25 сильных цитат из книги «Жан-Батист Мольер. Ученые женщины»

25 цитат из книги «Жан-Батист Мольер. Ученые женщины» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Вам с вашей мягкостью разделаться пора бы. Мужчина ль вы? И как могли вы стать столь слабы, Чтоб полную во всем жене давая власть, Так под ярмо ее безропотно подпасть?

   Вам с вашей мягкостью разделаться пора бы. Мужчина ль вы? И как могли вы стать столь слабы, Чтоб полную во всем жене давая власть, Так под ярмо ее безропотно подпасть?

   — Арист · книга
2. «

   Сумеет справиться душа с таким ударом: Я философией защищена недаром.

   Сумеет справиться душа с таким ударом: Я философией защищена недаром.

   — Арманда · книга
3. «

   Из жены — я прямо вам скажу - Трусливо создали себе вы госпожу. Своею слабостью вы власть ее взрастили. Кто в сан владычицы ее возвел? Не вы ли? Вы уступать во всем готовы ей сполна, И за нос водит вас, как дурака, она.

   Из жены — я прямо вам скажу - Трусливо создали себе вы госпожу. Своею слабостью вы власть ее взрастили. Кто в сан владычицы ее возвел? Не вы ли? Вы уступать во всем готовы ей сполна, И за нос водит вас, как дурака, она.

   — Арист · книга
4. «

   Люблю я целостно, и чувство столь живое Велит, чтоб от любви своей желал всего я.

   Люблю я целостно, и чувство столь живое Велит, чтоб от любви своей желал всего я.

   — Клитандр · книга
5. «

   Пукай возносит вас ваш философский гений В края прекрасные возвышенных парений. В то время как мой дух, земных желая благ, Оставшись здесь, внизу, земной вкушает брак.

   Пукай возносит вас ваш философский гений В края прекрасные возвышенных парений. В то время как мой дух, земных желая благ, Оставшись здесь, внизу, земной вкушает брак.

   — Генриетта · книга
6. «

   Зачем неосторожно так, В покое, убранном прелестно, Обласкан вами столь чудесно Был самый ваш жестокий враг?

   Зачем неосторожно так, В покое, убранном прелестно, Обласкан вами столь чудесно Был самый ваш жестокий враг?

   — Триссотен · книга
7. «

   В науке он теперь светило из светил, Он знает, кто о чем когда-то говорил, Он хлопал тридцать лет глазами и ушами, Он десять тысяч раз просиживал ночами, Латынь и греческий стараясь в мозг впихнуть И погрузив свой ум в ученейшую муть Всей ветхой чепухи, что лишь вмещают книги; Он знаньем пьян своим во все часы и миги.

   В науке он теперь светило из светил, Он знает, кто о чем когда-то говорил, Он хлопал тридцать лет глазами и ушами, Он десять тысяч раз просиживал ночами, Латынь и греческий стараясь в мозг впихнуть И погрузив свой ум в ученейшую муть Всей ветхой чепухи, что лишь вмещают книги; Он знаньем пьян своим во все часы и миги.

   — Клитандр · книга
8. «

   Презрев материю и чувственное тело, Отдайте разуму себя, как мы, всецело.

   Презрев материю и чувственное тело, Отдайте разуму себя, как мы, всецело.

   — Арманда · книга
9. «

   Как эти темные несносны нам умы! Ведь о себе сказать должны вы"я", не «мы» Трудна грамматика для грубого сознанья...

   Как эти темные несносны нам умы! Ведь о себе сказать должны вы"я", не «мы» Трудна грамматика для грубого сознанья...

   — Белиза · книга
10. «

    Таятся в знании заслуги без конца.

    Таятся в знании заслуги без конца.

    — Триссотен · книга
11. «

    К ученым спорам я не чувствую охоты. Люблю я жить легко, а лишь большим трудом Дается мастерство всегда блистать умом.

    К ученым спорам я не чувствую охоты. Люблю я жить легко, а лишь большим трудом Дается мастерство всегда блистать умом.

    — Генриетта · книга
12. «

    Нам слушать здесь стихи удобно и спокойно, В них слово каждое раздумия достойно.

    Нам слушать здесь стихи удобно и спокойно, В них слово каждое раздумия достойно.

    — Филаминта · книга
13. «

    Я долго был в плену прекрасных ваших глаз, И тиранией их унижен был не раз, И стал искать, уйдя от стольких мук суровых, Владыку подобрей и понежней оковы.

    Я долго был в плену прекрасных ваших глаз, И тиранией их унижен был не раз, И стал искать, уйдя от стольких мук суровых, Владыку подобрей и понежней оковы.

    — Клитандр · книга
14. «

    В стихах не смыслю я и признаю сама, Что не способна я ценить игру ума.

    В стихах не смыслю я и признаю сама, Что не способна я ценить игру ума.

    — Генриетта · книга
15. «

    Пригожество лица живёт недолгий срок - Игрушка хрупкая, полуденный цветок, Оно покоится лишь в оболочке кожной. Лишь красота ума прочна в нас и надежна.

    Пригожество лица живёт недолгий срок - Игрушка хрупкая, полуденный цветок, Оно покоится лишь в оболочке кожной. Лишь красота ума прочна в нас и надежна.

    — Филаминта · книга
16. «

    Я увидал в его галиматье словесной Все то, что наш педант являет повсеместно: Самовлюбленности надменную печать, Упорство в том, чтоб зла кругом не замечать. И пребывание в доверии беспечном, Что держит дух его в самодовольстве вечном, Из-за чего он горд значением своим И в каждом слове так самим собой ценим! Поэтому свою он славу ценит втрое, Превыше почестей военного героя.

    Я увидал в его галиматье словесной Все то, что наш педант являет повсеместно: Самовлюбленности надменную печать, Упорство в том, чтоб зла кругом не замечать. И пребывание в доверии беспечном, Что держит дух его в самодовольстве вечном, Из-за чего он горд значением своим И в каждом слове так самим собой ценим! Поэтому свою он славу ценит втрое, Превыше почестей военного героя.

    — Клитандр · книга
17. «

    В невежестве привык он находить усладу, И вызывает в нем наука лишь досаду.

    В невежестве привык он находить усладу, И вызывает в нем наука лишь досаду.

    — Филаминта · книга
18. «

    Как! Вы не можете, хотя бы раз единый, Решиться до конца назвать себя мужчиной, Набраться храбрости, достоинства и сил. Чтоб твердо женщине сказать: «Я так решил!»?

    Как! Вы не можете, хотя бы раз единый, Решиться до конца назвать себя мужчиной, Набраться храбрости, достоинства и сил. Чтоб твердо женщине сказать: «Я так решил!»?

    — Арист · книга
19. «

    Латинским умникам нисколько я не рад, А Триссотен мне всех противней во сто крат. На всех его стихах лежит печать позора, И есть ли что в речах его помимо вздора? Все смысла ищут там, где смысла вовсе нет, А я так думаю, что спятил ваш поэт.

    Латинским умникам нисколько я не рад, А Триссотен мне всех противней во сто крат. На всех его стихах лежит печать позора, И есть ли что в речах его помимо вздора? Все смысла ищут там, где смысла вовсе нет, А я так думаю, что спятил ваш поэт.

    — Кризаль · книга
20. «

    Я напрямик скажу: ведь вовсе не пустяк Без воли девушки желать вступить с ней в брак. Раз муж на то идет, ему бояться надо Последствий, что могла б тут породить досада.

    Я напрямик скажу: ведь вовсе не пустяк Без воли девушки желать вступить с ней в брак. Раз муж на то идет, ему бояться надо Последствий, что могла б тут породить досада.

    — Генриетта · книга