32 цитаты из книги «Вера Камша. Шар Судеб» без воды

Собрали 32 цитаты из книги «Вера Камша. Шар Судеб» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Если повар не ворует яйца и сало, знает, как готовить яичницу, и не отвлекается, когда ее жарит, вы тоже будете настаивать, что ему везет?

   Если повар не ворует яйца и сало, знает, как готовить яичницу, и не отвлекается, когда ее жарит, вы тоже будете настаивать, что ему везет?

   — Лионель Савиньяк · книга
2. «

   Печальный Язык еще мог защищаться, он хотел защищаться. Старый, заброшенный, он на несколько недель стал нужным и важным, за него были готовы умереть, он поверил, он принял защитников и полюбил, а те ночью ушли. Тихо, воровато, прикрыв обман полусотней конных, которые при первых выстрелах тоже сбегут. Останутся разбитые стены и заклепанные, изуродованные пушки, которым за верность намертво забили горло…

   Печальный Язык еще мог защищаться, он хотел защищаться. Старый, заброшенный, он на несколько недель стал нужным и важным, за него были готовы умереть, он поверил, он принял защитников и полюбил, а те ночью ушли. Тихо, воровато, прикрыв обман полусотней конных, которые при первых выстрелах тоже сбегут. Останутся разбитые стены и заклепанные, изуродованные пушки, которым за верность намертво забили горло…

   — Жермон Ариго · книга
3. «

   Нет пути для впавших в уныние и пьющих горе свое аки вино.

   Нет пути для впавших в уныние и пьющих горе свое аки вино.

   — Бонифаций · книга
4. «

   – Плечи у тебя хороши, – раздалось за спиной, – и что пониже не хуже, а вот с головой – конфуз.

   – Плечи у тебя хороши, – раздалось за спиной, – и что пониже не хуже, а вот с головой – конфуз.

   — Бонифаций · книга
5. «

   Если зверь совсем как лошадь, только с рогами, долой рога! Это лошадь, с которой пошутили. Лошадь, господа…

   Если зверь совсем как лошадь, только с рогами, долой рога! Это лошадь, с которой пошутили. Лошадь, господа…

   — Арлетта Савиньяк · книга
6. «

   Если человек делает то, чего от него не ожидаешь, надо не удивляться и не злиться, а искать причину.

   Если человек делает то, чего от него не ожидаешь, надо не удивляться и не злиться, а искать причину.

   — Арлетта Савиньяк · книга
7. «

   Овце без разницы, кто ее с ягнятами сожрет, добрый человек или волк.

   Овце без разницы, кто ее с ягнятами сожрет, добрый человек или волк.

   — Матильда Алати · книга
8. «

   Опять помнишь. Забудь… Память – это пыль… Память – это конец… Ваша старость растёт из памяти. Зачем тебе старость? Зачем помнить, радуйся!

   Опять помнишь. Забудь… Память – это пыль… Память – это конец… Ваша старость растёт из памяти. Зачем тебе старость? Зачем помнить, радуйся!

   — Кэцхен · книга
9. «

   Убийцы и клеветники жрут из одной кормушки.

   Убийцы и клеветники жрут из одной кормушки.

   — Руперт фок Фельсенбург · книга
10. «

    Не равняйте меня ни с Создателем, ни с невеждой. Лишь первый знает все, и лишь второй так полагает.

    Не равняйте меня ни с Создателем, ни с невеждой. Лишь первый знает все, и лишь второй так полагает.

    — Левий · книга
11. «

    Единственный способ защитить любимых — это отказаться и уйти, унося свое проклятье — свою замешанную на чужой гибели удачу.

    Единственный способ защитить любимых — это отказаться и уйти, унося свое проклятье — свою замешанную на чужой гибели удачу.
12. «

    Опираться на тень бесплотную казалось свинством, но Арлетта повисла на руке сына Жозины. Именно повисла, потому что потерявших близких надо тянуть к земле, иначе улетят. Тянуть долгом, а еще лучше любовью...

    Опираться на тень бесплотную казалось свинством, но Арлетта повисла на руке сына Жозины. Именно повисла, потому что потерявших близких надо тянуть к земле, иначе улетят. Тянуть долгом, а еще лучше любовью...
13. «

    Свое горе начинает драть душу с опозданием, когда все доделано, убрано, сожжено и ты остаешься с ним один на один. Или почти один на один. Вот тогда оно и приходит, садится на кровать и начинает здесь жить. Долго... А горе друзей, оно болит сразу, оно зазора не дает. Правда, оно, сделав свое дело, иногда собирается и уходит.

    Свое горе начинает драть душу с опозданием, когда все доделано, убрано, сожжено и ты остаешься с ним один на один. Или почти один на один. Вот тогда оно и приходит, садится на кровать и начинает здесь жить. Долго... А горе друзей, оно болит сразу, оно зазора не дает. Правда, оно, сделав свое дело, иногда собирается и уходит.

    — Арлетта Савиньяк · книга
14. «

    Человеческая смерть тонет в смерти растений.

    Человеческая смерть тонет в смерти растений.

    — Арлетта Савиньяк · книга
15. «

    Думаешь, что воюешь с прошлым, а оно все еще настоящее, а когда становится прошлым, война заканчивается. Незаметно и навсегда.

    Думаешь, что воюешь с прошлым, а оно все еще настоящее, а когда становится прошлым, война заканчивается. Незаметно и навсегда.

    — Жермон Ариго · книга
16. «

    Волны помнят и с этим живут, среди горьких и странных песен, среди рухнувших старых лестниц, задыхаясь от новой боли, унося слёзы сердца в море, остывая, как скалы ночью, поседев, как травы обочин, ты идёшь от осени к лету, от заката идёшь к рассвету… Остальное, поверь, не нужно, отвернись от беды минувшей, посмотри на цветы живые, твои раны – не ножевые, твоё горе – не соль морская, жизнь твоя – не чаша пустая…

    Волны помнят и с этим живут, среди горьких и странных песен, среди рухнувших старых лестниц, задыхаясь от новой боли, унося слёзы сердца в море, остывая, как скалы ночью, поседев, как травы обочин, ты идёшь от осени к лету, от заката идёшь к рассвету… Остальное, поверь, не нужно, отвернись от беды минувшей, посмотри на цветы живые, твои раны – не ножевые, твоё горе – не соль морская, жизнь твоя – не чаша пустая…
17. «

    Я готов дать слово варварского короля. Его не нарушали из боязни погубить свой род и свой дом. Потом его перестали давать, но молчать – не значит забыть.

    Я готов дать слово варварского короля. Его не нарушали из боязни погубить свой род и свой дом. Потом его перестали давать, но молчать – не значит забыть.

    — Хайнрих Гаунау · книга
18. «

    Это страшно, когда от боли, от несправедливости кричат те, кто привык встречать любую беду молча.

    Это страшно, когда от боли, от несправедливости кричат те, кто привык встречать любую беду молча.
19. «

    Жизнь полна таких возможностей, что умирать, болеть и проигрывать войны просто неприлично.

    Жизнь полна таких возможностей, что умирать, болеть и проигрывать войны просто неприлично.

    — Жермон Ариго · книга
20. «

    Вижу, впала ты в грех трезвости и воздержания. Порицаю.

    Вижу, впала ты в грех трезвости и воздержания. Порицаю.

    — Бонифаций · книга