22 цитаты из книги «Януш Леон Вишневский. Мартина» — от иронии до философии

Собрали 22 цитаты из книги «Януш Леон Вишневский. Мартина» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Этот «Оптимист Тысячелетия» может простить все, и именно поэтому его нельзя предавать.

   Этот «Оптимист Тысячелетия» может простить все, и именно поэтому его нельзя предавать.
2. «

   Она чувствовала, что делает что-то плохое, что-то такое, что никто от неё не ожидал, и... ей это нравилось.

   Она чувствовала, что делает что-то плохое, что-то такое, что никто от неё не ожидал, и... ей это нравилось.
3. «

   Много вещей можно сделать без помощи мужика, хотя с мужиком некоторые из этих вещей делать приятнее.

   Много вещей можно сделать без помощи мужика, хотя с мужиком некоторые из этих вещей делать приятнее.
4. «

   Религиозные люди — это те, кто не может смириться с неизбежностью ухода из этого мира, кто боится наказания за грехи. Вот они и прикидываются возлюбившими тот Высший суд, что ждет их после смерти.

   Религиозные люди — это те, кто не может смириться с неизбежностью ухода из этого мира, кто боится наказания за грехи. Вот они и прикидываются возлюбившими тот Высший суд, что ждет их после смерти.

   — Магда · книга
5. «

   Я верю ему как глупая. Так же как верю и в любовь испанца, и в то, что шпроты были золотыми.

   Я верю ему как глупая. Так же как верю и в любовь испанца, и в то, что шпроты были золотыми.
6. «

   Это неправда, что жизнь, начинающаяся семь раз в неделю с чистки зубов и кончающаяся снятием макияжа по вечерам скучная. Как раз в таких рамках можно вести нормальную жизнь. Интересную. Полную событий. Регулярную. Пусть и без всплесков, зато без ожогов и греха.

   Это неправда, что жизнь, начинающаяся семь раз в неделю с чистки зубов и кончающаяся снятием макияжа по вечерам скучная. Как раз в таких рамках можно вести нормальную жизнь. Интересную. Полную событий. Регулярную. Пусть и без всплесков, зато без ожогов и греха.
7. «

   А теперь мне пришло в голову, что Анджей целовал мой свитер чуть ли не с той же самой нежностью, с какой Томаш целовал мои бедра.

   А теперь мне пришло в голову, что Анджей целовал мой свитер чуть ли не с той же самой нежностью, с какой Томаш целовал мои бедра.
8. «

   Красивый до ломоты в бёдрах.

   Красивый до ломоты в бёдрах.

   — Магда · книга
9. «

   Любовь — это когда хочешь переживать с кем-то все четыре времени года. Когда хочешь бежать с кем-то от весенней грозы под усыпанную цветами сирень, а летом собирать ягоды и купаться в реке. Осенью вместе варить варенье и заклеивать окна от холода. Зимой — помогать пережить насморк и долгие вечера...

   Любовь — это когда хочешь переживать с кем-то все четыре времени года. Когда хочешь бежать с кем-то от весенней грозы под усыпанную цветами сирень, а летом собирать ягоды и купаться в реке. Осенью вместе варить варенье и заклеивать окна от холода. Зимой — помогать пережить насморк и долгие вечера...

   — Мартина · книга
10. «

    Наше счастье...вроде джема в плохом пирожке...почти что и нет его.

    Наше счастье...вроде джема в плохом пирожке...почти что и нет его.

    — Мартина · книга
11. «

    — Уходи. Пожалуйста, уходи! Ничего не говори... Уходи! Он вышел без лишних слов. И не вернулся. Как он посмел не вернуться?!

    — Уходи. Пожалуйста, уходи! Ничего не говори... Уходи! Он вышел без лишних слов. И не вернулся. Как он посмел не вернуться?!
12. «

    Сейчас они припаялись друг к другу обручальными кольцами, а когда кончится эта химия, пойдут искать ножовку.

    Сейчас они припаялись друг к другу обручальными кольцами, а когда кончится эта химия, пойдут искать ножовку.
13. «

    ... иногда смерть мечты бывает не менее печальной, чем сама смерть.

    ... иногда смерть мечты бывает не менее печальной, чем сама смерть.

    — Магда · книга
14. «

    Ты экзальтированная. Ничего у тебя не разорвалось, ничего не может разрываться по многу раз в год, и если что и разорвалось, то точно не сердце.

    Ты экзальтированная. Ничего у тебя не разорвалось, ничего не может разрываться по многу раз в год, и если что и разорвалось, то точно не сердце.

    — Магда · книга
15. «

    Потому что, когда я думаю, что уж лучше быть не может, он что-то такое сделает, или скажет, или напишет, что мне снова кажется, что бывает ещё больше, ещё дальше, ещё нежнее.

    Потому что, когда я думаю, что уж лучше быть не может, он что-то такое сделает, или скажет, или напишет, что мне снова кажется, что бывает ещё больше, ещё дальше, ещё нежнее.
16. «

    А мне в голову пришло вот что: я не смогла бы с Томашем варить варенье и топить печь, когда станет холодно. Твоё письмо позволило мне понять, что любовь, кроме того, что она есть, еще должна быть прекрасной. Она может быть трудной, но не может быть неподходящей. Моя была неподходящей.

    А мне в голову пришло вот что: я не смогла бы с Томашем варить варенье и топить печь, когда станет холодно. Твоё письмо позволило мне понять, что любовь, кроме того, что она есть, еще должна быть прекрасной. Она может быть трудной, но не может быть неподходящей. Моя была неподходящей.

    — Мартина · книга
17. «

    Если ты несколько раз ныряешь в шкаф ради мужика, то на самом деле ты хочешь, чтобы он снял с тебя трусики. Вот на них ты и должна сделать акцент, а остальное забыть.

    Если ты несколько раз ныряешь в шкаф ради мужика, то на самом деле ты хочешь, чтобы он снял с тебя трусики. Вот на них ты и должна сделать акцент, а остальное забыть.

    — Магда · книга
18. «

    Ей не нужны были никакие объяснения, она не могла, а прежде всего — не хотела думать о будущем. В расчет принимались только мгновения, которые они могли провести вместе. Его чудесные прикосновения, находившие и открывавшие в ней источники наслаждения, о существовании которых она даже не догадывалась. Она забылась в сексе с ним. Совершенно. Она была такой, какой всегда хотела быть. И не была обязана ничего объяснять. Он и так все знал. Она то кричала, больно царапая его, а то снова льнула к нему и дарила нежнейшими ласками. Он никогда не засыпал раньше её, ночи напролёт они проводили в разговорах. В сущности, это он научил её шепоту. Он раскрывал перед ней свои самые сокровенные мысли и желания. И страхи. Для него она была единственной на земле женщиной. Она полностью доверилась ему, отдалась ему целиком, не оставив места ни для чего другого. Каждое слово он произносил в самый удачный момент. Она чувствовала, что с ним она может даже не говорить. Он всё и так знал. Она никогда не думала, что встретит кого-нибудь, кто будет понимать её так хорошо. И снова поддавалась очарованию. А потом он растоптал её душу.

    Ей не нужны были никакие объяснения, она не могла, а прежде всего — не хотела думать о будущем. В расчет принимались только мгновения, которые они могли провести вместе. Его чудесные прикосновения, находившие и открывавшие в ней источники наслаждения, о существовании которых она даже не догадывалась. Она забылась в сексе с ним. Совершенно. Она была такой, какой всегда хотела быть. И не была обязана ничего объяснять. Он и так все знал. Она то кричала, больно царапая его, а то снова льнула к нему и дарила нежнейшими ласками. Он никогда не засыпал раньше её, ночи напролёт они проводили в разговорах. В сущности, это он научил её шепоту. Он раскрывал перед ней свои самые сокровенные мысли и желания. И страхи. Для него она была единственной на земле женщиной. Она полностью доверилась ему, отдалась ему целиком, не оставив места ни для чего другого. Каждое слово он произносил в самый удачный момент. Она чувствовала, что с ним она может даже не говорить. Он всё и так знал. Она никогда не думала, что встретит кого-нибудь, кто будет понимать её так хорошо. И снова поддавалась очарованию. А потом он растоптал её душу.
19. «

    Нет пока ещё только чёрных презервативов. «Потому что чёрный цвет стройнит», — говорит Магда.

    Нет пока ещё только чёрных презервативов. «Потому что чёрный цвет стройнит», — говорит Магда.
20. «

    Но уже завтра у него будет новое сердце, чтобы снова отдать его ей.

    Но уже завтра у него будет новое сердце, чтобы снова отдать его ей.