14 цитат из книги «Жан-Батист Мольер. Ученые женщины»

14 цитат из книги «Жан-Батист Мольер. Ученые женщины» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Из жены — я прямо вам скажу - Трусливо создали себе вы госпожу. Своею слабостью вы власть ее взрастили. Кто в сан владычицы ее возвел? Не вы ли? Вы уступать во всем готовы ей сполна, И за нос водит вас, как дурака, она.

   Из жены — я прямо вам скажу - Трусливо создали себе вы госпожу. Своею слабостью вы власть ее взрастили. Кто в сан владычицы ее возвел? Не вы ли? Вы уступать во всем готовы ей сполна, И за нос водит вас, как дурака, она.

   — Арист · книга
2. «

   Ведь я миролюбив, и дорог мне покой, Но у моей жены характер не такой. Хотя она у нас философ пресловутый, Но поминутно в гнев она впадает лютый. И пусть ее мораль земных не знает благ - Разлитьем желчи ей грозит любой пустяк, А если кто ее не подчинится дури, Неделю целую подряд бушует буря. Меня кидает в дрожь, чуть слышу этот тон. Деваться некуда: не женщина — дракон.

   Ведь я миролюбив, и дорог мне покой, Но у моей жены характер не такой. Хотя она у нас философ пресловутый, Но поминутно в гнев она впадает лютый. И пусть ее мораль земных не знает благ - Разлитьем желчи ей грозит любой пустяк, А если кто ее не подчинится дури, Неделю целую подряд бушует буря. Меня кидает в дрожь, чуть слышу этот тон. Деваться некуда: не женщина — дракон.

   — Кризаль · книга
3. «

   Не принято у нас (тому причин немало), Чтоб девушка росла, учась, и много знала. В привычках честности воспитывать детей, Прислугой управлять и кухнею своей И с экономией сводить свои расходы - Такой науки ей должно хватить на годы

   Не принято у нас (тому причин немало), Чтоб девушка росла, учась, и много знала. В привычках честности воспитывать детей, Прислугой управлять и кухнею своей И с экономией сводить свои расходы - Такой науки ей должно хватить на годы

   — Кризаль · книга
4. «

   Уступчивость во всем — в характере отца, Но не доходит он в решеньях до конца. От неба награжден он добротой сердечной, Что уступать жене он склонен вечно. Она тут правит всем и твердо, как закон, Диктует каждый шаг, что ею был решен.

   Уступчивость во всем — в характере отца, Но не доходит он в решеньях до конца. От неба награжден он добротой сердечной, Что уступать жене он склонен вечно. Она тут правит всем и твердо, как закон, Диктует каждый шаг, что ею был решен.

   — Генриетта · книга
5. «

   Всё книги вечные — на кой они нам бес? Плутарх — ну, тот хоть толст, для брыжей славный пресс. Давно пора вам сжечь весь этот скарб ученый, Науку завещав профессорам Сорбонны.

   Всё книги вечные — на кой они нам бес? Плутарх — ну, тот хоть толст, для брыжей славный пресс. Давно пора вам сжечь весь этот скарб ученый, Науку завещав профессорам Сорбонны.

   — Кризаль · книга
6. «

   К ученым спорам я не чувствую охоты. Люблю я жить легко, а лишь большим трудом Дается мастерство всегда блистать умом.

   К ученым спорам я не чувствую охоты. Люблю я жить легко, а лишь большим трудом Дается мастерство всегда блистать умом.

   — Генриетта · книга
7. «

   Каким ничтожеством вы в мире слыть хотите, Чтоб замыкаться так в своем семейном быте! И в мире ничего ваш не находит взгляд Вне мужа-идола и пачкунов ребят?

   Каким ничтожеством вы в мире слыть хотите, Чтоб замыкаться так в своем семейном быте! И в мире ничего ваш не находит взгляд Вне мужа-идола и пачкунов ребят?

   — Арманда · книга
8. «

   Латинским умникам нисколько я не рад, А Триссотен мне всех противней во сто крат. На всех его стихах лежит печать позора, И есть ли что в речах его помимо вздора? Все смысла ищут там, где смысла вовсе нет, А я так думаю, что спятил ваш поэт.

   Латинским умникам нисколько я не рад, А Триссотен мне всех противней во сто крат. На всех его стихах лежит печать позора, И есть ли что в речах его помимо вздора? Все смысла ищут там, где смысла вовсе нет, А я так думаю, что спятил ваш поэт.

   — Кризаль · книга
9. «

   Какую весть я вам принес, когда б вы знали! Опасности во сне мы грозной избежали. Совсем вблизи от нас светило пронеслось; Оно рассыпалось, пронзив наш вихрь насквозь. Столкнись оно с землей на линии орбиты, Земля бы, как стекло, была в куски разбита.

   Какую весть я вам принес, когда б вы знали! Опасности во сне мы грозной избежали. Совсем вблизи от нас светило пронеслось; Оно рассыпалось, пронзив наш вихрь насквозь. Столкнись оно с землей на линии орбиты, Земля бы, как стекло, была в куски разбита.

   — Триссотен · книга
10. «

    Сумеет справиться душа с таким ударом: Я философией защищена недаром.

    Сумеет справиться душа с таким ударом: Я философией защищена недаром.

    — Арманда · книга
11. «

    Он молод и хорош. И что за благодать Всучать ей умника, что рассуждает много? Ей мужа надобно, совсем не педагога.

    Он молод и хорош. И что за благодать Всучать ей умника, что рассуждает много? Ей мужа надобно, совсем не педагога.

    — Мартина · книга
12. «

    А тем, что придавать нам не хотят цены, Кичливым умникам, мы показать должны, Что знаньем женщины подчас их всех богаче, Что можем мы решать не меньшие задачи, В ученых обществах сплотясь, подобно им.

    А тем, что придавать нам не хотят цены, Кичливым умникам, мы показать должны, Что знаньем женщины подчас их всех богаче, Что можем мы решать не меньшие задачи, В ученых обществах сплотясь, подобно им.

    — Филаминта · книга
13. «

    В науке он теперь светило из светил, Он знает, кто о чем когда-то говорил, Он хлопал тридцать лет глазами и ушами, Он десять тысяч раз просиживал ночами, Латынь и греческий стараясь в мозг впихнуть И погрузив свой ум в ученейшую муть Всей ветхой чепухи, что лишь вмещают книги; Он знаньем пьян своим во все часы и миги.

    В науке он теперь светило из светил, Он знает, кто о чем когда-то говорил, Он хлопал тридцать лет глазами и ушами, Он десять тысяч раз просиживал ночами, Латынь и греческий стараясь в мозг впихнуть И погрузив свой ум в ученейшую муть Всей ветхой чепухи, что лишь вмещают книги; Он знаньем пьян своим во все часы и миги.

    — Клитандр · книга
14. «

    Зачем неосторожно так, В покое, убранном прелестно, Обласкан вами столь чудесно Был самый ваш жестокий враг?

    Зачем неосторожно так, В покое, убранном прелестно, Обласкан вами столь чудесно Был самый ваш жестокий враг?

    — Триссотен · книга