114 цитат из книги «Виктор Пелевин. Священная книга оборотня» на каждый день

Ниже 114 цитат из книги «Виктор Пелевин. Священная книга оборотня»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — У вас с собой нет вилки? — Вилки? Зачем? — Лапшу снимать. Которую вы мне на уши вешаете.

   — У вас с собой нет вилки? — Вилки? Зачем? — Лапшу снимать. Которую вы мне на уши вешаете.

   — А Хули · книга
2. «

   Диоген Лаэртский рассказывал о философе, который три года обучался бесстрастию, платя монету каждому оскорбившему его человеку. Когда его ученичество кончилось, философ перестал раздавать деньги, но навыки остались: однажды его оскорбил какой-то невежа, и он, вместо того чтобы наброситься на него с кулаками, захохотал: «Надо же, – сказал он, – сегодня я бесплатно получил то, за что платил целых три года!»

   Диоген Лаэртский рассказывал о философе, который три года обучался бесстрастию, платя монету каждому оскорбившему его человеку. Когда его ученичество кончилось, философ перестал раздавать деньги, но навыки остались: однажды его оскорбил какой-то невежа, и он, вместо того чтобы наброситься на него с кулаками, захохотал: «Надо же, – сказал он, – сегодня я бесплатно получил то, за что платил целых три года!»
3. «

   — Жду тебя, мой цветок. Он повесил трубку. Мой цветок, подумала я, надо же. Считает меня растением.

   — Жду тебя, мой цветок. Он повесил трубку. Мой цветок, подумала я, надо же. Считает меня растением.
4. «

   Однако Малевич, хоть и называл себя супрематистом, был верен правде жизни — света в российском небе чаще всего нет. И душе не остается ничего иного, кроме производить невидимые звезды из себя самой — таков смысл полотна.

   Однако Малевич, хоть и называл себя супрематистом, был верен правде жизни — света в российском небе чаще всего нет. И душе не остается ничего иного, кроме производить невидимые звезды из себя самой — таков смысл полотна.
5. «

   В любом случае «дурманить» и «искажать» – это слишком оценочный язык, который переводит вопрос в эмоциональную плоскость и не даёт понять сущность дела.

   В любом случае «дурманить» и «искажать» – это слишком оценочный язык, который переводит вопрос в эмоциональную плоскость и не даёт понять сущность дела.
6. «

   У свиньи так устроена шея, что она не может смотреть в небо. Но из этого вовсе не следует, что небо – сексуальный невроз.

   У свиньи так устроена шея, что она не может смотреть в небо. Но из этого вовсе не следует, что небо – сексуальный невроз.

   — А Хули · книга
7. «

   Меня поразило выражение его лица. Не знаю, как объяснить. Как если бы человек много лет жил с зубной болью и привык не обращать на нее внимания, хоть боль мучила его каждый день.

   Меня поразило выражение его лица. Не знаю, как объяснить. Как если бы человек много лет жил с зубной болью и привык не обращать на нее внимания, хоть боль мучила его каждый день.
8. «

   Послушав песню один раз, он завел ее снова. Потом еще раз. Потом еще. Видимо, его душе нужен был кислород.

   Послушав песню один раз, он завел ее снова. Потом еще раз. Потом еще. Видимо, его душе нужен был кислород.
9. «

   Размеры вещей должны быть пропорциональны месту, которое они занимают в жизни.

   Размеры вещей должны быть пропорциональны месту, которое они занимают в жизни.

   — А Хули · книга
10. «

    В большинстве случаев, если ты что-то понял, ты уже никогда не сумеешь понять этого снова, именно потому, что ты все как бы уже знаешь. А в истине нет ничего такого, что можно понять раз и навсегда. Поскольку мы видим ее не глазами, а умом, мы говорим «я понимаю». Но когда мы думаем, что мы ее поняли, мы ее уже потеряли. Чтобы обладать истиной, надо ее постоянно видеть — или, другими словами, понимать вновь и вновь, секунда за секундой, непрерывно.

    В большинстве случаев, если ты что-то понял, ты уже никогда не сумеешь понять этого снова, именно потому, что ты все как бы уже знаешь. А в истине нет ничего такого, что можно понять раз и навсегда. Поскольку мы видим ее не глазами, а умом, мы говорим «я понимаю». Но когда мы думаем, что мы ее поняли, мы ее уже потеряли. Чтобы обладать истиной, надо ее постоянно видеть — или, другими словами, понимать вновь и вновь, секунда за секундой, непрерывно.
11. «

    Самая смешная из моих проблем — моё имя. Она возникает у меня только в России. Но, поскольку я здесь живу, приходится признать, что это очень реальная проблема. Меня зовут А Хули.

    Самая смешная из моих проблем — моё имя. Она возникает у меня только в России. Но, поскольку я здесь живу, приходится признать, что это очень реальная проблема. Меня зовут А Хули.
12. «

    Атомная бомба, одеколон Гуччи, презерватив с ребристой насечкой, новости CNN, полеты на Марс — все эти пестрые чудеса даже не коснулись тех весов, на которых взвешивается суть мира.

    Атомная бомба, одеколон Гуччи, презерватив с ребристой насечкой, новости CNN, полеты на Марс — все эти пестрые чудеса даже не коснулись тех весов, на которых взвешивается суть мира.
13. «

    Понимание того, что все создано умом, разрушает самый страшный ад.

    Понимание того, что все создано умом, разрушает самый страшный ад.
14. «

    Кто не знает, курение приводит к мозговому выбросу допамина — вещества, которое отвечает за ощущение благополучия: курильщик берет это благополучие в долг у своего будущего и превращает его в проблемы со здоровьем.

    Кто не знает, курение приводит к мозговому выбросу допамина — вещества, которое отвечает за ощущение благополучия: курильщик берет это благополучие в долг у своего будущего и превращает его в проблемы со здоровьем.
15. «

    Мы, лисы, счастливые существа, поскольку у нас короткая память.

    Мы, лисы, счастливые существа, поскольку у нас короткая память.

    — А Хули · книга
16. «

    Когда долго смотришь вглубь себя, понимаешь, что там ничего нет. Как можно чего-то хотеть для этого ничего?

    Когда долго смотришь вглубь себя, понимаешь, что там ничего нет. Как можно чего-то хотеть для этого ничего?

    — А Хули · книга
17. «

    Собака смотрит на палку, а лев на того, кто ее кинул. Кстати, когда это понимаешь, становится намного легче читать нашу прессу.

    Собака смотрит на палку, а лев на того, кто ее кинул. Кстати, когда это понимаешь, становится намного легче читать нашу прессу.
18. «

    Вы, возможно, не в курсе — в русском языке «голубой» означает «гомосексуалист». Меня давно вопрос занимает, почему на всех штабных картах стрелочки всегда синие и красные. Как будто главное содержание истории — борьба пидарасов с коммунистами.

    Вы, возможно, не в курсе — в русском языке «голубой» означает «гомосексуалист». Меня давно вопрос занимает, почему на всех штабных картах стрелочки всегда синие и красные. Как будто главное содержание истории — борьба пидарасов с коммунистами.

    — Саша Серый · книга
19. «

    Кому-то может показаться, что жить в России и называться А Хули – довольно грустная судьба. Примерно как жить в Америке и зваться Whatze Phuck. Да, имя окрашивает мою жизнь в угрюмые тона, и какой-нибудь из внутренних голосов всегда готов спросить – а х... ты ждала от жизни, А Хули? Но это, как я уже сказала, самая мелкая из моих забот, даже не забота, поскольку работаю я под псевдонимом, а скорее что-то юмористическое – правда, из области черного юмора.

    Кому-то может показаться, что жить в России и называться А Хули – довольно грустная судьба. Примерно как жить в Америке и зваться Whatze Phuck. Да, имя окрашивает мою жизнь в угрюмые тона, и какой-нибудь из внутренних голосов всегда готов спросить – а х... ты ждала от жизни, А Хули? Но это, как я уже сказала, самая мелкая из моих забот, даже не забота, поскольку работаю я под псевдонимом, а скорее что-то юмористическое – правда, из области черного юмора.

    — А Хули · книга
20. «

    Последнее значение делает термин «реальный» синонимом слова «метафизический», поскольку доллар в наше время есть величина темно-мистическая, опирающаяся исключительно на веру в то, что завтра будет похоже на сегодня. А мистикой должны заниматься не оборотни, а те, кому положено по профессии — политтехнологи и экономисты.

    Последнее значение делает термин «реальный» синонимом слова «метафизический», поскольку доллар в наше время есть величина темно-мистическая, опирающаяся исключительно на веру в то, что завтра будет похоже на сегодня. А мистикой должны заниматься не оборотни, а те, кому положено по профессии — политтехнологи и экономисты.