24 цитаты из книги «Януш Леон Вишневский. Мартина» — топ по популярности

Собрали 24 цитаты из книги «Януш Леон Вишневский. Мартина» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Нет пока ещё только чёрных презервативов. «Потому что чёрный цвет стройнит», — говорит Магда.

   Нет пока ещё только чёрных презервативов. «Потому что чёрный цвет стройнит», — говорит Магда.
2. «

   Только умный мужик может быть интересным, даже когда он потолстеет и облысеет. Хуже всего, когда у него пресс рельефнее, чем мозг.

   Только умный мужик может быть интересным, даже когда он потолстеет и облысеет. Хуже всего, когда у него пресс рельефнее, чем мозг.

   — Мартина · книга
3. «

   Это неправда, что жизнь, начинающаяся семь раз в неделю с чистки зубов и кончающаяся снятием макияжа по вечерам скучная. Как раз в таких рамках можно вести нормальную жизнь. Интересную. Полную событий. Регулярную. Пусть и без всплесков, зато без ожогов и греха.

   Это неправда, что жизнь, начинающаяся семь раз в неделю с чистки зубов и кончающаяся снятием макияжа по вечерам скучная. Как раз в таких рамках можно вести нормальную жизнь. Интересную. Полную событий. Регулярную. Пусть и без всплесков, зато без ожогов и греха.
4. «

   Если ты несколько раз ныряешь в шкаф ради мужика, то на самом деле ты хочешь, чтобы он снял с тебя трусики. Вот на них ты и должна сделать акцент, а остальное забыть.

   Если ты несколько раз ныряешь в шкаф ради мужика, то на самом деле ты хочешь, чтобы он снял с тебя трусики. Вот на них ты и должна сделать акцент, а остальное забыть.

   — Магда · книга
5. «

   Всегда, когда телефон не звонит, я знаю, что это ты...

   Всегда, когда телефон не звонит, я знаю, что это ты...

   — Мартина · книга
6. «

   Она жила без мужчин. То есть рядом с ней не было таких мужчин, чей ум мог бы вызвать в ней проблеск желания, чтобы они коснулись её.

   Она жила без мужчин. То есть рядом с ней не было таких мужчин, чей ум мог бы вызвать в ней проблеск желания, чтобы они коснулись её.
7. «

   Он писал об интимности как о встрече душ, а разговор считал их сексуальным актом.

   Он писал об интимности как о встрече душ, а разговор считал их сексуальным актом.

   — Анджей · книга
8. «

   Наше счастье...вроде джема в плохом пирожке...почти что и нет его.

   Наше счастье...вроде джема в плохом пирожке...почти что и нет его.

   — Мартина · книга
9. «

   Любовь — это когда хочешь переживать с кем-то все четыре времени года. Когда хочешь бежать с кем-то от весенней грозы под усыпанную цветами сирень, а летом собирать ягоды и купаться в реке. Осенью вместе варить варенье и заклеивать окна от холода. Зимой — помогать пережить насморк и долгие вечера...

   Любовь — это когда хочешь переживать с кем-то все четыре времени года. Когда хочешь бежать с кем-то от весенней грозы под усыпанную цветами сирень, а летом собирать ягоды и купаться в реке. Осенью вместе варить варенье и заклеивать окна от холода. Зимой — помогать пережить насморк и долгие вечера...

   — Мартина · книга
10. «

    Любовь часто связана со страданием и болью. У некоторых женщин болят отбитые почки.

    Любовь часто связана со страданием и болью. У некоторых женщин болят отбитые почки.
11. «

    Парадоксально, но больше остальных, казалось ей, ее отвергал Анджей. Тот самый Анджей, которому она сама регулярно, по нескольку раз в неделю, давала от ворот поворот. И несмотря на это, он все время должен был быть при ней, учить для нее новые стихи, заниматься её компьютером, замечать новые туфли или новый лак, покупать для нее книги, напоминать, чтобы она позвонила отцу, и целовать её в шею, но только в случае, если перед этим вызовет в ней восхищение. А потом сразу забыть, что она позволила ему сделать это. Он должен был ждать. Переживать вместе с ней эту её зачарованность Торунью, покорно терпеть то, что она, ни слова не сказав, исчезает на весь уик-энд, а вернувшись, молчит пол недели, срываясь как ошалелая при каждом звонке телефона. Он устал ждать. Она даже не заметила, как он вышел из игры. В молчании постепенно гасло его присутствие. Как догорающая свеча.

    Парадоксально, но больше остальных, казалось ей, ее отвергал Анджей. Тот самый Анджей, которому она сама регулярно, по нескольку раз в неделю, давала от ворот поворот. И несмотря на это, он все время должен был быть при ней, учить для нее новые стихи, заниматься её компьютером, замечать новые туфли или новый лак, покупать для нее книги, напоминать, чтобы она позвонила отцу, и целовать её в шею, но только в случае, если перед этим вызовет в ней восхищение. А потом сразу забыть, что она позволила ему сделать это. Он должен был ждать. Переживать вместе с ней эту её зачарованность Торунью, покорно терпеть то, что она, ни слова не сказав, исчезает на весь уик-энд, а вернувшись, молчит пол недели, срываясь как ошалелая при каждом звонке телефона. Он устал ждать. Она даже не заметила, как он вышел из игры. В молчании постепенно гасло его присутствие. Как догорающая свеча.
12. «

    — Уходи. Пожалуйста, уходи! Ничего не говори... Уходи! Он вышел без лишних слов. И не вернулся. Как он посмел не вернуться?!

    — Уходи. Пожалуйста, уходи! Ничего не говори... Уходи! Он вышел без лишних слов. И не вернулся. Как он посмел не вернуться?!
13. «

    Я осознавала каждую частичку своего тела, когда он смотрел на меня.

    Я осознавала каждую частичку своего тела, когда он смотрел на меня.
14. «

    Ты экзальтированная. Ничего у тебя не разорвалось, ничего не может разрываться по многу раз в год, и если что и разорвалось, то точно не сердце.

    Ты экзальтированная. Ничего у тебя не разорвалось, ничего не может разрываться по многу раз в год, и если что и разорвалось, то точно не сердце.

    — Магда · книга
15. «

    Слова — вот самая большая ложь, на которую мужики ловят нас.

    Слова — вот самая большая ложь, на которую мужики ловят нас.
16. «

    А мне в голову пришло вот что: я не смогла бы с Томашем варить варенье и топить печь, когда станет холодно. Твоё письмо позволило мне понять, что любовь, кроме того, что она есть, еще должна быть прекрасной. Она может быть трудной, но не может быть неподходящей. Моя была неподходящей.

    А мне в голову пришло вот что: я не смогла бы с Томашем варить варенье и топить печь, когда станет холодно. Твоё письмо позволило мне понять, что любовь, кроме того, что она есть, еще должна быть прекрасной. Она может быть трудной, но не может быть неподходящей. Моя была неподходящей.

    — Мартина · книга
17. «

    Ты даже не представляешь, какое это мучительное чувство. Как это бывает, когда слушаешь мужчину и тебе кажется, что он, как из ящиков стола, достает из твоей головы мысли. Включает музыку, и это именно то, что ты хотела услышать.

    Ты даже не представляешь, какое это мучительное чувство. Как это бывает, когда слушаешь мужчину и тебе кажется, что он, как из ящиков стола, достает из твоей головы мысли. Включает музыку, и это именно то, что ты хотела услышать.
18. «

    Принеси соломинку. Знаешь...ту самую, за которую хватается утопающий.

    Принеси соломинку. Знаешь...ту самую, за которую хватается утопающий.

    — Мартина · книга
19. «

    Ей не нужны были никакие объяснения, она не могла, а прежде всего — не хотела думать о будущем. В расчет принимались только мгновения, которые они могли провести вместе. Его чудесные прикосновения, находившие и открывавшие в ней источники наслаждения, о существовании которых она даже не догадывалась. Она забылась в сексе с ним. Совершенно. Она была такой, какой всегда хотела быть. И не была обязана ничего объяснять. Он и так все знал. Она то кричала, больно царапая его, а то снова льнула к нему и дарила нежнейшими ласками. Он никогда не засыпал раньше её, ночи напролёт они проводили в разговорах. В сущности, это он научил её шепоту. Он раскрывал перед ней свои самые сокровенные мысли и желания. И страхи. Для него она была единственной на земле женщиной. Она полностью доверилась ему, отдалась ему целиком, не оставив места ни для чего другого. Каждое слово он произносил в самый удачный момент. Она чувствовала, что с ним она может даже не говорить. Он всё и так знал. Она никогда не думала, что встретит кого-нибудь, кто будет понимать её так хорошо. И снова поддавалась очарованию. А потом он растоптал её душу.

    Ей не нужны были никакие объяснения, она не могла, а прежде всего — не хотела думать о будущем. В расчет принимались только мгновения, которые они могли провести вместе. Его чудесные прикосновения, находившие и открывавшие в ней источники наслаждения, о существовании которых она даже не догадывалась. Она забылась в сексе с ним. Совершенно. Она была такой, какой всегда хотела быть. И не была обязана ничего объяснять. Он и так все знал. Она то кричала, больно царапая его, а то снова льнула к нему и дарила нежнейшими ласками. Он никогда не засыпал раньше её, ночи напролёт они проводили в разговорах. В сущности, это он научил её шепоту. Он раскрывал перед ней свои самые сокровенные мысли и желания. И страхи. Для него она была единственной на земле женщиной. Она полностью доверилась ему, отдалась ему целиком, не оставив места ни для чего другого. Каждое слово он произносил в самый удачный момент. Она чувствовала, что с ним она может даже не говорить. Он всё и так знал. Она никогда не думала, что встретит кого-нибудь, кто будет понимать её так хорошо. И снова поддавалась очарованию. А потом он растоптал её душу.
20. «

    Жизнь с человеком, которого не любишь, — это как пожизненная ссылка на галеры...

    Жизнь с человеком, которого не любишь, — это как пожизненная ссылка на галеры...