«Януш Леон Вишневский. Одиночество в Сети»: 149 цитат

Собрали 149 цитат из книги «Януш Леон Вишневский. Одиночество в Сети» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Уже 3 дня я поразительно болезненно ощущаю, как прочно ты вошел в мою жизнь и что происходит со мной, когда ты эмигрируешь из неё.

   Уже 3 дня я поразительно болезненно ощущаю, как прочно ты вошел в мою жизнь и что происходит со мной, когда ты эмигрируешь из неё.
2. «

   Ну а то, что в ушах они носят серёжки... Это же просто гениально — как говорит одна из моих сотрудниц в банке, — по крайней мере, есть гарантия, что человек знает, что такое боль, и понимает толк в бижутерии.

   Ну а то, что в ушах они носят серёжки... Это же просто гениально — как говорит одна из моих сотрудниц в банке, — по крайней мере, есть гарантия, что человек знает, что такое боль, и понимает толк в бижутерии.
3. «

   У ангелов ведь не бывает хандры, плохих дней и морщин.

   У ангелов ведь не бывает хандры, плохих дней и морщин.
4. «

   Интернету надо бы поклоняться точно так же, как вину и огню. Потому что это гениальное изобретение. Какая ещё почта бывает открыта в два часа ночи?

   Интернету надо бы поклоняться точно так же, как вину и огню. Потому что это гениальное изобретение. Какая ещё почта бывает открыта в два часа ночи?
5. «

   Жизнь – это вожделение. Всё прочее всего лишь детали.

   Жизнь – это вожделение. Всё прочее всего лишь детали.
6. «

   Она иногда воображала себе мир без мужчин, но мир без двух этих своих подруг представить не могла. В ее жизни они были «всегда». И хотя, а может, потому, что все три они были совершенно разные, ей казалось, что без них мир лишился бы одного измерения. Стал бы плоским.

   Она иногда воображала себе мир без мужчин, но мир без двух этих своих подруг представить не могла. В ее жизни они были «всегда». И хотя, а может, потому, что все три они были совершенно разные, ей казалось, что без них мир лишился бы одного измерения. Стал бы плоским.
7. «

   Наверное, причина в доступности. Все было на расстоянии вытянутой руки. Ни ради чего не надо было стараться. Они уже знали друг у друга каждый волосок, каждый возможный запах, каждый возможный вкус кожи, и влажной, и сухой. Знали все тайные уголки тел, слышали все вздохи, предвидели все реакции и давно уже поверили всем признаниям. Некоторые из них время от времени повторялись. Однако уже не производили впечатления. Они просто входили в сценарий.

   Наверное, причина в доступности. Все было на расстоянии вытянутой руки. Ни ради чего не надо было стараться. Они уже знали друг у друга каждый волосок, каждый возможный запах, каждый возможный вкус кожи, и влажной, и сухой. Знали все тайные уголки тел, слышали все вздохи, предвидели все реакции и давно уже поверили всем признаниям. Некоторые из них время от времени повторялись. Однако уже не производили впечатления. Они просто входили в сценарий.
8. «

   В Интернете трудно рассказать, что такое блаженство. Это можно только показать ему.

   В Интернете трудно рассказать, что такое блаженство. Это можно только показать ему.
9. «

   Ведь если говорить по правде, то больше всего в жизни я хочу кого-нибудь любить.

   Ведь если говорить по правде, то больше всего в жизни я хочу кого-нибудь любить.
10. «

    А возможно, ей хочется наконец рассказать кому-то о себе и быть уверенной, что этот кто-то хочет выслушать её и у него есть на это время?

    А возможно, ей хочется наконец рассказать кому-то о себе и быть уверенной, что этот кто-то хочет выслушать её и у него есть на это время?
11. «

    Если что-то для меня важно, я никого не слушаюсь. Даже Разума.

    Если что-то для меня важно, я никого не слушаюсь. Даже Разума.

    — Эва · книга
12. «

    Муж уже давно не целовал её волосы и вообще он...такой чудовищно предсказуемый.

    Муж уже давно не целовал её волосы и вообще он...такой чудовищно предсказуемый.
13. «

    Опасность для сердца представляешь ты.

    Опасность для сердца представляешь ты.
14. «

    «В последний раз», — подумала она, отсылая e-mail. И почувствовала облегчение. Это всего лишь Интернет… Затем открыла папку, в которой хранила все мейлы, полученные от него. Дала команду удалить. Программа осведомилась: Вы уверены, что хотите удалить эти сообщения? (Да/Нет) Несколько секунд она сидела, не шевелясь, и всматривалась в экран. «Дурацкий вопрос!» — со злостью подумала она. И вдруг почувствовала себя так, словно от ответа на этот дурацкий вопрос зависит чья-то жизнь. Красный или синий провод? Если она перережет не тот, все взлетит в воздух. Как в тех идиотских фильмах, где красивый загорелый полуидиот всегда перерезает «тот» провод. Она вспомнила, что ни в одном фильме никто не перерезал красный… Она щелкнула на «Да». Ничего не произошло. Мир не провалился в тартарары. Зрители вздохнули с облегчением. Она выключила компьютер. Встала. Коснулась ладонью экрана монитора. Экран был еще теплый. Прощай… Она погасила свет и вышла.

    «В последний раз», — подумала она, отсылая e-mail. И почувствовала облегчение. Это всего лишь Интернет… Затем открыла папку, в которой хранила все мейлы, полученные от него. Дала команду удалить. Программа осведомилась: Вы уверены, что хотите удалить эти сообщения? (Да/Нет) Несколько секунд она сидела, не шевелясь, и всматривалась в экран. «Дурацкий вопрос!» — со злостью подумала она. И вдруг почувствовала себя так, словно от ответа на этот дурацкий вопрос зависит чья-то жизнь. Красный или синий провод? Если она перережет не тот, все взлетит в воздух. Как в тех идиотских фильмах, где красивый загорелый полуидиот всегда перерезает «тот» провод. Она вспомнила, что ни в одном фильме никто не перерезал красный… Она щелкнула на «Да». Ничего не произошло. Мир не провалился в тартарары. Зрители вздохнули с облегчением. Она выключила компьютер. Встала. Коснулась ладонью экрана монитора. Экран был еще теплый. Прощай… Она погасила свет и вышла.
15. «

    Я слышала, что в Германии только душевнобольные, студенты да коммунисты не моют по субботам свои машины.

    Я слышала, что в Германии только душевнобольные, студенты да коммунисты не моют по субботам свои машины.
16. «

    Я страдала, как ребенок, которого отдали на неделю в приют, а потом забыли взять. Я тосковала. Невероятно. Я любила его и потому не могла желать ему плохого и оттого еще больше страдала. Через некоторое время в отместку я перестала слушать Шопена. Потом — в отместку — выбросила пластинки со всеми операми, которые мы слушали вместе. Потом — в отместку — возненавидела всех поляков. Кроме одного. Его. Потому что на самом деле я не способна мстить.

    Я страдала, как ребенок, которого отдали на неделю в приют, а потом забыли взять. Я тосковала. Невероятно. Я любила его и потому не могла желать ему плохого и оттого еще больше страдала. Через некоторое время в отместку я перестала слушать Шопена. Потом — в отместку — выбросила пластинки со всеми операми, которые мы слушали вместе. Потом — в отместку — возненавидела всех поляков. Кроме одного. Его. Потому что на самом деле я не способна мстить.
17. «

    Мне бы хотелось видеть это твоими глазами.

    Мне бы хотелось видеть это твоими глазами.
18. «

    Тебе даже не представить, как безумно я радуюсь, что знаю тебя и могу сказать тебе об этом.

    Тебе даже не представить, как безумно я радуюсь, что знаю тебя и могу сказать тебе об этом.
19. «

    ...[он] вовсе не случайно написал Сеть с большой буквы. Интернет постепенно становился чем-то культовым. Назвать его просто сетью, как ничего не значащее переплетение кабелей в банке или учреждении, означало бы отнять у Интернета мистическое очарование чего-то, что объединяет вне зависимости от любых разделений.

    ...[он] вовсе не случайно написал Сеть с большой буквы. Интернет постепенно становился чем-то культовым. Назвать его просто сетью, как ничего не значащее переплетение кабелей в банке или учреждении, означало бы отнять у Интернета мистическое очарование чего-то, что объединяет вне зависимости от любых разделений.
20. «

    Алиция… Заблудившаяся половинка сердца, неустанно разыскивающая свою вторую половинку. <...> Она мечтала о большой любви, как ребенок мечтает о подарках под елкой. И повсюду отчаянно искала ее. <...> ... Алиция была главным призом в лотерее для гетеросексуальных холостяков, разведённых или намеревающихся развестись. Она была подготовлена к вступлению в брак, как немецкие альпинисты к восхождению на Эверест.

    Алиция… Заблудившаяся половинка сердца, неустанно разыскивающая свою вторую половинку. <...> Она мечтала о большой любви, как ребенок мечтает о подарках под елкой. И повсюду отчаянно искала ее. <...> ... Алиция была главным призом в лотерее для гетеросексуальных холостяков, разведённых или намеревающихся развестись. Она была подготовлена к вступлению в брак, как немецкие альпинисты к восхождению на Эверест.