено и отброшено в сторону, гнить под дождём и ветром.

   — Хатиман Хикигая · книга
4. «

   Когда люди разделяются, разница между воспоминаниями растёт. Накапливать их вместе или поодиночке – это не одно и то же. Даже при одинаковом объёме структура получается разной. И эта разница влияет на многое. На позицию, на окружение, даже на то, как тебя зовут.

   Когда люди разделяются, разница между воспоминаниями растёт. Накапливать их вместе или поодиночке – это не одно и то же. Даже при одинаковом объёме структура получается разной. И эта разница влияет на многое. На позицию, на окружение, даже на то, как тебя зовут.

   — Хатиман Хикигая · книга
5. «

   Та насмешка, тот гневный рык, тот плач. Я закрывал глаза и затыкал уши, чтобы не обращать на них внимания. Вместо слов из груди вырывалось лишь горячее дыхание.

   Та насмешка, тот гневный рык, тот плач. Я закрывал глаза и затыкал уши, чтобы не обращать на них внимания. Вместо слов из груди вырывалось лишь горячее дыхание.

   — Хатиман Хикигая · книга
6. «

   Моё прошлое тяжким грузом висит на моём настоящем. А моё настоящее повиснет тяжким грузом на моём будущем.

   Моё прошлое тяжким грузом висит на моём настоящем. А моё настоящее повиснет тяжким грузом на моём будущем.

   — Хатиман Хикигая · книга
7. «

   Что хорошо, травмы оказались не слишком серьёзны. Что не очень хорошо, в больнице меня навещали только мои родные. Раз в три дня. Чёрт побери, могли бы и каждый день приходить…

   Что хорошо, травмы оказались не слишком серьёзны. Что не очень хорошо, в больнице меня навещали только мои родные. Раз в три дня. Чёрт побери, могли бы и каждый день приходить…

   — Хатиман Хикигая · книга
8. «

   Если ты переживаешь о своих отношениях, уничтожь их, и беспокойство испарится.

   Если ты переживаешь о своих отношениях, уничтожь их, и беспокойство испарится.

   — Хатиман Хикигая · книга
9. «

   Извиниться и так непросто, а чем больше тянешь, тем сложнее становится найти нужные слова. Но бывают и вещи, которые можешь сказать в запале.

   Извиниться и так непросто, а чем больше тянешь, тем сложнее становится найти нужные слова. Но бывают и вещи, которые можешь сказать в запале.

   — Хатиман Хикигая · книга
10. «

    Я всегда хотел ладить со всеми, но теперь вижу, что и я могу стать причиной конфликта…

    Я всегда хотел ладить со всеми, но теперь вижу, что и я могу стать причиной конфликта…

    — Хаято Хаяма · книга
11. «

    Пить – это сов­сем не кру­то. Кру­то уметь ра­довать­ся жиз­ни в рам­ках уме­рен­ности и при­личий.

    Пить – это сов­сем не кру­то. Кру­то уметь ра­довать­ся жиз­ни в рам­ках уме­рен­ности и при­личий.

    — Юкино Юкиносита · книга
12. «

    Чем больше сидишь дома один, тем больше разговариваешь сам с собой. Потом начинаешь петь.

    Чем больше сидишь дома один, тем больше разговариваешь сам с собой. Потом начинаешь петь.

    — Хатиман Хикигая · книга
13. «

    Слово «одиночка» по идее подразумевает, что ты ныкаешься где-нибудь в тёмном уголке. Но когда достигаешь моего уровня, можешь уже носить своё одиночество как броню.

    Слово «одиночка» по идее подразумевает, что ты ныкаешься где-нибудь в тёмном уголке. Но когда достигаешь моего уровня, можешь уже носить своё одиночество как броню.

    — Хатиман Хикигая · книга
14. «

    Я слишком далеко запрятал свою невинность, чтобы сказать что-то без бравады или иронии.

    Я слишком далеко запрятал свою невинность, чтобы сказать что-то без бравады или иронии.

    — Хатиман Хикигая · книга
15. «

    В конце концов, наверно, нет на свете таких одиночек-ботаников, которые были бы реалистами. Ботаник-одиночка живёт по трём принципам: (не) надейся, (не) ухаживай, (не) болтай милые глупости. Эти принципы выгравированы в их сердцах. Они настоящие солдаты, денно и нощно ведущие войну с безжалостным врагом, именуемым реальностью. Вот почему их легко обмануть.

    В конце концов, наверно, нет на свете таких одиночек-ботаников, которые были бы реалистами. Ботаник-одиночка живёт по трём принципам: (не) надейся, (не) ухаживай, (не) болтай милые глупости. Эти принципы выгравированы в их сердцах. Они настоящие солдаты, денно и нощно ведущие войну с безжалостным врагом, именуемым реальностью. Вот почему их легко обмануть.

    — Хатиман Хикигая · книга
16. «

    Стремление узнать несёт в себе риск. Бывает, ты счастлив, только пока не знаешь о чём-то, на свете немало таких вещей. И самая очевидная из них, это что люди на самом деле чувствуют. Все живут своей жизнью, в какой-то мере обманывая остальных. Вот почему людям всегда больно от правды.

    Стремление узнать несёт в себе риск. Бывает, ты счастлив, только пока не знаешь о чём-то, на свете немало таких вещей. И самая очевидная из них, это что люди на самом деле чувствуют. Все живут своей жизнью, в какой-то мере обманывая остальных. Вот почему людям всегда больно от правды.

    — Хатиман Хикигая · книга
17. «

    Современных девушек интересуют только мачо или реальщики, с коими они и стремятся общаться (а то и вступить в беспорядочные отношения) и среди которых чувствуют себя лучше всего. Аж смешно становится. Короче, они мои враги.

    Современных девушек интересуют только мачо или реальщики, с коими они и стремятся общаться (а то и вступить в беспорядочные отношения) и среди которых чувствуют себя лучше всего. Аж смешно становится. Короче, они мои враги.

    — Хатиман Хикигая · книга
18. «

    Потрясающе. Ты и правда нечто, когда дело касается обходных путей.

    Потрясающе. Ты и правда нечто, когда дело касается обходных путей.

    — Юкино Юкиносита · книга
19. «

    Позвольте объяснить. Когда я был ребёнком, у меня не было друзей. И я изобрёл новый вид спорта — одиночный бейсбол. Я сам бросал мяч, сам отбивал его, сам ловил. И когда я пытался разработать схему, как сделать игру подольше, я понял, что лучший способ — это «бей и лови».

    Позвольте объяснить. Когда я был ребёнком, у меня не было друзей. И я изобрёл новый вид спорта — одиночный бейсбол. Я сам бросал мяч, сам отбивал его, сам ловил. И когда я пытался разработать схему, как сделать игру подольше, я понял, что лучший способ — это «бей и лови».

    — Хатиман Хикигая · книга
20. «

    — Ум-м, знаешь… Я правда не ненавижу кошек. — А? Да, честно говоря, мне без разницы. Юкиносита, к примеру, собак ненавидит. А я не люблю жуков. И людей тоже, если уж на то пошло.

    — Ум-м, знаешь… Я правда не ненавижу кошек. — А? Да, честно говоря, мне без разницы. Юкиносита, к примеру, собак ненавидит. А я не люблю жуков. И людей тоже, если уж на то пошло.

    — Юи Юигахама · книга