321 цитата из книги «Ватари Ватару. Розовая пора моей школьной жизни сплошной обман» со смыслом

Собрали 321 цитата из книги «Ватари Ватару. Розовая пора моей школьной жизни сплошной обман» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Свобода отнюдь не во всех ситуациях хороша. Когда ты свободен, никто о тебе не заботится и никто не защищает.

   Свобода отнюдь не во всех ситуациях хороша. Когда ты свободен, никто о тебе не заботится и никто не защищает.

   — Юкино Юкиносита · книга
2. «

   Когда к тебе обращаются, когда тебе симпатизируют, быть на самом деле чем-то другим – настоящее страдание.

   Когда к тебе обращаются, когда тебе симпатизируют, быть на самом деле чем-то другим – настоящее страдание.

   — Хатиман Хикигая · книга
3. «

   Идеалы — это идеалы. Никак не реальность.

   Идеалы — это идеалы. Никак не реальность.

   — Хатиман Хикигая · книга
4. «

   Ты не можешь противостоять общему мнению. Бывают моменты, когда у тебя нет иного выбора, кроме как поступить вопреки своим истинным чувствам. Все так говорят, все так поступают, и если ты поведёшь себя иначе, ты уже не сможешь оставаться одним из всех. Но не существует такого человека – «все». «Все» не разговаривают, «все» не бьют тебя. Они не сердятся и не смеются. «Все» – это иллюзия, созданная волшебством группового мышления. Это призрак, рождающийся сам по себе. Призрачный дух, призванный скрывать маленькое индивидуальное зло. Который за счёт чудовищной трансформации способен сожрать кого угодно, не входящего в их круг друзей, и даже проклясть своих собственных друзей. И бывшие друзья тоже становятся помехой. Вот почему я это презираю. Я презираю мир, обозначенный словом «все». Я презираю мир, построенный на спинах козлов отпущения. Я презираю пустые идеи, построенные исключительно на лжи, отвергающие даже доброту и справедливость, превращающие их в оппортунизм, постоянно тебя раздражающие. Ты не можешь изменить прошлое и не можешь изменить мир. Ты не можешь изменить то, что уже произошло, ты не можешь изменить «всех». Но, как я уже говорил, ты не обязан становиться рабом системы. Ты можешь отбросить прошлое, сокрушить под ногой мир и позволить всему пойти насмарку.

   Ты не можешь противостоять общему мнению. Бывают моменты, когда у тебя нет иного выбора, кроме как поступить вопреки своим истинным чувствам. Все так говорят, все так поступают, и если ты поведёшь себя иначе, ты уже не сможешь оставаться одним из всех. Но не существует такого человека – «все». «Все» не разговаривают, «все» не бьют тебя. Они не сердятся и не смеются. «Все» – это иллюзия, созданная волшебством группового мышления. Это призрак, рождающийся сам по себе. Призрачный дух, призванный скрывать маленькое индивидуальное зло. Который за счёт чудовищной трансформации способен сожрать кого угодно, не входящего в их круг друзей, и даже проклясть своих собственных друзей. И бывшие друзья тоже становятся помехой. Вот почему я это презираю. Я презираю мир, обозначенный словом «все». Я презираю мир, построенный на спинах козлов отпущения. Я презираю пустые идеи, построенные исключительно на лжи, отвергающие даже доброту и справедливость, превращающие их в оппортунизм, постоянно тебя раздражающие. Ты не можешь изменить прошлое и не можешь изменить мир. Ты не можешь изменить то, что уже произошло, ты не можешь изменить «всех». Но, как я уже говорил, ты не обязан становиться рабом системы. Ты можешь отбросить прошлое, сокрушить под ногой мир и позволить всему пойти насмарку.

   — Хатиман Хикигая · книга
5. «

   Логическим путём можно убедить только тех, кто сам руководствуется логикой.

   Логическим путём можно убедить только тех, кто сам руководствуется логикой.

   — Хатиман Хикигая · книга
6. «

   Полагаться на собственные силы и собственную волю – это путь к взрослению. Научившись ползать, потом ходить, когда-нибудь ты впервые поймёшь, что значит идти вместе с кем-то.

   Полагаться на собственные силы и собственную волю – это путь к взрослению. Научившись ползать, потом ходить, когда-нибудь ты впервые поймёшь, что значит идти вместе с кем-то.

   — Хатиман Хикигая · книга
7. «

   — Восприятие окружающих день за днём меняется. Когда проводишь много времени с кем-то, растёшь вместе с ним, постепенно начинаешь понимать его. — Вообще-то, я не чувствую, чтобы мы росли. Всё время повторяем одно и то же. — Но какие-то изменения всё равно происходят.

   — Восприятие окружающих день за днём меняется. Когда проводишь много времени с кем-то, растёшь вместе с ним, постепенно начинаешь понимать его. — Вообще-то, я не чувствую, чтобы мы росли. Всё время повторяем одно и то же. — Но какие-то изменения всё равно происходят.

   — Сидзука Хирацука · книга
8. «

   ... А что тогда насчёт отношений между сёстрами или между ней и её матерью? Они жили вместе дольше пятнадцати лет, под одной крышей, разделяя одни и те же воспоминания, одни ценности. И всё равно конфликтуют, всё равно не понимают друг друга? Как они тогда могут общаться с посторонними?

   ... А что тогда насчёт отношений между сёстрами или между ней и её матерью? Они жили вместе дольше пятнадцати лет, под одной крышей, разделяя одни и те же воспоминания, одни ценности. И всё равно конфликтуют, всё равно не понимают друг друга? Как они тогда могут общаться с посторонними?

   — Хатиман Хикигая · книга
9. «

   Она подхватила кусочек этой чёрной отравы, больше смахивающей на железную руду, и посмотрела на меня. На её глаза навернулись слёзы. — Мы ведь не умрём, правда?

   Она подхватила кусочек этой чёрной отравы, больше смахивающей на железную руду, и посмотрела на меня. На её глаза навернулись слёзы. — Мы ведь не умрём, правда?

   — Юкино Юкиносита · книга
10. «

    Если все будут страдать вместе, мир станет тихим и спокойным.

    Если все будут страдать вместе, мир станет тихим и спокойным.

    — Хатиман Хикигая · книга
11. «

    Знаешь, нет в июне ничего хорошего. Никаких праздников, льёт постоянно, сырость. Говорят, что июнь – месяц радости, но что-то никакой радости я не вижу.

    Знаешь, нет в июне ничего хорошего. Никаких праздников, льёт постоянно, сырость. Говорят, что июнь – месяц радости, но что-то никакой радости я не вижу.

    — Хатиман Хикигая · книга
12. «

    В неизбежной потере всего есть некая красота. В неизбежном конце есть смысл. Даже такие вещи, как передышки, комбинации застоя и неуверенности когда-нибудь закончатся. И смириться с такой правдой – то, что должен сделать каждый. Уверен, каждый однажды вспомнит обо всем, что когда-то потерял, и подумает об этом, как о неком сокровище...

    В неизбежной потере всего есть некая красота. В неизбежном конце есть смысл. Даже такие вещи, как передышки, комбинации застоя и неуверенности когда-нибудь закончатся. И смириться с такой правдой – то, что должен сделать каждый. Уверен, каждый однажды вспомнит обо всем, что когда-то потерял, и подумает об этом, как о неком сокровище...
13. «

    ... А ес­ли я что-то ре­шил, то дол­жен сде­лать. Так всег­да вы­ходит. Ме­ня ве­дут, тя­нут, под­талки­ва­ют, но в кон­це ре­шение дол­жен при­нять я сам. Та­кой уж у ме­ня ха­рак­тер. Тут не­чем хва­лить­ся и не­чем гор­дить­ся. Это прос­то при­выч­ка, она же — вто­рая на­тура. Если ты сам по себе, то и де­лать всё дол­жен сам. Это и зна­чит быть оди­ноч­кой. Мо­жете на­зывать ме­ня иг­ро­ком-уни­вер­са­лом. Хо­тя, чес­тно го­воря, это не зна­чит, что я мо­гу всё, нап­ро­тив, у ме­ня ма­ло что по­луча­ет­ся. Ес­ли хо­тите знать, в чём я дей­стви­тель­но мас­тер, так это в уме­нии убедить се­бя са­мого сдать­ся и отступить.

    ... А ес­ли я что-то ре­шил, то дол­жен сде­лать. Так всег­да вы­ходит. Ме­ня ве­дут, тя­нут, под­талки­ва­ют, но в кон­це ре­шение дол­жен при­нять я сам. Та­кой уж у ме­ня ха­рак­тер. Тут не­чем хва­лить­ся и не­чем гор­дить­ся. Это прос­то при­выч­ка, она же — вто­рая на­тура. Если ты сам по себе, то и де­лать всё дол­жен сам. Это и зна­чит быть оди­ноч­кой. Мо­жете на­зывать ме­ня иг­ро­ком-уни­вер­са­лом. Хо­тя, чес­тно го­воря, это не зна­чит, что я мо­гу всё, нап­ро­тив, у ме­ня ма­ло что по­луча­ет­ся. Ес­ли хо­тите знать, в чём я дей­стви­тель­но мас­тер, так это в уме­нии убедить се­бя са­мого сдать­ся и отступить.

    — Хатиман Хикигая · книга
14. «

    Мне предстоит выйти не на ту сцену, что в лучах прожекторов.

    Мне предстоит выйти не на ту сцену, что в лучах прожекторов.

    — Хатиман Хикигая · книга
15. «

    Когда тебя слышат без слов, понимают без действий, прощают, даже если что-то случится. Глупая и далёкая от реальности, но прекрасная иллюзия.

    Когда тебя слышат без слов, понимают без действий, прощают, даже если что-то случится. Глупая и далёкая от реальности, но прекрасная иллюзия.

    — Хатиман Хикигая · книга
16. «

    Впрочем, мне кажется, изображать из себя несведущего немного нечестно. Веду себя прямо как взрослый. Может, конечно, это всего лишь мои заморочки, основанные на личном опыте, но в юности мне всегда казалось, что лучше уж притворяться, что чего-то не знаешь, чем что что-то знаешь.

    Впрочем, мне кажется, изображать из себя несведущего немного нечестно. Веду себя прямо как взрослый. Может, конечно, это всего лишь мои заморочки, основанные на личном опыте, но в юности мне всегда казалось, что лучше уж притворяться, что чего-то не знаешь, чем что что-то знаешь.
17. «

    Чувство, что что-то не так. Однажды осознав его, я не могу больше думать о нём как о простом беспокойстве. Нельзя определять такое чувство, осознавать его. Не стоит выискивать в нём смысл. Потому что найдя смысл, можно потерять всё остальное. Если бы я мог принять его, мне было бы легче. Но я не могу, потому что знаю. Придав ему какую-то форму, я не смогу больше изменить его, потому что тогда оно разрушится. Я хочу чего-то неразрушимого, а значит, я должен избегать давать ему имя.

    Чувство, что что-то не так. Однажды осознав его, я не могу больше думать о нём как о простом беспокойстве. Нельзя определять такое чувство, осознавать его. Не стоит выискивать в нём смысл. Потому что найдя смысл, можно потерять всё остальное. Если бы я мог принять его, мне было бы легче. Но я не могу, потому что знаю. Придав ему какую-то форму, я не смогу больше изменить его, потому что тогда оно разрушится. Я хочу чего-то неразрушимого, а значит, я должен избегать давать ему имя.

    — Хатиман Хикигая · книга
18. «

    Настоящие воины не входят в команду. Одиночки всегда будут противостоять всему миру. «Я против всех», как в фильме Стивена Сигала.

    Настоящие воины не входят в команду. Одиночки всегда будут противостоять всему миру. «Я против всех», как в фильме Стивена Сигала.

    — Хатиман Хикигая · книга
19. «

    Именно одиночество заставляет любопытствовать, всё ли там хорошо с другими. Ты беспокоишься о них, стараясь избавиться от этого чувства. Но если взглянуть со стороны, ты на самом деле беспокоишься о себе. Как говорится, по другую сторону зеркала всегда стоит незнакомец. Но на самом деле этот незнакомец и есть сам человек. Только он и останется, если убрать явный обман, который называют фильтром. А значит, люди беспокоятся только о себе. Когда люди интересуются, всё ли в порядке с другими, на самом деле они сравнивают их с собой. Просто они так самоутверждаются. Пользоваться другими, чтобы утвердить своё собственное положение – это совершенно бесчестно. Так поступать нельзя. А значит, изоляция – это и справедливое, и верное решение.

    Именно одиночество заставляет любопытствовать, всё ли там хорошо с другими. Ты беспокоишься о них, стараясь избавиться от этого чувства. Но если взглянуть со стороны, ты на самом деле беспокоишься о себе. Как говорится, по другую сторону зеркала всегда стоит незнакомец. Но на самом деле этот незнакомец и есть сам человек. Только он и останется, если убрать явный обман, который называют фильтром. А значит, люди беспокоятся только о себе. Когда люди интересуются, всё ли в порядке с другими, на самом деле они сравнивают их с собой. Просто они так самоутверждаются. Пользоваться другими, чтобы утвердить своё собственное положение – это совершенно бесчестно. Так поступать нельзя. А значит, изоляция – это и справедливое, и верное решение.

    — Хатиман Хикигая · книга
20. «

    Мне правда хочется, чтобы продавцы не заговаривали со мной, когда я выбираю одежду. Они должны чувствовать соответствующую ауру, исходящую от одиночек. Если бы они так и поступали, думаю, их продажи наверняка возросли бы.

    Мне правда хочется, чтобы продавцы не заговаривали со мной, когда я выбираю одежду. Они должны чувствовать соответствующую ауру, исходящую от одиночек. Если бы они так и поступали, думаю, их продажи наверняка возросли бы.

    — Хатиман Хикигая · книга