Я смотрю на феминизм и оппозиционный бунт И на купавшихся подростков в перегруженных басах, И понимаю, что и это тоже все же не мое И я далек от вас, как для вас далеки все чудеса.
Я смотрю на мелькающий лес, обрамляющий мягко сонливость посёлков, Проводница заботливо кружит над нами, как будто над сотами пчёлка. И столько загубленных судеб кругом, что поверили в эту игру слишком сильно, В миру их встречает теперь ежедневно всего лишь проклятый будильник.
И чем дальше, тем мы меньше тешим Надежду на судьбу, на Бога, на счастливый случай, Но через лёд она опять пробьётся, как подснежник, Такая, сука, хрупкая, но до чего живучая!
Что же тебе так не весело, принц, чем это красным заляпало панцирь? Что-то не видно восторженных лиц, как-то притих гул победных реляций. Где же пошло всё не так, как себе рисовал в тех мечтах на досуге. Что ты кому доказал, превратившись в вонючую падаль, по сути?