31 цитата из книги «Владимир Гаков. Ультиматум» — читаем и делимся

31 цитата из книги «Владимир Гаков. Ультиматум» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Никто не видит в ноже, как таковом, зла! Им можно и хлеб резать и зарезать. Не в ноже зло, а в человеке, замыслившем убийство.

   Никто не видит в ноже, как таковом, зла! Им можно и хлеб резать и зарезать. Не в ноже зло, а в человеке, замыслившем убийство.

   — Адамович · книга
2. «

   Границы адаптации для человеческого организма никто пока не установил.

   Границы адаптации для человеческого организма никто пока не установил.
3. «

   Летом 1944 года, как явствует из мемуаров генерала Гровса, военный руководитель «Манхеттенского проекта» уже конкретно подумывал над возможным военным применением еще не созданного атомного оружия. Этим же летом, 6 июня, войска под командованием генерала Дуайта Эйзенхауэра начали осуществление другой, куда более знаменитой операции — «Оверлорд», высадившись в Северной Франции и открыв таким образом второй фронт в Европе. Но мало кто представляет себе, что в «Манхеттенский проект» было вовлечено людей больше, чем значилось в рядах экспедиционного корпуса Эйзенхауэра!

   Летом 1944 года, как явствует из мемуаров генерала Гровса, военный руководитель «Манхеттенского проекта» уже конкретно подумывал над возможным военным применением еще не созданного атомного оружия. Этим же летом, 6 июня, войска под командованием генерала Дуайта Эйзенхауэра начали осуществление другой, куда более знаменитой операции — «Оверлорд», высадившись в Северной Франции и открыв таким образом второй фронт в Европе. Но мало кто представляет себе, что в «Манхеттенский проект» было вовлечено людей больше, чем значилось в рядах экспедиционного корпуса Эйзенхауэра!
4. «

   Антифашистская литература не эпизод истории культуры отдельных стран, а одно из магистральных явлений духовной жизни нашего века.

   Антифашистская литература не эпизод истории культуры отдельных стран, а одно из магистральных явлений духовной жизни нашего века.
5. «

   Деятели культуры хорошо запомнили, кто грозил культуре пистолетом. Слишком нагл и в чем-то даже абсолютен был замах нацистских недоумков на незыблемые основания человеческой цивилизации: гуманизм, честь и достоинствоо человека, свободу, разум и прогресс, чтобы забыть, простить...

   Деятели культуры хорошо запомнили, кто грозил культуре пистолетом. Слишком нагл и в чем-то даже абсолютен был замах нацистских недоумков на незыблемые основания человеческой цивилизации: гуманизм, честь и достоинствоо человека, свободу, разум и прогресс, чтобы забыть, простить...
6. «

   Поиски Вечного Мира, наверное, самое упрямое из всех предприятий, на которые замахивался человек. Наваливались бесконечные войны, век от века все кровопролитнее, и уносили с человеческими жизнями последние крупицы веры в человеческий разум. И все-таки в нем постоянно тлела идея-феникс.

   Поиски Вечного Мира, наверное, самое упрямое из всех предприятий, на которые замахивался человек. Наваливались бесконечные войны, век от века все кровопролитнее, и уносили с человеческими жизнями последние крупицы веры в человеческий разум. И все-таки в нем постоянно тлела идея-феникс.
7. «

   В этой стране налаженный издательский конвейер действительно способен быстро откликнуться на любой спрос и выдавать промышленную продукцию сразу промышленными партиями. Причем в полноводном потоке обычно все перемешивается: паника, трезвый анализ, протест, циничный расчет на всегдашнюю любовь читателей к страшненькому и просто стихийная реакция на моду, которая, бог даст, продержится долго. Шум, ярость, страх, надежда, боль, недоумение...

   В этой стране налаженный издательский конвейер действительно способен быстро откликнуться на любой спрос и выдавать промышленную продукцию сразу промышленными партиями. Причем в полноводном потоке обычно все перемешивается: паника, трезвый анализ, протест, циничный расчет на всегдашнюю любовь читателей к страшненькому и просто стихийная реакция на моду, которая, бог даст, продержится долго. Шум, ярость, страх, надежда, боль, недоумение...
8. «

   Сегодня нужен гуманизм воинствующий, гуманизм, который открыл бы в себе мужество и проникся бы сознанием того, что принцип свободы, терпимости и сомнения не должен допустить, чтобы его эксплуатировал и топтал фанатизм, у которого нет ни стыда, ни сомнений.

   Сегодня нужен гуманизм воинствующий, гуманизм, который открыл бы в себе мужество и проникся бы сознанием того, что принцип свободы, терпимости и сомнения не должен допустить, чтобы его эксплуатировал и топтал фанатизм, у которого нет ни стыда, ни сомнений.
9. «

   Парашют в то утро, которое мы, хиросимцы, не сможем забыть вовеки, плавно покачивался под легкими облаками...

   Парашют в то утро, которое мы, хиросимцы, не сможем забыть вовеки, плавно покачивался под легкими облаками...

   — Санкити Тогэ · книга
10. «

    С первых же своих произведений антифашистская литература одновременно стала и подчеркнуто антимилитаристской. Правда, пришлось отказаться от привычных заклинаний: «искусство вне политики», «непротивление злу насилием» и т. п.

    С первых же своих произведений антифашистская литература одновременно стала и подчеркнуто антимилитаристской. Правда, пришлось отказаться от привычных заклинаний: «искусство вне политики», «непротивление злу насилием» и т. п.
11. «

    Тому, кто первым догадается сделать разумные бомбы, я бы поставил памятник и на нем надпись: «Плевать сюда».

    Тому, кто первым догадается сделать разумные бомбы, я бы поставил памятник и на нем надпись: «Плевать сюда».

    — Владимир Покровский · книга
12. «

    Похоже, остается признать правоту скептиков, тех, кто считает идею мирного существования по меньшей мере наивной. Исторический опыт человечества как будто наглухо блокирует эту светлую идею — о мире без войн...

    Похоже, остается признать правоту скептиков, тех, кто считает идею мирного существования по меньшей мере наивной. Исторический опыт человечества как будто наглухо блокирует эту светлую идею — о мире без войн...
13. «

    Стоило появиться какому-то новому открытию, призванному облагодетельствовать человечество, как его прибирали к рукам военные ведомства.

    Стоило появиться какому-то новому открытию, призванному облагодетельствовать человечество, как его прибирали к рукам военные ведомства.
14. «

    Атомная война все самые светлые человеческие качества, такие, как героизм и самопожертвование сведет к абсурду.

    Атомная война все самые светлые человеческие качества, такие, как героизм и самопожертвование сведет к абсурду.
15. «

    Отдельные скептики рано почувствовали, как далеко может завести не сдерживаемое любопытство ученых — в мире, которым управляют отнюдь не они.

    Отдельные скептики рано почувствовали, как далеко может завести не сдерживаемое любопытство ученых — в мире, которым управляют отнюдь не они.
16. «

    Актуальная сиюминутность властно завладела нашим вниманием, и вот уже раздаются голоса, что хватит, нет времени на романы, эссе, трактаты — подождут.

    Актуальная сиюминутность властно завладела нашим вниманием, и вот уже раздаются голоса, что хватит, нет времени на романы, эссе, трактаты — подождут.
17. «

    Сначала мы создаем врага. Образ появляется раньше оружия. Прежде мы убиваем других в помыслах, а потом уже изобретаем орудие убийства — боевой топор или баллистические ракеты. Пропаганда предшествует технологии.

    Сначала мы создаем врага. Образ появляется раньше оружия. Прежде мы убиваем других в помыслах, а потом уже изобретаем орудие убийства — боевой топор или баллистические ракеты. Пропаганда предшествует технологии.

    — Кин · книга
18. «

    Наше непрекращающее насилие над Природой когда-то может и ее вывести из равновесия. И она начнет себя защищать.

    Наше непрекращающее насилие над Природой когда-то может и ее вывести из равновесия. И она начнет себя защищать.
19. «

    По-настоящему трудно именно первым. Когда есть пример, зажжен факел в ночи, все полегче.

    По-настоящему трудно именно первым. Когда есть пример, зажжен факел в ночи, все полегче.
20. «

    Лично для меня сегодня нет храбрее и достойнее военных, чем те, кто, подобно отставным генералам, свои военнные знания отдают антивоенному движению.

    Лично для меня сегодня нет храбрее и достойнее военных, чем те, кто, подобно отставным генералам, свои военнные знания отдают антивоенному движению.