«Жерар Клейн. Боги войны»: 31 цитата

Ниже 31 цитата из книги «Жерар Клейн. Боги войны»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Точное число человеческих жертв считалось государственной тайной.

   Точное число человеческих жертв считалось государственной тайной.
2. «

   Что соединяет прошлое, настоящее и будущее каждого существа? Порождает ли детство зрелость, или зрелость выковывает детство? Мы не знаем смысла нашего существования, и долго ещё не будем знать, но должны жить с тем, что знаем.

   Что соединяет прошлое, настоящее и будущее каждого существа? Порождает ли детство зрелость, или зрелость выковывает детство? Мы не знаем смысла нашего существования, и долго ещё не будем знать, но должны жить с тем, что знаем.

   — Сид · книга
3. «

   Я не люблю войну. Она требует огромных материальных затрат и губит хороших солдат. Я сражаюсь только тогда, когда нет другого выхода.

   Я не люблю войну. Она требует огромных материальных затрат и губит хороших солдат. Я сражаюсь только тогда, когда нет другого выхода.

   — Веран · книга
4. «

   — Но кто сражается? И с кем? — Понятия не имею. Все это выглядит совершенно бессмысленным. Впрочем, не меньше и не больше, чем любая война.

   — Но кто сражается? И с кем? — Понятия не имею. Все это выглядит совершенно бессмысленным. Впрочем, не меньше и не больше, чем любая война.

   — Антонелла · книга
5. «

   Я не люблю пользоваться услугами тех, кого не понимаю и кого не могу испугать.

   Я не люблю пользоваться услугами тех, кого не понимаю и кого не могу испугать.

   — Веран · книга
6. «

   Нельзя вносить в течение истории изменения, которые могут обернуться против нас.

   Нельзя вносить в течение истории изменения, которые могут обернуться против нас.

   — Веран · книга
7. «

   Корсон почувствовал себя наследником вечности, почувствовал свое единство с миллиардами людей, рожденных и умерших в прошлом, которые из собственных тел соткали огромное полотно истории. Он чувствовал себя ответственным и солидарным с миллиардами людей, которые могли родиться в будущем.

   Корсон почувствовал себя наследником вечности, почувствовал свое единство с миллиардами людей, рожденных и умерших в прошлом, которые из собственных тел соткали огромное полотно истории. Он чувствовал себя ответственным и солидарным с миллиардами людей, которые могли родиться в будущем.
8. «

   Это была история расы, обреченной на мир, поскольку ужасы войны и поражения слишком глубоко въелись в их гены.

   Это была история расы, обреченной на мир, поскольку ужасы войны и поражения слишком глубоко въелись в их гены.

   — Жорж Корсон · книга
9. «

   Время — самый терпеливый из богов.

   Время — самый терпеливый из богов.

   — Жорж Корсон · книга
10. «

    История соткана из битв, из заключенных и нарушаемых союзов и договоров. Все, что заслуживало остаться в истории было антиподом войны. История была тканью, война ее разрывом, а битвы яростными шипами, рвущими сукно истории, которое всегда или, по крайней мере, до этого времени восстанавливалось с биологическим упорством.

    История соткана из битв, из заключенных и нарушаемых союзов и договоров. Все, что заслуживало остаться в истории было антиподом войны. История была тканью, война ее разрывом, а битвы яростными шипами, рвущими сукно истории, которое всегда или, по крайней мере, до этого времени восстанавливалось с биологическим упорством.

    — Жорж Корсон · книга
11. «

    Как победить насилие, не пользуясь насилием?

    Как победить насилие, не пользуясь насилием?

    — Жорж Корсон · книга
12. «

    Звездное небо было зрелищем успокаивающим.

    Звездное небо было зрелищем успокаивающим.
13. «

    Основные психологические черты не меняются за тысячу двести лет, даже если эволюционируют некоторые внешние признаки.

    Основные психологические черты не меняются за тысячу двести лет, даже если эволюционируют некоторые внешние признаки.
14. «

    Солдаты во время войны едят то, что добудут, но не умирают от голода.

    Солдаты во время войны едят то, что добудут, но не умирают от голода.

    — Жорж Корсон · книга
15. «

    Основной слабостью вида, к которому относилась Бестия, было пренебрежение коллективизмом, которому человечество и другие расы обязаны своей мощью.

    Основной слабостью вида, к которому относилась Бестия, было пренебрежение коллективизмом, которому человечество и другие расы обязаны своей мощью.
16. «

    По опыту он знал, что, несмотря на автоматизированные системы учета, из интенданств всех армий Вселенной порой исчезали большие партии амуниции, и это не вызывало больших пертурбаций. Какой-нибудь чиновник для оправдания беспорядка в накладных проведет несколько бессонных ночей, придумывая более или менее правдоподобную историю. В худшем случае, его просто уволят в отставку. Не эти люди творят историю.

    По опыту он знал, что, несмотря на автоматизированные системы учета, из интенданств всех армий Вселенной порой исчезали большие партии амуниции, и это не вызывало больших пертурбаций. Какой-нибудь чиновник для оправдания беспорядка в накладных проведет несколько бессонных ночей, придумывая более или менее правдоподобную историю. В худшем случае, его просто уволят в отставку. Не эти люди творят историю.
17. «

    Они не могли повлиять на решение непредсказуемых богов, которые создали эту Вселенную и управляли ею.

    Они не могли повлиять на решение непредсказуемых богов, которые создали эту Вселенную и управляли ею.
18. «

    Война — это не только конфликты. Она растягивается и выходит далеко за пределы спора, даже тогда, когда её причины давно исчезли.

    Война — это не только конфликты. Она растягивается и выходит далеко за пределы спора, даже тогда, когда её причины давно исчезли.

    — Голос · книга
19. «

    Что важно для человека? Его фамилия, внешний вид, его хромосомы? А, может, воспоминания, опыт, собственная судьба, личность?

    Что важно для человека? Его фамилия, внешний вид, его хромосомы? А, может, воспоминания, опыт, собственная судьба, личность?

    — Веран · книга
20. «

    Не думай, что я недооцениваю людей, я их презираю, а это совсем другое дело. В глубокие ночи своих размышлений я решил: употреби против людей самое лучшее оружие — человека.

    Не думай, что я недооцениваю людей, я их презираю, а это совсем другое дело. В глубокие ночи своих размышлений я решил: употреби против людей самое лучшее оружие — человека.

    — Нгал Р · книга