297 цитат из книги «Виктор Гюго. Отверженные» с глубоким смыслом

Собрали 297 цитат из книги «Виктор Гюго. Отверженные» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Сосредоточение Вселенной в одном существе, претворение одного существа в божество — это и есть любовь.

   Сосредоточение Вселенной в одном существе, претворение одного существа в божество — это и есть любовь.
2. «

   Работа — закон; кто отказывается от неё, видя в ней скуку, узнает её как мучительное наказание. Раз ты не хочешь быть тружеником, то станешь рабом.

   Работа — закон; кто отказывается от неё, видя в ней скуку, узнает её как мучительное наказание. Раз ты не хочешь быть тружеником, то станешь рабом.
3. «

   Сердце человеческое не должно пустовать.

   Сердце человеческое не должно пустовать.
4. «

   Некоторые полицейские имеют какую-то особенную физиономию, отмеченные одновременно и неизменностью и властностью.

   Некоторые полицейские имеют какую-то особенную физиономию, отмеченные одновременно и неизменностью и властностью.
5. «

   Имя — это личность. Я считаю, что украсть имя и скрываться под этим именем — бесчестно. Присвоение известных букв из алфавита такое же мошенничество, как и кража кошелька или часов.

   Имя — это личность. Я считаю, что украсть имя и скрываться под этим именем — бесчестно. Присвоение известных букв из алфавита такое же мошенничество, как и кража кошелька или часов.

   — Жан Вальжан · книга
6. «

   Неужели судьба может быть так же жестока, как мыслящее существо, сделаться такой же чудовищной, как сердце человека?

   Неужели судьба может быть так же жестока, как мыслящее существо, сделаться такой же чудовищной, как сердце человека?
7. «

   Меньше славы, зато больше свободы.

   Меньше славы, зато больше свободы.
8. «

   Дать изображение ребенка — значит дать изображение города; вот почему доля изучения этого орла мы воспользовались обыкновенным воробышком.

   Дать изображение ребенка — значит дать изображение города; вот почему доля изучения этого орла мы воспользовались обыкновенным воробышком.
9. «

   Быть святым — исключение; быть справедливым — правило. Заблуждайтесь, падайте, грешите, но будьте справедливы. Как можно меньше грешить — вот закон для человека.

   Быть святым — исключение; быть справедливым — правило. Заблуждайтесь, падайте, грешите, но будьте справедливы. Как можно меньше грешить — вот закон для человека.

   — Шарль-Франсуа-Бьенвеню Мириель · книга
10. «

    Он не понимал, как могут люди ненавидеть друг друга из-за такой «чепухи», как хартия, демократия, легитимизм, монархия, республика и т. п., когда на свете существует такое множество всякого рода мхов, трав и кустарников, которыми можно любоваться, и такое множество всяческих книг, не только in folio, но и в одну тридцать вторую долю, которые можно листать.

    Он не понимал, как могут люди ненавидеть друг друга из-за такой «чепухи», как хартия, демократия, легитимизм, монархия, республика и т. п., когда на свете существует такое множество всякого рода мхов, трав и кустарников, которыми можно любоваться, и такое множество всяческих книг, не только in folio, но и в одну тридцать вторую долю, которые можно листать.
11. «

    Для того чтобы человечество двигалось вперед надо, чтобы оно видело на вершинах перед собою великие примеры мужества.

    Для того чтобы человечество двигалось вперед надо, чтобы оно видело на вершинах перед собою великие примеры мужества.
12. «

    Подделки из прошлого принимают чужое имя и охотно выдают себя за будущее. Прошлое — это привидение, способное подчистить свой паспорт.

    Подделки из прошлого принимают чужое имя и охотно выдают себя за будущее. Прошлое — это привидение, способное подчистить свой паспорт.
13. «

    На самом ли деле вы тот, кто зовется счастливцем? Ну, так вот – вы грустны всякий день. Каждому дню своя большая печаль или своя маленькая забота. Вчера вы дрожали за здоровье того, кто вам дорог, сегодня боитесь за свое собственное, завтра вас беспокоят денежные дела, послезавтра наветы клеветника, вслед за этим – несчастье друга; потом дурная погода, потом какая-нибудь разбитая или потерянная вещь, потом удовольствие, за которое вам приходится расплачиваться муками совести и болью в позвоночнике, а иной раз – и положение государственных дел. Все это, не считая сердечных горестей. И так далее, до бесконечности. Одно облако рассеивается, другое лишь меняет очертания. На сто дней едва ли найдется один, полный неомраченной радости и солнца. А ведь вы принадлежите к небольшому числу тех, кто обладает счастьем! Что касается других людей, то ночь, беспросветная ночь над ними.

    На самом ли деле вы тот, кто зовется счастливцем? Ну, так вот – вы грустны всякий день. Каждому дню своя большая печаль или своя маленькая забота. Вчера вы дрожали за здоровье того, кто вам дорог, сегодня боитесь за свое собственное, завтра вас беспокоят денежные дела, послезавтра наветы клеветника, вслед за этим – несчастье друга; потом дурная погода, потом какая-нибудь разбитая или потерянная вещь, потом удовольствие, за которое вам приходится расплачиваться муками совести и болью в позвоночнике, а иной раз – и положение государственных дел. Все это, не считая сердечных горестей. И так далее, до бесконечности. Одно облако рассеивается, другое лишь меняет очертания. На сто дней едва ли найдется один, полный неомраченной радости и солнца. А ведь вы принадлежите к небольшому числу тех, кто обладает счастьем! Что касается других людей, то ночь, беспросветная ночь над ними.
14. «

    Улыбка любимой женщины сияет даже во тьме.

    Улыбка любимой женщины сияет даже во тьме.
15. «

    Его отнюдь не пугали никакие крепости, повсюду воздвигнутые против человечества суеверием, деспотизмом и предрассудками.

    Его отнюдь не пугали никакие крепости, повсюду воздвигнутые против человечества суеверием, деспотизмом и предрассудками.

    — Комбефер · книга
16. «

    Разрешите обе проблемы: поощряйте богатого и покровительствуйте бедному, уничтожьте нищету, положите конец несправедливой эксплуатации слабого сильным, наложите узду на неправую зависть того, кто находится в пути, к тому, кто достиг цели, по-братски и точно установите оплату за труд соответственно работе, подарите бесплатное и обязательное обучение подрастающим детям, сделайте из знания основу зрелости; давая работу рукам, развивайте и ум, будьте одновременно могущественным народом и семьей счастливых людей, демократизируйте собственность, не отменив ее, но сделав общедоступной, чтобы каждый гражданин без исключения был собственником, а это легче, чем кажется, короче говоря, умейте создавать богатство и умейте его распределять; тогда вы будете обладать материальным величием и величием нравственным; тогда вы будете достойны называть себя Францией.

    Разрешите обе проблемы: поощряйте богатого и покровительствуйте бедному, уничтожьте нищету, положите конец несправедливой эксплуатации слабого сильным, наложите узду на неправую зависть того, кто находится в пути, к тому, кто достиг цели, по-братски и точно установите оплату за труд соответственно работе, подарите бесплатное и обязательное обучение подрастающим детям, сделайте из знания основу зрелости; давая работу рукам, развивайте и ум, будьте одновременно могущественным народом и семьей счастливых людей, демократизируйте собственность, не отменив ее, но сделав общедоступной, чтобы каждый гражданин без исключения был собственником, а это легче, чем кажется, короче говоря, умейте создавать богатство и умейте его распределять; тогда вы будете обладать материальным величием и величием нравственным; тогда вы будете достойны называть себя Францией.
17. «

    Разумеется, и пламя пожара озаряет, но почему бы не дождаться восхода солнца?

    Разумеется, и пламя пожара озаряет, но почему бы не дождаться восхода солнца?
18. «

    Когда к нему заявлялась беда, он дружески приветствовал её как старую знакомую и похлопывал невзгоды по плечу.

    Когда к нему заявлялась беда, он дружески приветствовал её как старую знакомую и похлопывал невзгоды по плечу.

    — Легль · книга
19. «

    И ничто не могло бы произвести более мучительное и более страшное впечатление, чем это лицо, на котором, если можно так выразиться, отразилась вся скверна добра.

    И ничто не могло бы произвести более мучительное и более страшное впечатление, чем это лицо, на котором, если можно так выразиться, отразилась вся скверна добра.
20. «

    Мечтательность хороша, как наркотическое средство в умеренной дозе. Она успокаивает лихорадку деятельного ума, нередко жестокую, и порождает в нём лёгкий прохладный туман, смягчающий слишком резкие очертания ясной мысли, заполняет пробелы и пустоты, связывает отдельные группы идей и затушёвывает их острые углы. Но одна лишь мечтательность всё затопляет и поглощает. Горе труженику ума, позволившему себе, покинув высоты ума, всецело отдаться мечте! Он думает, что легко воспрянет, и убеждает себя, что, в общем, это одно и то же. Заблуждение! Мышление — работа ума, мечтательность — его сладострастие. Заменить мысль мечтой — значит принять яд за пищу.

    Мечтательность хороша, как наркотическое средство в умеренной дозе. Она успокаивает лихорадку деятельного ума, нередко жестокую, и порождает в нём лёгкий прохладный туман, смягчающий слишком резкие очертания ясной мысли, заполняет пробелы и пустоты, связывает отдельные группы идей и затушёвывает их острые углы. Но одна лишь мечтательность всё затопляет и поглощает. Горе труженику ума, позволившему себе, покинув высоты ума, всецело отдаться мечте! Он думает, что легко воспрянет, и убеждает себя, что, в общем, это одно и то же. Заблуждение! Мышление — работа ума, мечтательность — его сладострастие. Заменить мысль мечтой — значит принять яд за пищу.