31 июля 2026, пятница
Подборка · 22 цитаты из книги

22 цитаты из книги «Юкио Мисима. Весенний снег» — от иронии до философии

Собрали 22 цитаты из книги «Юкио Мисима. Весенний снег» — те самые, которые расходятся на цитаты.

Другие размеры:10152021232425все варианты
  1. Бесконечные блуждания души. Бесцельные желания... Жалкий экстаз. Жалкая самозащита. Жалкий самообман. Пламенем охватывающее тело раскаяние оттого, что утрачено время, утрачено многое. Пустые годы жизни. Жалкая праздность юности. Обида на жизнь за то, что она никчемна... Комната на одного... Ночи в одиночестве. Эта отчаянная пропасть между тобой и миром, людьми... Зов. Зов, который не слышен. Пышность снаружи... Показная знатность... И все это я!
  2. — ... Если через сто лет история примет именно те формы, о которых ты мечтал, назовёшь ли ты это сотворением? — Конечно, это сотворение. — А чьё? — Твоей воли. — Я не шучу. Меня в это время уже не будет. Я ведь уже говорил. Это свершится без всякого моего участия. — А таком случае нельзя ли считать это волей истории? — А есть ли у истории воля? Олицетворение истории всегда опасно. Я думаю, что у истории нет воли и она никак не связана с моей волей. И этот результат, определённый не волей некоего субъекта, решительно нельзя назвать сотворением. Доказательством чему служит тот факт, что сотворенное якобы историей в следующий миг сразу начинает разрушаться.
    Хонда · книга
  3. История постоянно разрушает. Разрушает для того, чтобы вновь готовить следующий промежуточный результат. В истории, похоже, понятия «созидание» и «разрушение» имеют одинаковый смысл.
  4. Это походило на пробуждение против воли: ты ещё во власти сна, но не можешь противиться утреннему солнцу, проникающему сквозь тонкую кожу век, и цепляешься за слабые остатки сна. Именно в такие минуты постигаешь его подлинную прелесть.
  5. Люди — странные создания. Все, до чего мы дотрагиваемся, мы оскверняем, при этом в душе у нас есть все задатки для того, чтобы стать святыми.
  6. Это три сущности — идеал, сон, воспоминание — объединяет то, что их нельзя потрогать рукой. Стоит лишь на шаг удалиться от материальных, осязаемых предметов, как они превращаются в идеальные, становятся чудом, приобретают редкую красоту и прелесть. Святость-идеал присутствует во всем, но мы касаемся рукой — и предмет оскверняется.
  7. Как человек, наделённый богатым воображением, он был склонен воздвигать над реальностью чертог фантазий и плотно закрывать в нём окна, чтобы не видеть реальности.
  8. ... Как показывает опыт, человеческая воля подчас терпит крах. Человек обычно идёт не по тому пути, по какому намеревался идти. Как в данном случае рассуждает европеец? Он думает: «Всё в моей воле, поражение есть случайность». Случайность — это исключение из закона причинно-следственных связей, единственная нецелесообразность, которую может признать свободная воля. Вот поэтому европейская философия воли несостоятельна без признания фактора «случайности». Случайность — последнее прибежище воли, победа или поражение в игре... Не будь её, европейцы не смогли бы объяснить крушение и поражение воли. Я думаю, что именно эта случайность, именно эта игра отражает сущность их бога. Если последнее прибежище философии воли обожествление случайности, то и их бог создается затем, чтобы воодушевлять человеческую волю.
  9. Киёаки размышлял о морских приливах, смене времен года, о том, что и он скоро состарится, и неожиданно у него перехватило дыхание. Его никогда не прельщала мудрость старости. Вот бы умереть молодым... И по возможности без страданий. Утонченной смертью, чтобы она выглядела так, будто яркое шёлковое кимоно, сброшенное с плеч на стол, вдруг соскользнуло на тёмный пол.
20 из 22
Смотрите также